Чтение онлайн

Чужак нагнал и Белова. Мирные переговоры не удались – с характерным звуком костистый кулак шлепнул по лицу, разбив, по меньшей мере, губу.

Сквозь распахнутую куртку на рубашку именинника брызнула кровь.

Едва поднимаясь, Сватко сообразил, что, несмотря на численный перевес, сила оказалась не на их стороне.

Зловещая фигура, увенчанная соответственно зверской физиономией, приближалась. Отсчет шел на секунды, и Саша понял, что сейчас его будут убивать…

«Называется – пивка попили!» – шевельнулось в голове. Справедливо рассудив, что имплантация нескольких зубов обойдется значительно дороже очереди за пивом, даже с учетом добровольной медицинской страховки, а также осознав, что победить Кавказ и его жителей все равно не удастся, о чем свидетельствуют многочисленные факты истории, Сватко начал медленно отползать.

Внезапно со стороны тротуара раздался чей-то уверенный окрик:

– Оставьте их, бараны! И сваливайте, пока вам бошки не поотрывали!

Почти умерший Сватко почувствовал надежду на воскресение и тоскливо так повернулся в сторону возгласа. Не иначе сам апостол Петр с небес спустился на его мольбы. Очень, между прочим, вовремя подоспел! А то бы ребятам каюк!

Сватко настроил зрительный аппарат и заметил приближавшегося к палатке незнакомца. По виду – решительный, с пружинистой походкой, выдавшей хорошую физическую форму,

– А ты чего в наш базар ломишься! – агрессивно вопросил Аслан, оставив в покое Сватко. – Печенка на ребра давит?!

Хулиганы двинулись на незнакомца, собираясь разобраться по существу спора, а бывший прапорщик воспользовался моментом, поднялся и, подковыляв к Белову, загрустившему под тополем, дернул его за рукав:

– Ты живой?

Прижимая рукой губу, тот утвердительно мотнул головой и с видом побитой собаки взвизгнул:

– Не видишь, что ли!

– Иди Кольку поднимай! – велел Сватко, а сам развернулся и, подчиняясь проснувшемуся инстинкту справедливости, кинулся на помощь смельчаку-прохожему.

Однако Зурабу помощь не требовалась. Он молотил чеченцев почем зря! Несколькими ударами «спаситель» перевернул на бок Нияза. Продолговатая кожаная кепка кавказца отлетела в сторону и, прокатившись по земле, легла точно в лужу.

– Валите быстро, бараны! Пока башку не открутил! – прокричал «спаситель» и крепко сошелся с Асланом, обрушивая на него мастерские удары. По идее, от них человек должен был или умереть, или вырубиться хотя бы, потому что только в кино каскадеры оживают после заведомо смертельных ударов!

Но этот бой и был почти что кино. И драка – как постановочный эпизод. Потому что все заранее подстроено. На языке оперативников это действо называлось «подводка».

Подводка к объекту.

«Хулиган» отступил, но, «преодолев боль», снова накатился на смельчака.

– Погнали наши городских! – как призыв к атаке, прокричал Сватко и… кинулся в кипящую лаву драки. Приблизившись к противнику, он несколько раз, куда достал, несильно долбанул врага по незакрытым местам, оттягивая внимание на себя. Тем временем «спаситель» поддел кавказца снизу и отбросил так, что тот впечатался в торговую палатку. Пластиковые панели затрещали, ларек чуть не опрокинулся, а кавказец промычал.

Победа казалась близкой, потому что наступил перелом.

Со звуком падающего самолета мимо Сватко пробежал окровавленный именинник. Добежав до окруженного обидчика, он врезал кавказцу в живот. Видимого ущерба он не нанес, но боевой дух поднял.

Нияз ругался не по-русски, а загнанный в угол подельник бросился наутек.

– А-а, гады! – торжествовал Белов и, провожая взглядом убегающих, зачем-то крикнул: – Стоя-а-ать! Стоять, я сказал!

Те, к счастью, не послушались.

– Спасибо; друг! – по-родственному улыбнулся Сватко. – Здорово ты их отутюжил!

– Какие проблемы, земляк! – откликнулся «спаситель», отряхивая с брюк грязный снег. – Из-за таких, как они, всех кавказцев не любят! Давай знакомиться – меня Зурабом зовут.

«Спаситель» протянул руку, а Сватко ее крепко и благодарно пожал.

– Саша, – представился он, только теперь заметив, что «спаситель» тоже не совеем славянин. Как говорится, лицо кавказской национальности.

– Я, например, грузин, а всю жизнь в Москве прожил, с искренней обидой в голосе говорил Зураб. – Что ж я, не москвич, да? Нет, ты скажи, не москвич?

– Конечно, москвич! – заступился Сватко. Саша любил грузинский коньяк, и к грузинам у него нет претензий. К Грузии были, к их президенту неуравновешенному, а к грузинам – нет!

– Из-за них и на меня пальцем показывают! – кипятился грузин, очень реалистично продолжая задуманную игру.

– Миша, – подошел Белов, пожимая ладонь новому другу. – Брось, конечно, ты москвич! У нас страна всегда многонациональной считалась. При чем тут русский или нет? Мы все братья!

– Вот и я всегда так говорю! – кипятился грузин. Растирая ушибленную ногу, приковылял Митрохим. Вид потрепанный: рубаха навыпуск, брюки грязные.

Крепко приложили, сволочи! – попенял он и тоже обрадовался новому знакомству.

– Давай, мужики, за дружбу хряпнем, что ли, по нашему обычаю! – предложил Зураб, констатируя про себя, что все прошло как по маслу. Лучший способ без подозрений завести знакомство с интересующим тебя человеком – выручить его из беды. Это азбука. Аслан с Ниязом хорошо отыграли спектакль, так что у подвыпивших чоповцев не возникло и тени подозрения. – У меня сегодня премия – угощаю!

Предложение прошло на ура. Неоконченная пьянка вспыхнула бензиновой лужицей.

Вечер тянулся резиной и закончился поздно. Лишь когда потоки машин на проспекте заметно поредели, а чоповцы добрали необходимую норму, поступило предложение подвести черту.

Пьяно и весело прощаясь, Зураб невзначай поинтересовался у Сватко:

– Я на такси домой поеду, а то, боюсь, в метро милиция остановит. Ты где живешь, Сашок?

– На Профсоюзной, – ответил тот, безрезультатно пытаясь прикурить на ветру. Огонь постоянно задувало; а пламя так и норовило лизнуть пальцы.

– Земляк, значит! – взорвался радостью Зураб. Черные, густые брови разошлись, разгладив морщину на лбу. – А я рядом – на Ленинском! Поедем вместе!