Чтение онлайн

На обоих краях этого зеленого ковра появились белые футбольные ворота с сетками. Судья выбежал на середину площади и свистнул. Оркестр грянул «Спортивный марш» [44] :

По Красной площади шла команда гидраэровцев. Впереди, с огромным знаменем, на лазоревом шелку которого был вышит серебряный глиссер, шел исполин-вратарь. Пылал красный лак древка. Вратарь нес знамя, немножко наклонив вперед. Все узнали Кандидова. За ним шли в белом Груша и Настя. Они несли на высоко поднятых руках модель сверхглиссера. Она отливала серебром в горячем воздухе.

За ними, весь тоже в белом, с большим кубком Спартакиады, шагал Карасик.

Далее следовала тройка нападения — Баграш, Бухвостов, Русёлкин. Они несли вымпелы из зеленого и малинового бархата, штандарты с пышной бахромой — трофеи выигранных мячей и гонок. Сверкало золото реек. Качались тяжелые бронзовые кисти.

Опаленные океанскими ветрами, одутые, овеянные штормами десяти морей, шли прославленные гидраэровцы.

Они выстроились перед Мавзолеем. В габронилитах [45] его матово отражались зелень поля, лазоревые майки футболистов. А оркестры всё играли «Кандидовский» марш.

На трибунах тысячи людей подпевали:

Антон стоял в воротах. За спиной, за футбольной сеткой с крупными ячеями, витой, старый, мозаичный, высился Василий Блаженный. Солнце висело над шпилями Исторического музея и било прямо в глаза. Судья поднес свисток к губам.

Но в эту минуту куранты Спасской башни стали бить время. Они проиграли вступление, потом стали отвешивать мерные удары счета. На последнем ударе судья просвистел.

Матч начался.

Москва, 1932 — 1937; 1959.

Среди большого количества книг, написанных Львом Кассилем и знакомых юным читателям с детства, произведения, посвященные нашим спортсменам, занимают не последнее место.

Любителям спорта хорошо известны многие рассказы, статьи, очерки писателя, посвященные различным видам спортивных состязаний, и радиорепортажи о выступлении физкультурников, которые он нередко ведет с Красной площади в дни народных праздников или со стадиона.

Не случайно под дружеским шаржем в одной комической портретной галерее советских писателей Лев Кассиль изображен в очках, в которых вместо стекол вставлены футбольные мячи.

Лев Кассиль пишет о спорте весело и увлекательно, и в то же время читатель ощущает, что автор относится к спорту с большой любовыо и серьезностью. Писатель сам выразил свое отношение к нашему спорту в строках, которые имеются в прологе к спортивно-приключенческому роману «Ход Белой Королевы», изданному не только в СССР, но и в Японии, Германии и других странах.

Говоря о своих взглядах на спорт, Кассиль соглашается с героем одного из своих романов:

«Мы с ним одинаково смотрели на спорт как на одно из самых наглядных и великолепных проявлений человеческой воли, когда все телесные силы человека подчиняются всепоглощающему стремлению к самосовершенствованию и радостно утоляется здоровая, естественная жажда самоутверждения, удивительно сочетающаяся с самоотверженностью.

И оба мы видели такую же разницу между будничными занятиями физкультурой, с одной стороны, и спортом — с другой, какая есть, например, между общедоступной грамотой и поэзией».

И вот именно поэзии спорта, воспитательной атмосфере его, в которой сочетаются такие как будто противоречивые стремления, как самоутверждение и самоотверженность, посвящен роман «Вратарь Республики».

Мне кажется, что, несмотря на богатство тем и на разнообразие видов спорта, о которых писал и пишет Лев Кассиль, лучше всего и наиболее значительно он пишет про футбол.

Пусть меня не упрекают тут в пристрастии. Дело, конечно, совсем не в том, что автор этих строк сам был вратарем и многое из того, что случалось с героем романа «Вратарь Республики», пережил и я сам, защищая ворота наших сборных команд, хотя, быть может, и не всегда с таким успехом, как это делал «сухой» вратарь Антон Кандидов.

Роман «Вратарь Республики» не издавался уже около двадцати лет.

Между тем я, как и все мои сверстники, хорошо помню, как горячо было встречено это произведение, с каким интересом читатели ожидали очередной номер журнала «Красная новь», в котором оно печаталось.

Ведь это был, по существу, один из первых спортивных романов в нашей литературе.

Почти одновременно вышел тогда и художественный звуковой фильм «Вратарь», поставленный по этому роману режиссером С. Тимошенко в студии Ленфильм. Хотя фильм оказался не столь широким по разработке темы, как сам роман, он имел большой успех.

Роман был издан не только в нашей стране. В Болгарии писатель-академик Людмил Стоянов перевел его на свой родной язык, и книга выдержала не одно издание.

Недавно «Вратарь Республики» был дважды переиздан в Польше.

О популярности и доходчивости этого романа говорит одно любопытное его «издание». Это маленький, немногим больше ладони, томик в твердом, тисненом переплете, на котором во вдавленном медальоне изображен вратарь, в прыжке достающий мяч, с цветной суперобложкой, с многочисленными красочными иллюстрациями, каждая из которых проложена вклеечкой из прозрачной папиросной бумаги. Чрезвычайно мелкий, но очень разборчивый шрифт. Томик поражает своей компактностью и изяществом. На обороте титульной страницы, там, где помещают так называемые выходные данные, можно прочесть нечто такое, что заставит вас поразиться, больше всего. Там написано тем же четким мельчайшим шрифтом:

«Оформление, переплет и суперобложка работы А. Коврижкина, ученика 7-го класса 209-й школы. Текст переписан с „Пионерской правды“. 1937 — 1939 гг.»

Так и сказано: переписан с «Пионерской правды»… Да, не дождавшись выхода романа отдельной книгой, московский школьник Толя Коврижкин сам издал его, искусно оформил книгу собственными рисунками, переплел ее на станочке дома, с удивительным терпением при помощи тонкого пера и туши переписав весь текст произведения.

Почему же этот роман так долго не переиздавался?