Чтение онлайн

— Я над этими работаю, — сквозь зубы цедил Грысак.

Он был крупным и сильным гоблином, с огромными мускулистыми руками, и носом, длиной и формой похожим на ятаган. Даже телохранители казались тщедушными на фоне этого гиганта. Но обычно наглый и дерзкий Грысак сегодня выглядел растерянным. От него, как от наместника, требовали ответов, а он не знал, что сказать.

— Ты Гоб-нул, или просто мимо проходил? — закричал кто-то из толпы, собравшейся в подземном зале. — Ступай в крепость, и выясни все. Мы хотим знать, что нам делать.

— Покомандуй мне тут! — прорычал Грысак, но в этот раз его наглость не сработала — гоблины дружно освистали его и осыпали насмешками. Наместник смутился, не зная, что ему делать и как быть.

— Какой из тебя Гоб-нул, если ты боишься пойти и выяснить, что там произошло? — прозвучало из толпы. — Зачем нам такой Гоб-нул, братцы? Выберем другого, который не трус!

— Это я-то трус? — взревел Грысак, но его слова вновь потонули в свисте и насмешках.

В этот момент сквозь толпу протолкался Зархад и вышел не небольшой пятачок перед троном Гоб-гулыба.

— Братцы! — закричал он. — Сестрицы! Позвольте мне сказать!

— Да вот тебя еще тут не хватало, — закричали на него гоблины.

— Сперва выслушайте, потом судите! — возопил Зархад. — Ибо знайте — только что явился я из той крепости, где были биты паладины и черные рыцари.

После этих его слов в зале воцарилась гробовая тишина. Даже Грысак опешил настолько, что не нашел, что ему сказать, и просто таращился на Зархада округлившимися глазами.

— Да, братья и сестры, — продолжил Зархад в тишине, — я только что оттуда. И больше вам скажу — я сам принимал участие в разгроме армий добра и зла. Вот этой вот рукой сразил я трех паладинов и четверых черных рыцарей. Я дрался, как бешеный дракон….

— Да потом об этом добрешешь, — донеслось из толпы. — Ты лучше поведай, что за сила вызрела в тех руинах. Прежде, я знаю, жил там старый алхимик. Но не он же, в самом деле, перебил добряков и злодеев.

— Нет, не он, — согласился Зархад. — Сила, что была явлена там, не от мира сего. И мощь ее столь велика, что Ильнур, верховный паладин Форинга, и Мортус, лорд черного замка, бежали пред нею, поджав хвосты.

Гоблины стали переглядываться и трусливо перешептываться. Все сходились на том, что если уж такие могучие герои, как Ильнур и Мортус, поджали хвосты, то им, гоблинам, просто не на что надеяться. Захочет эта сила прихлопнуть весь их народ, и прихлопнет легко, в один миг.

— Что оно такое, эта сила? — послышался вопрос из толпы. — Поведай же нам, о, многоуважаемый Зархад.

Зархад приосанился и гордо задрал подбородок так, что его огромный нос уставился прямиком в закопченный каменный свод зала.

— Поведаю, братья и сестры, поведаю, — пообещал он. — Знайте же, что сила эта родом из иного мира. Природа же ее глубоко демоническая.

— Что? Демон? — ахнула толпа. — Так там демон?

Гоблинов объял ужас. Кое-что о демонах они знали. Конкретно то, что демоны могущественны, злы и свирепы, и нет для них большей радости, чем творить бесчинства и сеять смерть.

— Это верно, — подтвердил Зархад. — Демон огня.

Гоблины пали духом. Им стало ясно, что нужно либо бежать с этих земель, либо их всех ждет гибель. Вот только некуда им было бежать. Не осталось для них на свете ни одного уголка.

Заметив, что собратья приуныли, Зархад поспешил утешить их.

— Нет-нет, братья, не страшитесь! — призвал он. — Ибо демон не причинит нам вреда. Ну, точнее говоря — мне, — добавил он затем.

— Все знают, что демоны зловредны и вероломны, — заметил один из вождей. — Как ты можешь успокаивать нас? Или ты имеешь власть над этим демоном?

— Не может он иметь власти над демоном! — завопил позабытый всеми Грысак. — Такой силы нет ни у кого из гоблинов, а у этого жалкого Зархада и подавно. Сие под силу лишь Гоб-гулыбу, великому властелину.

И вот тут-то Зархад и вспылил. Вот тут-то он и сорвался. Не смог стерпеть очередного публичного оскорбления от этого выскочки Грысака, чей грязный рот вылил по его адресу уже немало словестных помоев. Пришло время поставить его на место.

— Да! — завопил Зархад. — Да, братья! Лишь Гоб-гулыбу под силу подчинить себе демона. Но в том-то и дело, что принес я вам благую весть. Ибо сбылось, сбылось, наконец, древнее пророчество. Сотни лет ждали мы, и вот оно сбылось. Гоб-гулыб явился!

Вновь воцарилась тишина. Гоблины дикими глазами таращились на Зархада, пытаясь понять, шутит тот, или просто спятил.

— Ложь! — каркнул вдруг Грысак, и топнул ногой по каменному полу. — Грязная ложь! Если бы явился в мир Гоб-гулыб, то я первый узнал бы о том. Разве я не Гоб-нул?

— Ты сам сказал, — усмехнувшись, произнес Зархад.

— Нет, я в это не верю! — заявил Грысак. — Ты все лжешь, Зархад. Ты известный лжец. Никто тебе не поверит.

Зархад, прищурившись, взглянул на наместника, и спросил у него:

— Повторишь ли ты эти слова, Грысак, в лицо Гоб-гулыбу? Очень бы хотелось взглянуть на это. И на то, как за дерзость твою Гоб-гулыб велит демону испепелить тебя заживо.

Он возвысил голос и закричал так, что эхо его слов заметалось под сводами подземного зала.

— Братья и сестры! Слова мои — правда. Гоб-гулыб явился. Его могущество велико, даже демон склонился пред ним и признал его власть. А еще Гоб-гулыб официально нарек меня, Зархада, своим лучшим другом. Да-да, так и было. И пообещал, что жестоко покарает каждого, кто не выкажет мне должного уважения.

— Меня Гоб-гулыб тоже нарек другом, — скромно сообщил Грыбан.

— Но должны же были быть какие-то знамения того, что сбывается древнее пророчество, — робко подсказал кто-то из толпы.

— Я их видел! — заявил Зархад. — Мертвые паладины и черные рыцари — чем не знамение? Будут и другие мертвецы, если вы откажетесь признать своего повелителя, — добавил Зархад зловещим тоном.

Дальше его совсем понесло, и он долго, в ярких красках, расписывал, какой Гоб-гулыб огромный и могучий, какой мощью веет от его эпической фигуры, и как жестоко и безжалостно расправился он с добряками и злодеями. Через слово Зархад напоминал о том, что является лучшим другом пришедшего миссии, и намекал, что может замолвить перед тем словечко. Когда речь фантазера подошла к концу, к нему не обращались иначе, как многоуважаемый и почтенный лучший друг Гоб-гулыба. Со всех сторон тянулись руки, и совали Зархаду взятки. Один наместник остался непоколебим, и продолжал кричать о том, что Зархад все это выдумал, и нет ему веры. Но гоблины, в массе своей, его не слушали. Обступив Зархада, они требовали подробностей, и нижайше интересовались, когда же начнутся обещанные в пророчестве времена процветания и блаженства. Всем хотелось знать, скоро ли Гоб-гулыб поведет их в обещанные тучные земли с зеленой травкой, чистой водицей и обилием дичи.