Чтение онлайн

Господин Крупнов, понятное дело, был в шоке от случившегося. Неудивительно: он ведь общался с ныне покойным Аликом Паскевичем по телефону буквально за минуту до взрыва, да и сам собирался подъехать в его рабочий офис в районе Никольской…

Его тесть, главный московский строитель, – если, конечно, не считать самого популярного в народе градоначальника – спустя пару часов после взрыва на Никольской слег в больницу с подозрением на гипертонический криз (именно так озвучила случившуюся с господином Преображенским хворь пресс-служба правительства Москвы). В тот же день, точнее, уже под вечер, были уволены трое чиновников среднего звена из его департамента, но, учитывая, что у Преображенского было одних лишь заместителей семь человек, – это сущий пустяк. Помимо всего, надо учитывать, что прокуратурой было заведено дело против частных подрядчика и двух субподрядчиков, по чьей вине, или же по вине чьих-то непосредственных подчиненных, и рвануло во вторник утром в самом центре Златоглавой…

Кое-кто и рад был бы перекреститься, да вот только не очень пока понятно, в какой угол кланяться и что еще нужно сделать для того, чтобы избежать новых, еще более мощных грозовых раскатов.

Ситуация вновь стала стремительно накаляться спустя двое суток после взрыва в районе улицы Никольской.

В одиннадцать утра с хвостиком на служебной стоянке перед офисом адвокатской фирмы «Крупнов и партнеры» припарковалась черная «ГАЗ-31» с «вездеходом» на лобовом стекле и милицейскими номерами. Из машины выбрались двое мужчин в штатском; сотрудник милиции, дежуривший на входе, – во вторник, во второй половине дня, здесь был выставлен дополнительный милицейский пост – сначала козырнул прибывшему начальству, затем толкнул от себя чуть отзеркаливающую входную дверь…

Визитеры, примчавшиеся сюда прямо с Петровки, – у старшего из этих двоих имелся также второй служебный кабинет, непосредственно в здании МВД – прошли через вестибюльчик, в котором было оборудовано бюро пропусков, беспрепятственно миновав пару местных секьюрити, застывших подобно статуям подле оборудованного арочным металлодетектором и турникетом прохода. Одним махом взлетели по лестнице на второй этаж, где возле открытой настежь двери самого большого и навороченного из здешних кабинетов их ожидал младший коллега из Департамента по борьбе с оргпреступностью (этот специально выделенный сотрудник дежурил здесь весь вчерашний и начало нынешнего рабочего дня, находясь почти все время в одном помещении с верной помощницей Крупнова – его секретаршей Анной Николаевной).

– Ну что тут у вас, Герман? – на ходу спросил старший, мужчина лет тридцати пяти, крупного телосложения, с большим выпуклым лбом и дерзкими, чуть навыкате, карими глазами. – Пока мы добирались, никаких звонков и факсов больше не было?

– Нет, товарищ полковник, не было, – принимая у начальника куртку, сказал младший сотрудник. – Только что позвонили наши технари.

– И что?

– Говорят, факс сбросили со стороннего «номера», использовалась, как в прошлый раз, аппаратура «динамичного замещения телефонных номеров».

– Понятно. – Он посмотрел на секретаршу, которая тоже встала из-за своей «конторки».

– Здравствуйте, Анна Николаевна.

– Здравствуйте, Михаил Григорьевич.

– Вас уже предупредили о необходимости сохранения строжайшей тайны?!

– Э-э-э… да, конечно, – женщина хотела взять верхнюю одежду у второго визитера, но рослый, плечистый мужчина, которому с виду было лет тридцать с небольшим, отрицательно качнул головой (он ограничился тем, что расстегнул «молнию» куртки). – Я… я все прекрасно понимаю…

– А я вот, представьте, ни черта пока не понимаю! – буркнул полковник. – У кого факс?

– У Юрия Алексеевича, он ждет вас у себя в кабинете.

