Чтение онлайн

— Я по делу, — ответил я. — Ложись на пол, и вытяни руки за спину. Тогда все пройдет тихо и мирно, и никто не пострадает.

Но по глазам было видно, не послушает. Он крупнее меня в два раза, и в своих силах уверен, несмотря на ствол. Наверняка и подкожной броней обзавёлся, а откуда ему знать, что мой пистолет шьет ее насквозь?

У него самого был только тазер в чехле на поясе. Однако вместо того, чтобы достать его, он резко рванул вперед, схватил меня за руку с оружием и попытался вывернуть так, чтобы пистолет оказался у него.

Идиот. Он ведь видел, что у меня руки не свои, а приём этот работает исключительно на том, что от боли разжимается кисть. «Базуки» же гораздо крепче обычных человеческих конечностей, и боли, разумеется, не чувствуют. Не положено это железкам.

Этот кретин так и продолжал держаться за мою руку, удивляясь, каким образом у меня удается по прежнему удерживать пистолет. Я провел подсечку, одновременно толкая его плечом.

Охранник с грохотом свалился на пол, его кресло отлетело в сторону и врезалось в стол так, что аж мониторы на настенных кронштейнах затряслись.

Правду говорят: чем больше шкаф, тем громче падает.

Не теряя времени я рухнул на охранника сверху, и стукнул рукоятью пистолета ему по голове. Обычно этого хватало, чтобы вырубить человека, но этот урод оказался уж слишком выносливым. Вместо того чтобы потерять сознание, он схватил меня за горло и принялся душить.

Я попытался вдохнуть но не смог, мое горло оказалось пережато стальной хваткой. Чуть довернув руку, я дважды долбанул его рукоятью пистолета в висок, но второго удара у меня не получилось, потому что охранник левой рукой схватил меня за запястье.

Какое-то время мы боролись. И тут я почувствовал, что силы покидают меня, а в глазах темнеет. Может быть, дело было в нейровирусе, может еще в чем-то.

Я вытянул вперед руку, пропихнул палец под глазное яблоко охранника и нажал, что было сил. Он закричал, и тут же отпустил меня.

Бросившись на него сверху, я принялся наносить удар за ударом. На шестом или седьмом остановился, потому что лицо здоровяка уже превратилось в кровавую маску.

Повреждение мягких тканей лица. Черепно-мозговая травма. Потеря сознания.

Странно, что ты оставляешь в живых хоть кого-то.

Перевалившись на спину, я потянулся в карман, достал ингалятор с «шоком», сунул мундштук в зубы и вдохнул. Жить сразу стало легче.

Все-таки заставив себя встать, я вытер окровавленную руку об униформу охранника, с большим трудом перевернул его на спину, и связал руки бугая за спиной сразу тремя кабельными стяжками. Проделал то же самое с его ногами. Потом вставил ещё один блокирующий чип ему в разъем. Пусть полежит, подумает над своим поведением.

Подошел к камерам, посмотрел.

В подсобных помещениях все было в порядке, никто ко мне не бежал.

В зале же оказалось достаточно много народа, почти все одеты по корпоративной моде. Даже не знаю, как хакеры вычислят нужного человека. И, кстати, я не ошибся, за пультом действительно стоял диджей. Значит, все эти пиджаки к нему на выступление пришли? А почему я не видел афиш?

Даже странно как-то. В центре сейчас митинг, целый палаточный городок развернули, а эти отдыхают.

— Иди в серверную, — сказала Искра. — Не теряй времени. Релоуд, может быть, уходит все дальше.

Я наклонился над охранником, достал из нагрудного кармана ключ-карту, вышел наружу. Проигнорировав камеру, подошел к серверной, открыл дверь, вошёл, смотрелся.

Разъём под индивидуальный коннектор нашелся быстро, так что я вытянул кабель из плеча и воткнул его туда.

— Подключаемся, — сказала Искра. — Так… Так… Охренеть, ну тут и файервол. Зачем такой в клубе-то? Иди к камерам, мы какое-то время будем его пробивать.

— То есть отключаться можно?

— Можно, — подтвердила хакерша. — Мы уже в сети.

Я вытащил коннектор из разъема и вернулся в помещение видеонаблюдения. На мониторах все по-прежнему было спокойно, люди танцевали, диджей колдовал что-то над пультом.

А через несколько секунд свет в помещении вдруг погас, и на всех мониторах кроме одного появилась надпись:

PWNED BY RELOAD.

Единственный работающий монитор показывал на диск-жокея. Он вдруг поднял голову и показал прямо в камеру средний палец.

— Полиглот, блядь, — выругался я. — Иду за ним. Отключаюсь.

Сбросил звонок и вставил себе в один из разъемов блокирующий чип. Предосторожность не помешает. Если этот пидор умудряется водить за нос пятерку не самых слабых хакеров, то ко мне он точно подключится без всяких проблем. А что может сделать хороший взломщик, я и так знаю. Проходили уже.

Я побежал наружу, в несколько больших скачков миновал лестницу, приложил ключ-карту, открывая дверь, пробежал по коридору, и оказался на сцене. Здесь танцевали полуголые девчонки, на кожу которых были нанесены картинки светящейся краской.

На всякий случай я спрятал руку с пистолетом за спину. Если начнется конфликт с охраной, то придется его применить, а тогда будет паника, пиджаки побегут наружу, случится давка. Мне этого не нужно. Мне нужна только голова Релоуда.

Я широким шагом двинулся к будке диск-жокея, но его внутри уже не было. Зато знакомая фигура мелькнула в толпе народа, он пробирался к выходу. Я спрыгнул со сцены в толпу и пошел за ним, расталкивая людей и отдавливая ноги.

На меня ругались, пару раз кто-то порывался толкнуть меня, но мой внешний вид не располагал к такому обращению. К тому же пистолет мой никуда не делся.