Чтение онлайн

Мы не избегали опасности потому что мы знали, что змея все еще скрывается в засаде под деревом знания, и что это время мы должны потратить на свои маленькие хитрости. Вы не можете надеяться на жизнь в раю без того, чтобы заплатить соответствующую цену. Теперь вы можете?

"Земной Дух" был разновидностью подвижной консервной банки из-под сардин. «Ариадна» в противовес ему, была древним замком, где никто не жил за исключением горстки туристов и короля без королевства.

По своей планировке она была устаревшей и напоминала лабиринт. Это было странное место. «Это», конечно, было более правильным, чем «она» [в английском языке корабль традиционно женского рода], я не мог думать об «Ариадне» как о корабле. Это был маленький мир.

Замки, конечно, главным образом населены гостями из отдаленного прошлого. Их стены и лестницы перекликаются звуками марширующих вооруженных людей, факельным светом и пытками, рыцарством и мученичеством. Вокруг них холод. «Ариадна» заселена главным образом гостями из будущего. Ее чрево было наполнено миллионами неродившихся детей, яйцеклетками, готовыми начать деление, но бездушно прерванным. Пустые пластиковые лона терпеливо ожидали заполнения. А пока холод…

Там был ряд над рядом хрустальных саркофагов, где вы могли уснуть сном без сновидений, если желали, без перевоплощения или с ним, остановив временные часы.

Король без королевства?

Это — Мортен Джухач, капитан над капитанами, ему Катрин д'Орсей передала свою мало прожившую и несчастливую команду. Лицо у него было ястребиное, твердое, машина для отдачи приказаний. Он был длинным и тощим, и легко верилось, что он мог бы пустить себе пулю в лоб, если бы единственным остался бы в живых. Его внимание к нам было сдержанным. Неизбежная логика заставила его призвать нас, но по всему было видно, что это ему не нравилось. Думаю, ему пришлось бы больше по вкусу, если бы эту работу выполнял один из членов его экипажа. Он не хотел привлекать со стороны никого для решения своих внутренних проблем. Еще больше ему пришлось бы по нраву, если бы уцелел кто-то из первого наземного экипажа… если бы Наксос был также гостеприимен, как казался. Он знал достаточно хорошо, что необходимы квалифицированные эксперты в чужеродной биологии для серьезного расследования. В этом его убеждал личный опыт и официальное расследование, поэтому его люди должны были посторониться.

Только через несколько дней мы выйдем на следующий этап путешествия посадку. Я испытывал большую усталость от длительного путешествия на "Земном Духе", где большую часть времени я провел в своей койке, но спал очень плохо, почти боялся сна. Иметь четыре стены вокруг себя, отделяющие мое пространство от остальной вселенной, было необходимой роскошью. Я не особенно хотел вдаваться в это, оставаясь долгие часы один на один с самим собой — мне только хотелось знать, что я имею это, и чтобы оно было, если уж я в нем нуждаюсь.

На «Ариадне» не было ознакомительного обхода корабля. Мы не изучали экосистему ее, чтобы выдвинуть какие-то новые предположения. Это многого не решило. Гипотезы, которые приходили были теми же, которые мы рассматривали; новая информация относящаяся к природе жизненной системы Наксосу использовалось для того, чтобы сравнить с теми данными, которые мы уже имели на Земле и Каликосу. Существовало несколько замечательных путей, по которым шла эволюция жизненной системы, основанной на воде, и Наксос обнаружил все легкие ответы на все трудные проблемы. Обсуждение не пришло к единому выводу потому, что мы многое не знали и нам ничего не оставалось, как продолжить свои исследования на поверхности планеты.

К этому времени, когда я удалился из своей клетки одиночки, истощение по-настоящему съедало мой дух и я начал чувствовать депрессию. Я знал, что весьма вероятно приближаюсь к ночному кошмару, но знание не помогало. Все что ни случалось, приближало вероятность этого. Я хотел прильнуть к кровати, но обстоятельства отвлекли меня, устроив заговор в образе посетителей. Я не был единственным, кто хотел уединиться этим вечером.

Первой персоной, заявившейся ко мне, был Джесон Хармалл.

Он тщательно прикрыл за собой дверь и стал ждать, пока я приглашу его присесть. Садиться, за исключение кровати, было негде. Я сел в голове и пригласил его присаживаться в ногах кровати.

Он извлек из своего кармана маленькое устройство, которое напоминало коробочку мака с отделяющимися на три дюйма стеблем, если не брать во внимание того, что она была металлической.

— Что это? — покорно спросил я, когда он передал это мне.

— Микрофон, — сказал он. — Он не будет работать сразу. Вы запишите в него послание, а затем включите. Он запишет послание и передаст его, как разновидность беспорядочных звуков.

— У вас есть такой приемник, чтобы получать информацию?

Он кивнул.

— Я не тайный агент, — заметил я.

— А я — да, — ответил он ровно.

Я взглянул на вещицу, которую держал в руке несколько мгновений, затем спросил:

— А почему мне?

— Не думайте, что вы в привилегированном положении… У доктора Хесс тоже есть экземпляр.

— Главная мысль заключается в том, что я могу что-то обнаружить, что является важнейшей информацией, мне кажется? Если мы проделываем это впервые, мы забыли проинформировать Везенкова.

— Я не особенно беспокоюсь о Везенкове, — сказал он. — Я не дурак. Я знаю, что вы должны работать вместе и что будете вносить в общий фонд свои источники. Везенков может сказать что-то, что ему нужно будет уточнить… и Зено тоже, конечно. Но Джухач настаивает на посылке вместе с вами одного из его людей… он предлагал полдюжины, но я убедил его, что одного будет достаточно. Это будет капитан д'Орсей, не ученый. У вас не будет особых хлопот от того, чтобы удерживать ее подальше от своих исследований. И когда вы узнаете ответ, вы скажете мне, а не ей… и не Джухачу…

— Я не понимаю, — сказал я.

— А вы и не должны.

— Я не обязан сотрудничать с вами.

Его голубые глаза не дрогнули.

— Доктор Каретта, — сказал он вежливо. — Я полагаю, что вы намерены вернуться в солнечную систему, когда это закончится. Вы же не собираетесь оставаться здесь навсегда?

Я задумался.

— Хорошо, — сказал я. — Я вынужден сотрудничать. Но я работаю лучше, когда понимаю, что делаю.

— Все довольно просто, — сказал он. — Миссия «Ариадны»… устарела. Она всего лишь недолгий каприз наших настроений. Капитан д'Орсей, я боюсь, не понимает этого. Капитан Джухач еще меньше. Я не вижу ни малейшего шанса заставить их смотреть на вещи так, как смотрим мы. Следовательно… может так статься, что придется провести независимую акцию. Тихо, конечно. Очень тихо. Для вас нет надобности чувствовать любого рода моральную дилемму. В ваших интересах играть с нами… более того, я пойду дальше и скажу, что вы один из нас.

Я слишком устал, чтобы аргументировать против нас и их, но появился один пунктик, который показался мне ценным.

— Они собираются опустить нас вниз, на поверхность планеты? Нас швыряют в закрытой жестяной банке как в омут.

— Это точно, — подтвердил он.

— Это означает, что нам придется подниматься снова. Я думаю, что забирать нас назад будет "Земной Дух", но зависеть в первую очередь мы будем от челночного корабля, «Ариадны» и Джухача, если мы войдем с последним в конфликт.