Чтение онлайн

— Это непростая задача, — покачала головой мертвая принцесса. — Здешние обитатели издавна пьют ядовитую жидкость из черных луж. Она наделила их высокой устойчивостью к магии. К тому же они терпеть не могут света. Чем темнее ночь, тем больше шансов призвать их на битву. Хотя контролировать этих существ невозможно. Разве что натравить на наших врагов, а самим отсидеться в крепости. Впрочем, я сомневаюсь, что это получится. Да и сил потребуется очень много. У меня таких и близко нет. У тебя тоже.

Лаура медленно повернула голову и посмотрела на Свету, которая тщетно пыталась успокоить рыдающего Стасика.

— А как насчет нее? — спросила волшебница.

— Демон, значит… — задумчиво протянула Синара. — Она сильна, это факт. Но она как ребенок — ничего не умеет. А на ее обучение у нас нет времени.

Тут в разговор вклинилась Риана:

— Можно мне сказать? Можно? Я знаю, что может помочь. Единство. Вы ведь знаете, что это такое. Я только читала о нем, но сама не умею. Но вот Лаура….

Она вопросительно взглянула на волшебницу. Та, нахмурившись, проронила:

— Единство, говоришь. Ну, я имею о нем представление, и, наверное, сумела бы создать руну, вот только….

Она покосилась на Свету, а затем на Синару.

— Сумела бы, будь мы все людьми. Но одна из нас мертвец, а вторая вообще какой-то демон. И очень сильный демон. Это может плохо кончиться.

— Оно, вроде, и так кончится плохо, — напомнила Риана. — Когда сюда пожалуют обе армии, они нас просто перебьют. И никакие припасенные трюки их не остановят.

Лаура, помрачнев, вынуждена была признать правоту Рианы. Ведьма говорила дело — им не выстоять. Но применить Единство в компании демона и нежити… Лауру передернуло. Об этом даже подумать было страшно. Вся эта процедура могла завершиться очень плохо. Прямо очень-очень. Слить воедино силы человека, нежити и демона это как взять одну взрывчатку, добавить вторую и бросить все это в костер. Придется применить все свои знания и умения, чтобы удержать под контролем подобную мощь. А удерживать придется ей. Света ничего не смыслит в магии, а Синара вообще странная.

— Мне нужно это обдумать, — сказала Лаура. — Возможно, мы и попытаемся. В иной ситуации я не стала бы прибегать к подобному методу, но обстановка вынуждает идти на крайние меры.

Она подошла к рыдающему Стасику и строго потребовала:

— Эй, повелитель соплей и слез! Прекращай позориться. Если тебя в подобном виде узрят твои новые подданные, они могут заподозрить, что им подсунули липового властелина. Они народ простой, и едва ли поймут твою сложную импульсивную натуру. Вытри нос и надень свой наряд. Властелин должен выглядеть подобающе.

— Вот-вот, — поддакнул Гамал. — Ты уже большой. Стыдно вести себя как дитя.

— Могли бы поддержать и утешить! — обиделся на них Стасик. — От вас доброго слова не дождешься.

Лаура хищно оскалилась и сообщила:

— Скоро сюда пожалует войско добра и света. Ты услышишь от этих добряков много теплых словечек. Так много и таких теплых, что задымишься и обуглишься.

— Перестань пугать Стасика! — потребовала Света. — Ничего не случится. Мы выстоим. Никто не обидит Стасика.

Хотелось бы и Стасику в это верить, очень хотелось. Но желающих обидеть его выстроилась целая очередь. Их было слишком много. Кому-то одному, да удастся. А в худшем случае сразу всем. Притом он не знал, кого ему бояться больше — добряков, злодеев или монстра с того света. Все его враги выглядели одинаково кошмарно.

Тут к нему подошла Злюка, строго взглянула на Стасика и потребовала:

— Соберись с духом, Свинорыл. Ведь именно в столь роковые моменты выковывается слава истинного вождя. Отринь страх и стисни булки. Грядет великая битва. С нее начнется покорение сего мира и превращение оного в выжженную пустыню. У тебя впереди много славных дел, Свинорыл — стольких нужно убить, столько пожечь и порушить. Не смей раскисать раньше срока! Кто еще сумеет превратить этот мир в филиал преисподней? Кто, если не ты?

От этого высокопарного напутствия Стасику захотелось убить себя об стену. Что эти люди и нелюди себе придумали? Какое покорение мира? Какое превращение оного в выжженную пустыню? Он всего лишь хотел тихонько жить в правильном мире, и быть в нем обычным великим магом. Хотел простого попаданческого счастья: внезапно обретенных сверхъестественных способностей и гарем сексуальных девиц. И уж точно его никогда не тянуло становиться вождем злодеев и негодяев. Настоящих негодяев, а не безобидно-милых, которые только делают вид, что злые, а сами няшки-няшки.

Но правильный мир не интересовался его желаниями. Окружающие тоже. Они все уже решили за него, назначив вчерашнего школьника темным властелином. Скоро эта ошибка выльется в большую беду. Многие умрут из-за глупого недоразумения. Будь у него хоть малейший шанс, Стасик бросил бы все силы на то, чтобы остановить грядущее безумие. Но что он мог? Лишь смириться и плыть по течению, навстречу ревущему впереди водопаду.

Как маленький ребенок пытается отвратить неизбежное глупым неверием в грядущее событие, так и Стасик пытался убедить себя в том, что его пронесет каким-нибудь чудом. Что по неведомой причине и добряки, и злодеи, и прочие монстры вдруг возьмут и передумают охотиться за его головой, развернутся и пойдут по домам. Все эти маги и паладины, черные рыцари и восставшие из мертвых чудовища вдруг найдут свои мозги и поймут, что произошла чудовищная ошибка. Осознают, что темный властелин Свиностас не более чем оболганный школьник, который никому не представляет угрозы и хочет только мира, покоя и парочку эльфиек с третьим размером ушей.