Чтение онлайн

— Это здесь, господин генерал-майор!

Эвар кивком поблагодарил сопровождающих, и семья прошла внутрь. Огромная зала, изысканно обставленная дорогой мебелью, освещённая пятью десятками больших хрустальных люстр, была заполнена до отказа — здесь находилось не менее трёхсот человек. Помимо тех людей, которые, видимо, были освобождены минувшей ночью, виднелось много журналистов. Эвар сразу подумал, что освобождённые заложники, видимо, здесь далеко не все: в списке было около пяти тысяч человек. Как бы не пришлось пожалеть о потерянном времени, если Сесиль тут не окажется.

К супругам Ларм тотчас подскочил распорядитель со слащавой улыбкой на хитрой физиономии, льстиво изгибающийся на ходу:

— Прошу вас, мадам, господин генерал-майор!

Их провели в первый ряд. Дети с восхищением осматривались вокруг — и Пьер, и Клара, которую Мадлен держала на руках.

— Папа, а когда начнётся? — поинтересовался Пьер, норовя, несмотря на недовольство мамы, сунуть палец в рот.

— Наверное, сейчас, — неуверенно пробормотал отец семейства, ища взглядом знакомых. Однако, прежде чем он заметил кого-либо, распорядитель взял его под руку:

— Прошу вас, господин генерал-майор! Вам надо в президиум! — он указал на большущий стол, установленный на сцене. Эвар неуверенно подчинился — прошёл к столу, и тотчас в зале зааплодировали. Эвар почувствовал себя по-дурацки: можно подумать, знаменитый певец или комик. Где же Сесиль Гарнье? Чем раньше удастся переговорить с ней, тем лучше…

Аплодисменты усилились — оказалось, к столу подходит Президент. Эвар поднялся с места и обменялся рукопожатием с главой государства. Ещё через полминуты к ним присоединились маршал Жан Бордо, министр иностранных дел и премьер-министр.

— Вот мы все и в сборе! — улыбаясь, тихо произнёс Президент. Эвар подумал, что министр финансов, при всей своей значимости, видимо, не придёт на церемонию: освобождение заложников — не его сфера ответственности.

— Слово предоставляется прессе! — радушно улыбаясь, провозгласил распорядитель.

— Первый канал телевидения! — выкрикнула какая-то девушка из второго ряда. — Вопрос к министру иностранных дел: не приведут ли минувшие события к усилению напряжённости с Англией?

— Не думаю, — улыбнулся глава МИД. — Мы и так с ней в состоянии войны.

— Однако за последние тридцать лет активных столкновений не было?

— Были, хотя и незначительные, в нейтральных зонах.

— Однако в данном случае имело место нападение на территорию Англии!

— Это была вынужденная мера, с целью освобождения наших граждан, которые незаконно удерживались там, использовались в качестве рабов.

— Простите! Насколько я знаю, в ходе операции освобождено несколько тысяч наших граждан. Но если произойдёт эскалация военных действий, может погибнуть гораздо больше людей! Миллионы!

— Я не думаю, что Англия ответит нам военными мерами, — холодно возразил министр. — Использование рабского труда противоречит и законам самой Англии. Я полагаю, что английское общественное мнение отнесётся к нашим действиям с пониманием. Колумбия, Русь и Хинду уже поддержали нас.

— Извините, господин министр! Даже Колумбия заявила только, что она с пониманием относится к борьбе с пиратством и рабовладением! Ни слова в поддержку нашей операции не было!

— А как, по-вашему, должна выглядеть подобная поддержка? — недовольно возразил премьер-министр. — Разумеется, Колумбия не хочет испортить отношения с Англией, потому высказывается предельно обтекаемо.

Представительница телевидения скорчила недовольную мину и села на место.

— Газета 'Мир сегодня'! — громко представился белобрысый парень из пятого ряда. — Вопрос к господину Жерару Ларм: с кем же велись бои на Темзии — с пиратами или с англами?

— Как таковых боёв на Темзии не было! — покосившись на маршала Бордо, громко ответил Эвар. — Операция прошла бескровно.

— Это говорит об отличном качестве вашей работы, сударь, в чём никто не сомневается. Однако кто, всё-таки, вам противостоял: сборище пиратов или регулярные войска Англии?

— Английская армия, — со вздохом признался Эвар.

— В таком случае, почему в операции участвовала Служба Безопасности?

— Потому что речь шла об освобождении наших граждан. Вы полагаете, эта причина недостаточна?

— Полагаю, нет. Если наши граждане незаконно содержались на одной из планет Англии, следовало прибегнуть не к военным, а к дипломатическим мерам, чтобы их освободить.

Эвар с неудовольствием подумал, что его оппонент явно хочет доказать, что операция против Англии — чисто войсковое мероприятие, могущее привести к большой войне, а значит, игра не стоила свеч. Однако прежде чем новоиспечённый генерал-майор ответил, раздался взволнованный женский голос откуда-то из последних рядов:

— Послушайте, я не понимаю, что здесь происходит! Нас захватили пираты! Они продали нас англам! Над нами издевались, били, унижали, кормили объедками, обращались хуже, чем со скотом! Наша страна пришла к нам на помощь, освободила нас, а теперь вы, господа журналисты, доказываете, что это неправильно? Может, вы нас вернёте в рабство к англам, чтоб только не было войны?

Эвар узнал Сесиль Гарнье. Девушка была возмущена до глубины души, её голос гневно дрожал, глаза блестели, искрясь слезами в обильных лучах люстр. Президент обернулся к Эвару и молча показал под столом поднятый большой палец — видимо, это означало восхищение эмоциональной речью Сесиль.

— Простите, мадмуазель! — возразил журналист, сбитый с толку. — Надеюсь, вы не хотите, чтобы из-за вас началась война?

Воцарилась непродолжительная, но напряжённая пауза.

— Хочу! — неожиданно громко выкрикнула Сесиль. — Хочу, чтобы из-за каждого человека, которому угрожают пираты и рабовладельцы, произошла война! Может быть, тогда, наконец, исчезнут и пираты, и рабовладельцы!

В зале грохнули аплодисменты. Когда они смолкли, журналист патетически воскликнул:

— Вы призываете к насилию, кровопролитию, миллионам жертв!