Чтение онлайн

— Горчицу где будешь брать? — прошла она в номер, на ходу распахивая куртку. А я понял, что в номер попаду не сразу.

— Зачем горчица, Кристина? Прошлый век, — усмехнулся я. Поиграем? Отлично. — Ты какое масло любишь? Розовое или нероли?

— С каких пор они от простуды? — Удивилась. И испугалась. Один ноль.

— От простуды я другое возьму.

Смутилась окончательно и сдалась, растерянно сглотнув.

— Я закажу ужин, — развернулся и вышел.

Идиотизм чистой воды, но я не мог стереть улыбку с физиономии.

Когда он прикрыл за собой двери, я стекла по стене на пол и притянула к груди коленки. Никогда не перечила отцу, не ругалась так, чтобы хлопнуть дверью. В груди пекло от злости на самодовольного ублюдка Багратова, но было не время. Я ведь умею ждать… Вся жизнь состоит из ожидания. Сначала еды, потом праздников, потом лучших моментов для возмездия. Надо только вспомнить, как это было в прошлой жизни в приюте.

И роль я тоже дождалась. Только поздно. Теперь у меня роль другая — развлекать зажравшегося мудака. Когда он зашел в номер, я так и сидела у стены. Смысла показывать ему, что сильная, и гордо тискать занавеску у окна с прямой спиной не было. Он тоже, казалось, не придал значения моей дислокации. Включил свет в гостиной, давая мне возможность оценить его щедрость — номер оказался люксовым, с отдельной спальней. Посередине — столик, большой диван у окна… К нему он и направился:

— У тебя аллергии нет?

— Нет.

— Хорошо, хочу креветок.

Я растерянно следила за ним. Багратов откровенно сбивал с толку. Я не встречала таких. Знала его всего сутки, но за это время он, будто узор в калейдоскопе, складывался перед глазами неожиданными картинками. Только детали ведь не меняются. Я подписала с ним договор, он — хозяин ситуации, я — заложница.

— Что пьешь? — не отставал он. — Моего ты даже не лизнула. Белое, что доставал для тебя Рамиль — тоже...

— Слезы врагов, — огрызнулась.

Он усмехнулся, оборачиваясь:

— Не самый изысканный напиток. — Медленно приблизился и опустился на корточки рядом: — Давай начнем с вина.

— Давайте закончим?

— Я понимаю, тяжелый день…

— Да, благодаря одному мудаку…

— Совершенно верно, — кивнул он. — Твоему приемному отцу.

— Что он сделал? — сощурилась я.

— Не будем портить ужин, — поднялся Багратов.

— Ты собираешься разрушить всю мою жизнь подчистую, думаешь, мне важно не испортить тебе ужин?

— Не разрушит съемка твою жизнь, я же не собираюсь вешать лучшие кадры на билборды по всему миру. Иди сюда.

— А в зеркало мне потом как смотреть? — я поднялась, но тут же закатила глаза. — Но это вас не беспокоит. А может, дадите мне потом пару мастер-классов по этому искусству? Вы ведь как-то смотрите…

— Это тебе дорого обойдется, — опасно пообещал он, стянул пиджак и бросил на спинку дивана, потом принялся закатывать рукава на рубашке.

— Такой знаменитый коуч? — злость искала выхода, а он, вроде бы, позволял мне злиться. Но только красная лампочка здравого смысла начала сигнализировать — опасно.

— Нет, — посмотрел на меня недовольно исподлобья. — Закрой рот.

— Это почему?

— Люблю тишину…

— Я громко чавкаю, — стянула куртку и бросила ее рядом с его пиджаком. — Тем более креветками.

— Ну хоть молчать будешь, — усмехнулся. — Раздевайся.

Он направился в ванную.

— Что, прости? — повысила голос, снова переходя на «ты».

— Прощаю, — ответил он тем же, — раздевайся — ноги парить будем. Забыла уже?

— Для этого не раздеваются, — подняла я взгляд на вернувшегося мужчину.

— Передо мной раздеваются, не переспрашивая… — он склонил голову набок, усмехаясь.

— Забираешь у людей последнее?

— Да, — присел на корточки, заглядывая с интересом мне в лицо, — честь и трусы.

— Не думаю, что у них есть честь, раз они не переспрашивая снимают перед тобой трусы.

— Тебе виднее.

— Оставь меня хотя бы сегодня в покое, Багратов, — начала выдыхаться от нашего диалога. Сирена уже орала в голове, что надо затыкаться, как он советовал несколько минут назад.

— Так легко сдаешься? — улыбнулся опасно.

— По-твоему, это легко? — моргнула я.

— Сначала попаришь ноги и почавкаешь для меня креветками.

— Что ты хочешь — чтобы я отказалась?

— От креветок?

— От съемок.

— Да, Кристина, — его глаза блеснули опасно в полумраке. На меня будто навалилась и размазала его тяжелая энергия, которую он до сих скрывал за странным диалогом и пикировками, но долго так продолжаться не могло. — Отойди с моей дороги, а я забуду о нашем договоре. Я передумал. Ты бездарная актриса, совершенно не подходишь на роль, которую я тебе дал. Разнесу завтра по кирпичикам к чертям все, что дорого твоему опекуну. И ты обо мне больше не услышишь…

— Нет, — мотнула упрямо головой.

— Тогда раздевайся.

Игры кончились. Багратов злился — желваки рисовали жесткие линии на его лице, взгляд потемнел. Он загнал меня в ловушку. Его правила, его игра.

Я схватилась подрагивающими пальцами за края футболки, но нервы резануло от его издевательского смешка:

— Еще пару часов назад я был уверен, что тебя будет трудно трахнуть. — Он резко встал и толкнул меня на спину, нависая сверху. — Примитивная болтовня, и ты мало того, что впускаешь меня к себе, уже задираешь майку… Ты правда готова ради него стать шлюхой?