Чтение онлайн

И заодно замкнуть с другой стороны планеты кругосветное плавание, прерванное прошлой осенью в Мельбурне.

Через Средиземное море, Атлантику, Панамский канал мы вышли в Тихий океан, посетили несколько портов Перешейка.

Со странным чувством я показывал в Манагуа Ирине сохранившийся двухэтажный особняк времен испанского владычества, в котором некогда помещался мои корреспондентский пункт.

Однако все остальное в городе было настолько другое, что не вызвало даже ностальгии.

Был момент, когда я велел Ларсену проложить курс сразу на Соломоновы острова, чтобы потом через Таити и Фиджи направиться к мысу Горн. Ибо разве можно называться настоящим марсофлотом, не померившись силами с проливом Дрейка?

Но в последний момент я вдруг сообразил, что точно так же невозможно упустить шанс взглянуть на знаменитый Фриско.

И получается, что угадал, если не сказать иначе.

Третьего дня под вечер господин Суздалев вышел на меня по спутниковой видеосвязи и, не скрывая беспокойства, поинтересовался, далеко ли от меня до Сан-Франциско.

Он сейчас находился в какой-то монашеской келье, похоже – не в Москве, и одет был в подобающее игумену повседневное облачение. Ряса, простая бархатная скуфья, положенный по сану наперсный крест.

– Примерно сутки крейсерского хода, – ответил я, не слишком понимая причину неожиданного интереса. Он сейчас вроде бы занимается проблемами чисто духовными. А также и то, каким образом вообще всплыло название далекого американского города.

Свой маршрут я с Суздалевым не согласовывал, и знать, что яхта направляется именно туда, «монаху» вроде бы не полагалось.

– А быстрее возможно?

– Если дать полный ход турбинами, погода будет благоприятствовать и не произойдет неизбежных на море случайностей, часов пять-шесть сэкономим. Или – чуть больше. Что-то случилось?

Мой витиевато-уклончивый ответ диктовался старинными флотскими суевериями, большим знатоком которых был Воронцов. Ни в коем случае, учил он, нельзя с определенностью говорить о сроках прибытия к месту назначения. Лучше вообще этой темы не касаться, но, если старшее начальство пристает с ножом к горлу, отвечай как можно более неопределенно.

Суздалев по-военному четко и достаточно ясно сообщил, что по одному из вариантов, которые мы с ним моделировали весной, возникли обстоятельства, близкие к форс-мажорным. И мое присутствие в Сан-Франциско прямо-таки необходимо.

– Отчего же вы не подключаете своих людей? Думаю, опыта у них не в пример больше…

Георгий Михайлович, показалось мне, слегка смутился.

– Не очень удобно говорить, мои люди его потеряли. Парень оказался чересчур прыткий. Или я не сумел довести до сотрудников всю остроту момента. Рано или поздно мы его найдем, но может оказаться, что поздно. Короче – вариант «Репортер». Он у вас записан?

– Конечно. Но надо освежить, я специально не готовился.

– Освежайте. После чего выходите на мой прямой интерком.

– Яволь 49 , герр святой отец!

Собственно, вариант «Репортер» не предполагал возникновения форс-мажорных обстоятельств в ближайшее время. Просто мы перебирали с Суздалевым все необъяснимые и странные события, имевшие место в ближайшие годы, которые можно было истолковать в смысле намека на нестабильность существующей системы.

Почему я обратился к событиям прошлого, когда Игроки решили «выйти из боя» только что?

По старому китайскому принципу: «Будущее отбрасывает свою тень в прошлое». Как в известной формуле: «Этот полководец проиграл так много сражений потому, что не был соблюден должный ритуал его похорон».

Тем более я совсем не был уверен, что первично и что вторично в демарше Держателей. Может быть, сначала они убедились, что «химера» пошла вразнос, а уже потом решили с ней расстаться.

Одним словом, мы нашли в секретных архивах службы безопасности космофлота материалы расследования нескольких весьма странных происшествий, предположительно (а в одном случае – абсолютно достоверно) связанных с инопланетным разумом.

Естественно, я сразу насторожился, подумав, что тут могут быть замешаны известные мне расы «пришельцев».

Ничего похожего на деятельность форзейлей и аггров я не нашел, зато с удивлением выяснил, что все инциденты замыкаются на одного человека, собкора московского еженедельника «Звезды зовут» и одновременно фрилансера 50 Игоря Ростокина.

Сопоставив с помощью контрразведчиков Суздалева обнаруженную информацию с дополнительно запрошенной, я удивился еще более.

– Мне положительно странно, Г.М., что ваши люди не удостоили этого орла своим благосклонным вниманием. Без всяких «тестов Иванова» я чувствую, что парень – вашего поля ягода…

Определить это мне было несложно, в свое время я едва не провалил диссертацию именно из-за «псевдонаучной гипотезы» о наличии «серийных признаков личности».

Суздалев побарабанил пальцами по столу.

– Не делайте опрометчивых выводов. Мы отнюдь не обошли его своим вниманием. И он прошел все предварительные процедуры. Однако по ряду причин введение его в круг «Витязей» было признано нецелесообразным. – Он помолчал и добавил: – Пока. На него есть определенные планы у наших конкурентов…

– У вас есть конкуренты? – Я искренне удивился.

– Не совсем в том смысле, как вы подумали. Просто – нельзя же объять необъятное. С международной службой безопасности космофлота мы взаимодействуем, но в свои дела их не посвящаем.

Это мне было понятно. Раз служба международная, хоть и возглавляется русским адмиралом, то посвящать ее в гостайну высшей секретности недопустимо.

Вникать в тонкости кадровой работы «Витязей» мне также не было необходимости, поэтому разговор продолжения не имел. Тем более что означенный господин Ростокин находился в очередной командировке где-то на линии фронтира 51 .