Чтение онлайн

Тай нашла кухню, пустую и холодную, смогла растопить печь и приготовить чай.

– Она ведь вам не сестра, - сказала Тай, разливая чай в гостиной.

Адман Лард приподнял голову.

– Как вы догадались?

– Видела, как вы на нее смотрите. Да и имена рода у вас разные.

Молодой человек усмехнулся.

– Так заметно? Нет, она мне не сестра, - Доф помолчал.
– Она невеста моего брата. Хотя теперь уже и не знаю, невеста ли.

Тай сложила руки на коленях, внимательно слушая.

– Мы родом из одного селения. Мать Алоты жила по соседству. В детстве мы всегда играли вместе. Лихорадка унесла наши семьи, но нам повезло. Тогдашний управитель, тоже потерявший всю семью из-за болезни, принял нас под свою опеку. Он дал нам образование. Роф очень умен и надежен. Он стал преемником нашего опекуна на посту управителя. Алоте нашлась работа в Коксеафе, она должна была дослужиться до управляющей лавкой. Я ничем не хотел заниматься, кроме литературы, и брат отпустил меня в столицу. Алота и Роф должны были пожениться в это Равноденствие. В начале зимы я получил письмо от Алоты, в нем она сообщила, что заболела, и что ее уволили из лавки. Я забрал ее сюда, написал брату, но вот уже три четверти сезона от него нет ответа. Я не могу сейчас покинуть Патчал и поехать к нему, но я знаю, что что-то случилось, Роф не мог просто бросить ее, не мог!

– А ты?
– тихо спросила Тай.

– Я?
– Доф откинулся на подушки кушетки, посмотрел в потолок.
– Я всегда и во всем слушался брата. Клянусь, если бы не болезнь Алоты, я никогда бы не осмелился стать для нее кем-то столь...близким. И даже сейчас, если она выздоровеет, и Роф вдруг примчится сюда, получив, наконец, мои письмо, объяснившись, оправдавшись за невнимание, я не стану у них на пути. Я...я...уеду на Восточные Острова, - молодой человек горько усмехнулся.
– Устроюсь как-нибудь. Люди везде хотят зрелищ.

– А Алота?

– Она относится ко мне, как к младшему братишке. Журит меня, жалеет, хочет, чтобы я женился. Она стесняется своей болезни, ей неудобно жить за мой счет...и она ждет письма...каждый день.

– Ты веришь в бесовское колдовство?
– поколебавшись, спросила Тай.

– Не знаю, - растерялся Доф.
– Ты о болезни Алоты?

– Да, кто-нибудь мог желать ей зла?

– Право...
– молодой человек задумался. К облегчению Тай он и не думал смеяться над ее предположениями.
– Одна женщина, чародейка, торговавшая на нашей улице оберегами, сказала о ней что-то...такое...такое слово...

– Пленс? Тхуут?

– Да, тхууты! Она так и сказала, обещала, что за два золотых изгонит...этого...тхуута. Я не поверил.

– Правильно сделал. Мы должны обратиться к сагам или толкователям. Здесь есть где-нибудь храм?

– Пятихрамие?

– Да.

– Они почти все закрыты. На окраине, может быть...Но как мы можем знать? Врачи говорят, это упадок сил, пытаются подобрать диету и травы.

– Она умирает. Нечто поглощает ее Дом. Не спрашивай, откуда я это знаю. Но я уже видела людей, подвергшихся воздействию темной магии. Я завтра пройдусь по всем храмам и попробую найти сага или толкователя, способного устранить магическое влияние. А ты должен расспросить Алоту о всех странных случаях, произошедших с ней накануне болезни: необычных знакомствах, стычках и ссорах, зависти или ревности...

Доф помотал головой.

– Как все это странно. Но если ты настаиваешь...Я почему-то безоговорочно верю тебе. Но мне бы хотелось однажды услышать твою истинную историю, Тайила из рода Ном. Держу пари, ты нас еще удивишь.

Тай лукаво улыбнулась.

– Услышишь. Но моя история проста. Ничего для своего театра ты не узнаешь.

****

Дверь в коридор девушка оставила приоткрытой: иногда она слышала, как сиделка почти бесшумно ходит по дому по надобностям больной.

Тайила лежала в прохладной кровати на мягкой, пахнущей лавандой перине и перебирала в памяти события последних дней. Когда боги закрывают один путь, другой путь они всегда оставляют открытым. Тай уже и не вспоминала о своем бегстве из Предгорья, предательстве Дейдры, о потере денег и карт. Беда Алоты заслонила все ее мелкие проблемы. Любовь и преданность адмана Ларда затронули самые глубины ее души. Засыпая, Тай подумала, что просто обязана написать Релане. Ей приснились Кратти, малыш Реланы - крошечный пухленький мальчик, Цори, шагающая через лес в своих сапогах с бусинами.

Цори обернулась на окрик Тай и почему-то оказалась симпатичным юношей с переплетенными по всей голове светлыми косицами. Парень насмешливо посмотрел на девушку (а та растерялась, забыв, что хотела узнать дорогу через чащу), свистнул, и Тай услышала ответный рык из глубины леса. Она испугалась, села в кровати, непонимающе таращась на освещенную луной комнату, потом вспомнила, облегченно вздохнула и легла на другой бок, провалившись в сон уже без сновидений...

Глава 12. Буря

432 год от подписания Хартии (сезон весны)

Мейри.

Мейри приоткрыла глаза. За дверью разговаривали саг Берф и экономка господина Басила, ората Мела. Ората, судя по разговору, жалела 'барышню', умаявшуюся за долгую поездку, а саг уговаривал ее 'лентяйку' (выспавшуюся в дороге в полупустой карете) скорее разбудить и приобщить к работе по дому. Мейри замерла, не смея перевернуться, скрипнуть кроватью и услышать: 'а вот она уже и проснулась, как кстати'.

Мейри всегда знала, что саг Берф из знатной, богатой семьи, что у него есть деньги, дом в столице, в котором сейчас живет его кузен, господин Басил, такой же хрупкий, но крепкий и умный старичок, и что десять лет назад за свое золото саг выкупил ее - восьмилетнюю глупышку, окруженную полчищами теней, - у деда с бабкой.

Нынче они остановились у господина Басила, чиновника королевского двора, заняли комнаты на нижнем этаже (Мейри охотно устроилась бы на втором, в гостевых покоях, но саг отправил ее спать в узкую комнатушку у лестницы, а сам лег в бывшей комнате камердинера кузена). Скромность. 'Я теперь здесь сам гость обременительный, надолго'. Экономия. А вчера, по приезде, между прочим, купил за свое золото для Мейри в лавке готового платья городскую одежду, неброскую, но хорошего качества. Юбки с запАхом (шерстяная, льняная и шелковая), вязаный и с отделкой из черного меха ягненка жакеты до пят, блузы и разные мелочи, вроде муфт, шалей и белья - юная сагиня даже не представляла, сколько всего требовалось надеть на себя в городе, чтобы выглядеть 'приличной барышней'.