Крупнов, у которого уже второй день было бледное, измученное лицо, встал из-за стола и вяло обменялся приветственными рукопожатиями с двумя вошедшими в его кабинет мужчинами. Ну вот, прибыли наконец представители милицейской «крыши». С Михаилом Новосельцевым, ныне занимающим должность заместителя начальника Департамента по борьбе с оргпреступностью, он знаком уже несколько лет, он человек крайне полезный, с серьезными связями как в министерстве, так и в московском главке (его выделяет даже тесть Крупнова, господин Преображенский). Другой мент, старший опер из того же департамента, что и Новосельцев, в звании подполковника, тоже был хорошо знаком Крупнову: этот человек несколько раз кряду наведывался к Юрию Алексеевичу в его офис после того, как здесь месяц с лишком назад побывал некий господин Назир Адыгов (чьи слова, смахивающие на ультиматум, все они тогда, надо честно признать, как-то недооценили).

– Вот! – отрывисто бросил адвокат, махнув в сторону лежащей на столе кожаной папки. – Полюбуйтесь, что мне тут подбрасывают! Абсурд!! Н-не понимаю, я ничего не понимаю, потому что лично я – не при делах!

– Успокойтесь, Юрий Алексеевич, – сказал полковник, раскрывая папку. – Давайте сразу договоримся. Во-первых, ничего из ряда вон пока не случилось. Мы ведь предполагали, что кое-кто, скажем так, может попытаться еще раз использовать вас в качестве посредника… Во-вторых, нас подключили к этому делу уважаемые люди, в том числе ваш уважаемый тесть. Так что давайте будем плотно сотрудничать, тем более что это в наших общих интересах, не так ли?

Не дожидаясь ответа на свой полувопрос, полковник извлек из папки единственный хранившийся там лист бумаги и быстро пробежал глазами факс, пришедший в адвокатскую контору Крупнова невесть от кого примерно полчаса назад.

Хотя почему это «невесть от кого»? Послание было подписано точно так же, как и то, что было прислано ровно двое суток назад, незадолго до взрыва на Никольской, да и сам почерк, кажется, был тот же.

Этот, второй уже по счету, факс, был следующего содержания:

ВО ИМЯ АЛЛАХА МИЛОСТИВОГО, МИЛОСЕРДНОГО!

ОДИН ИЗ ВАС, КЛЯТВОПРЕСТУПНИКИ, УЖЕ ОТПРАВЛЕН НАМИ В ПРЕИСПОДНЮЮ! ПРИДЕТСЯ ВАМ ВЫПЛАТИТЬ ВЕСЬ ДОЛГ, ИНАЧЕ БУДЕТЕ ГОРЕТЬ В АДУ ВМЕСТЕ С ГОСПОДИНОМ ПАСКЕВИЧЕМ! ГОТОВЬТЕ ДЕНЬГИ, ЖДИТЕ КОНКРЕТНЫХ ИНСТРУКЦИЙ… Че.

Новосельцев прочел послание еще раз, затем, так и не выразив никаких эмоций, передал листок с факсом своему коллеге, чтобы тот тоже ознакомился с его содержанием. Когда тот прочел, они обменялись многозначительными взглядами, после чего Новосельцев сложил бумагу пополам и сунул ее во внутренний карман пиджака.

– Вы не возражаете, Юрий Алексеевич?

Будь Крупнов в своей обычной форме, а не подавлен, как сейчас, он, скорее всего, не отдал бы ментам эту бумажку с грозным посланием, или, на худой конец, снял бы с нее копию. Как никогда прежде, ему сейчас хотелось зарядиться «коксом», и это преследовавшее его уже вторые сутки желание было столь сильным, что он невольно принялся теребить пальцами кончик отчаянно зудящего носа.

– Юрий Алексеевич, вы как, в порядке, надеюсь? – поглядев на него с некоторым удивлением, спросил полковник.