Чтение онлайн

— Хорошо, — Пит кивнул, — давай дальше.

— Сделай третий список наименований оружия, которые не наши и не Нар–Востока. Другими словами, неизвестного нам. Может быть, там не будет таком, а может, и будет. Постарайся для них тоже сделать четкие спектры, если это возможно. Мне нужны копии и…

— У вас с Лилей что–нибудь вышло?

— Да.

— Хорошо.

— Это называется паровой двигатель. Совершенно идиотский.

Пит внимательно посмотрел на него:

— Серьезно?

— Серьезно.

— Да ведь они уничтожат вас!

— Я знаю.

— А ты можешь вырваться? Обратно в Запад–Блок?

— Могу попытаться бежать. Но сейчас есть дела поважнее. Теперь слушай. Работа номер два, которую в действительности ты сделаешь первой.

Свяжись с КАСН.

— Хорошо. — Чирк–чирк.

— Заставь их проверить всех ответственных за подготовку, рисунки, создание подделок, написание сценарных идей. Иными словами, внедрись в весь человеческий источник материала комиксов «Голубой Цефалопод с Титана».

— Сделаем. — Пит быстро записывал.

— Срочно!

— Срочно. — Пит записал и это. — Кому докладывать?

— Если я вернусь в Запад–Блок, то мне. Если нет, то самому себе.

Следующая работа.

— Черт, мистер Бог, сэр.

— Видеофон на аварийной линии СФ отделения ФБР. Передай им приказать своей команде здесь, на поле в Фэрфаксе, Исландия… — И он остановился, потому что экран опустел. Аппарат молчал.

Где–то на линии советская секретная полиция, которая записывала разговор, отключила контакты.

Поразительным было то, что они не сделали этого раньше. Ларс вышел из кабинки и остановился, задумавшись. Дальше по коридору ждали два квбиста.

Никаком выхода.

И все же в самом Фэрфаксе было и ФБР. Если бы ему удалось добраться до них, он мог бы…

Но у них был приказ сотрудничать с КВБ. Они могут просто вернуть его майору Гещенко.

Это все тот же прекрасный мир, где все сотрудничают друг с другом, подумал он, до тех пор пока ты не становишься единственным, кто отказывается сотрудничать и хочет выбраться наружу. А выхода больше нет все дороги ведут обратно.

Он мог бы так же, переступив через все промежуточные звенья, действовать напрямую с майором Гещенко.

И неохотно он снова повернул в комнату мотеля.

За столом все так же сидели Гещенко, доктор Тодт и Лиля Топчева, пили кофе и читали газету. На этот раз они говорили по–немецки.

Мультилингвистические подонки, подумал про себя Ларс, садясь.

— Wie gehts? — спросил его Тодт.

— Traurig, — сказала Лиля. — Kennen sie nicht sehen? Что случилось, Ларс? Ты звонил Генералу Нитцу и просил его забрать тебя домой? И он ответил: нет, и не беспокойте меня, потому что вы теперь под контролем КВБ, хотя и считается, что Исландия, предположительно, нейтральная страна. Nicht wahr?

Обращаясь к майору Гещенко, Ларс сказал:

— Майор, я официально прошу разрешения обсудить создавшуюся ситуацию наедине с представителем полицейском агентства Соединенных Штатов, ФБР. Вы можете позволить это?

— Запросто, — ответил Гещенко.

Но квбист, как вихрь ворвавшийся в комнату, удивил их всех. Майора в том числе. Он подошел к нему и вручил ему отпечатанный, а не ксерокопированный документ.

— Благодарю, — сказал Гещенко и молча прочитал документ. Потом он поднял голову и посмотрел прямо на Ларса.

— Я думаю, что ваша идея хороша — конфисковать все последние номера «Голубого Цефалопода с Титана» и заставить КАСН провести самый тщательный анализ создателей книги. Мы, естественно, уже делаем и то и другое сами, но почему бы вашим людям не продублировать нас? Тем не менее, чтобы сократить время (а время, я должен напомнить вам, в этом случае является главным), я прихожу к тому, что вы должны попросить ваших коллег в Сан–Франциско, с которыми вы только что имели телефонный разговор, поставить нас в известность о любом полезном материале, который они обнаружат.

— Если я могу переговорить с человеком из ФБР, то да. Если нет, то нет.

— Я уже сказал вам, что это легко устроить, — сказал Гещенко, и обратился к помощнику по–русски.

— Он приказывает ему выйти, не возвращаться пять минут, а затем войти и сказать по–английски, что местонахождение ФБР в Фэрфаксе невозможно установить, — произнесла Лиля.

Бросив на нее взгляд, майор Гещенко раздраженно сказал:

— В дополнение ко всему, вас еще можно привлечь к суду по советским законам за препятствование в работе службам безопасности. Это будет обвинение в измене, наказуемое смертью через расстрел. Почему же ты хоть раз в жизни не заткнешься? — Он действительно разозлился, он вышел из себя, и его лицо побагровело.

— Sie konnel Sowjetregiht und steck, — промурлыкала Лиля.

Перебив ее, доктор Тодт твердо сказал:

— Похоже, мой пациент, мистер Паудердрай, находится в стрессовом состоянии, особенно после последнем разговора. Вы не будете возражать, майор, если я дам ему транквилизатор?

— Валяйте, доктор, — брюзгливо сказал Гещенко. Он коротко взмахнул рукой, отпуская помощника, не дав ему других инструкций, как заметил Ларс.

Из своей черной медицинской сумки доктор Тодт извлек несколько бутылочек, плоскую жестянку, несколько упаковок бесплатных образцов вроде тех, что распространяются по всему миру в огромных количествах крупными фармацевтическими концернами, — новые лекарства, еще не прошедшие тестирование и не имеющиеся на рынке. У него всегда был какой–то болезненный интерес к последним достижениям в области лекарств. Что–то бормоча и делая про себя какие–то расчеты, Тодт порылся в сумке, совершенно погрузившись в свою идиосинкратическую вселенную.

Помощник снова принес Гещенко документ. Тот молча изучал его, затем сказал:

— У меня есть предварительная информация о художнике — создателе этой мерзости, Голубом Цефалопода. Хотите послушать?

— Конечно, — сказал Ларс.

— Мне абсолютно по фонарю, — сказала Лиля.

Доктор Тодт продолжал возиться в своей битком набитой черной медицинской сумке.

Читая документ, майор Гещенко обобщил для Ларса всю ту информацию, которая была собрана советским разведывательным аппаратом, закрученным на полную катушку.