Времена без Героев
Шрифт:
– О!
– заорал обрадованный стражник, лихорадочным жестом подзывая приятелей - Здесь совсем рядом есть такая корчма! С таким пивом!! А бабы!!!
…Спустя два часа Стриж очень сильно сомневался в этом. Корчма и впрямь была больше предыдущей, но - и шумнее. Пиво, которое базиликанец вообще-то не любил и которому разумеется предпочитал вино, на его взгляд было старым и прогорклым. Ну а бабы… Нет, не в его вкусе!
Стражник, которого звали Люк, и который успел порядком нагрузиться, висел на плече у своего нового друга и без устали трепался, временами пытался завести песню, но сбивался и снова переходил на похвальбу и банальную травлю. Получалось у него здорово, выходило - все женщины в деревне его или были его, причем Люк не стеснялся и прямо в зале находил рогоносцев, в голос над ними хохотал и тыкал пальцем… Те терпели, видимо полагая ниже своего достоинства связываться с пьяным вралем. А может, он и не врал… Ко всему прочему, Люк был здоров, крепок и обладал огромными кулаками, испробовать которые на себе не восхотел бы и Мстислав…
Стриж и сам заметил, что хмелеет. И девка, разносящая пиво и швырявшая его на стол с лицом императрицы, снисходящей до грязи, стала красивее, и мир - светлее…
– А что вообще в мире творится?
– сделав неопределенный жест рукой, спросил он, старательно сражаясь с непослушным языком - В Базилике?
– Ну… Там как всегда!
– враз поскучнев, ответил стражник - Говорят, августа ваша очередного любовника завела. Говорят, старого на форуме Тавра сожгли, за измену! Только вот не сказали, где он изменил: в постели, аль в жизни!
Стриж скромно промолчал…
– Эй!
– вдруг удивленно вскричал Люк - Эй, корчмарь, тащи еще эля! И вина моему другу - базиликанцу! Он у нас от пива животом мается… Пошевеливайся, я пить хочу!
Корчмарь скептически обозрел частокол больших и малых кувшинов и баклах из-под пива и местного, кисловатого и не слишком вкусного вина, но еще два кувшина со служкой послал. Велев на всякий случай поинтересоваться, когда гости собираются заплатить…
Вопрос был неумный и явно преждевременный. Или наоборот, запоздавший… Стоило только служке поинтересоваться, когда Люк собирается заплатить, как стражник встал во весь свой огромный рост и так заорал, что огромный, на двадцать четыре свечи, светильник над их головами закачался:
– Ты что, корчмарь, очумел?! Это ж я, Люк! Ты мне всегда в кредит давал. Ну и молчи, пока я не осерчал!
Похоже, терпение корчмаря близилось к завершению. Он побагровел и вслепую стал отыскивать под стойкой что-нибудь потяжелее половника…
– Постой, добрый корчмарь!
– великодушно остановил его Стриж - Я заплачу. Сколько мы тебе должны?…
– Три золотых!
– мстительно ответил корчмарь, явно приложив к стоимости выпитого и съеденного часть долга Люка.
– Ну, ты грабитель… -проворчал Юлий, доставая из-за пояса предусмотрительно заложенные туда золотые империалы и один за другим звонко впечатывая марки в стол…
Служка с монетами ушел, потрясенный и явно довольный, что все обошлось, пьянка началась с начала…
– А слушай, ты не шпион Семи… Мера… Августы вашей?
– совершенно заплетающимся голосом поинтересовался Люк где-то через час - А то, друг ты мне или не друг, враз тебя скручу и к бейлифу графа Бриндеб… Нашего графа отведу! Он у нас муж суровый, но справедливый!
Имена давались Люку с большим трудом, но Юлий и сам бывал здесь не раз, под разными личинами и в разных ситуациях, про графа Бринденбаха Бозза слышать доводилось. Как и про его бейлифа Эрика, могучего, на вид добродушного великана.
– Да нет!
– рассмеялся вор, легко откидываясь спиной на стену - Какой я шпион, если мне не слишком рады будут там, где правит августа Семирамида! А вот ты, друг стражник, что-то слишком много знаешь про личную жизнь августы… Уж не шпион ли ты сам? Ну-ка, вставай, пошли к бейлифу!
Он говорил нарочито громко, к ним стали прислушиваться и Люк, даже пьяный, испугался. Про бейлифа Эрика легенды ходили о том, как он расправлялся с мятежниками и шпионами Семирамиды. Даже подозрение в измене могло привести к самым поганым последствиям…
– Я верный слуга императора Теодора!
– громогласно провозгласил Люк, выпрямившись во весь свой огромный рост. И… рухнул под стол, чудом не проломив головой половицу…
Стриж поднялся, явно намереваясь выйти прочь. Увы, выпито было слишком много, и даже крепкий на выпивку Юлий не смог перебороть внезапно подступившую слабость. Колени подогнулись, лязгнули о пол и вор во весь свой невеликий рост растянулся бок о бок со стражником…
– О!… -заплетающимся языком пролепетал Люк - Ты тоже отдохнуть решил? Я вот тут прилег…
Угасающий мозг Юлия подсказал ему какой-то ответ, но он не запомнил его…
– Я убью его!
– шумно выплюнув в костер большую кость карпа, проскрежетал Мстислав - Я сотру этого проклятого вора в порошок!
– Я тебе помогу!
– поддержал его Эдрик - Нет, понятно, разведывать да разузнавать дело серьезное… Но не столько же времени!
– Думаю, он попал в беду!
– внес свою лепту в разговор Равен - Мне показалось, Юлий достаточно ответственный!…
– Ну да, ответственный вор!
– поддакнул с ухмылкой Эдрик - Может, проверим, все ли у нас на месте в кошелях?
– Нужны ему твои гроши!
– хмыкнул с издевкой Мстислав - Он, если ты еще не сообразил, графа Репека обчистил! Думаю, он пропивает сейчас свою добычу в ближайшей корчме…
– Не говорите так о нем, он наш товарищ!
– возмутился Равен, которому как-то неловко стало от такой неблагодарности - В конце концов, он наши шкуры от виселицы спас!
– Ну, да!
– поддакнул Эдрик - Чего лично я совсем не понимаю. Сначала я бью ему морду. Потом он спасает мне жизнь! Как хотите, я, простой и добродушный викинг не верю ему! На тот самый медный грош не верю, который ты отыскал в моем тощем кошеле!
– Ишь ты!
– ухмыльнулся Мстислав - Но я как раз об этом хочу с вами поговорить… Что дальше? У нас - важное поручение Императора, посторонние нам не нужны…
– Ты скажи сначала, куда мы идем, а потом уже я скажу тебе, что делать со Стрижом!
– встрял разговор Эдрик - Маг, что тебе сказал Сервелий? Вы ж все такие тайные, простому викингу в ваших разговорах места нет!
– Учитель велел идти в Фронфор, к герцогу Северину…
– Туда нам дороги нет!
– хмуро возразил Мстислав - И потом, что нам до герцога? Сервелий, как и Император, требовали, чтобы ни одни уши больше не услышали эту историю.