Время выбора
Шрифт:
– Дед, ты у меня умница. Сам догадался.
Она открыла одну из своих тетрадей, на обложке которой Лютер прочитал заглавие – «Мужские имена».
– Так, числа, числа, – задумчиво проговорила она, поглядывая то в блокнот, то в тетрадь. – Ага, он пронумеровал буквы в обратном порядке. Подумаешь, большое дело… Видите – семь чисел. Не так-то много есть мужских имен из семи букв. Давайте попробуем вот это – Джеффри. Нет, не подходит. У меня есть еще – Лоуренс. Точно! Одно есть. Дед, ты понял систему?
– Да, теперь все понятно.
– Ладно, не буду уже ждать кофе, мне надо бежать. Опаздываю на занятия.
Она вскочила со стула, быстро чмокнула Сэдлера в щеку и попрощалась с Лютером и Биллом:
– До свидания, была рада с вами познакомиться. Дед, оставишь потом эти тетрадки у себя дома, я их заберу. Пока!
И она убежала.
– Она что, студентка? – спросил Раннингдир.
– Нет, преподает классические языки в университете Чикаго. Старается побыстрее прочитать курс, а то уже скоро рожать.
– Понятно, – хмыкнул Стил.
И они принялись вместе расшифровывать записи дальше.
Глава двадцать седьмая
Холден смотрел, как волны разбивались о кромку пляжа, образующего периметр поля для гольфа. Солнце садилось, погружаясь в океан далеко на западе. «Конечно, на западе, а где же еще, – со смехом подумал он. – Мне нужен отдых, а не шпионские страсти. И еще мне нужна Рози, а не эта чересчур уж энергичная Синди».
Но все-таки Браун была чертовски привлекательной, бронзовый загар удачно сочетался с желтым цветом ее шорт и маечки, а ветер, раздувая волосы, делал прическу не беспорядочнее, а только пикантней.
– А какой из домов принадлежит Костигену?
Они прохаживались у поля, а их велосипеды стояли под деревом.
– Какому Костигену?
– Кандидату в мэры Метроу. Вы его не знаете?
– А, знаю. Его дом – вот тот, – показала она за поле. – Вон там, видите?
– Наверное, сюда приезжает много знаменитостей, – произнес Дэвид, лишь бы что-нибудь сказать.
– А ведь вы – Дэвид Холден… – вдруг раздельно произнесла та, совершенно вне связи с темой разговора.
Он вздрогнул, шагнул к Синди, схватил ее за руку и быстро осмотрелся по сторонам. Никто на него не бросался из-за кустов, и нацеленных стволов не было видно.
– Ну признайтесь, что это так! – воскликнула Браун почти что умоляющим голосом.
Дэвид отпустил ее руку и усмехнулся.
– Какие глупости. С чего это вам взбрело…
– Только не обманывайте меня. После того, как я поговорила с вами на пароме, я просмотрела кое-какие старые журналы и теперь уверена, что не ошибаюсь. У меня отличная память на лица. Вы правы, сюда приезжает много знаменитостей, некоторые из них под фальшивыми именами, просто чтобы отдохнуть от надоедливой суеты. Я видела раньше вашу фотографию и запомнила ее. Только тогда у вас не было такой прически и усов.
Холден непроизвольно прикоснулся к верхней губе.
– Похоже, вы очень хотите получить награду, которая обещана за поимку этого Холдена. Как там пишут – живым или мертвым? Да, мне говорили, что я похож на него, поэтому-то и пришлось отпустить усы. Извините, если разочаровал вас…
– Нет, вы точно Дэвид Холден. Не опасайтесь меня, я так мечтала встретить кого-нибудь из «Патриотов».
Он достал пачку сигарет и закурил.
– Послушайте, мисс Браун… Не знаю даже, что вам сказать.
Он развернулся и медленно направился к велосипеду.
– Послушайте лучше, что я вам скажу, – догнала его Синди. – На Седар Ридж постоянно прибывают какие-то подозрительные личности. По ночам отсюда улетает в сторону моря вертолет и возвращается перед рассветом, забитый пассажирами-иностранцами, некоторые из них одеты в странную одежду. Мистер Ланг всегда встречает вертолет, и на следующий день я вижу тех же пассажиров, только уже в приличной одежде. Потом они переправляются паромом на сушу и больше никогда не возвращаются сюда. Я думаю, что это шпионы, возможно, они сотрудничают с ФОСА. А вдруг это те террористы, о которых пишут в газетах? Что если иностранцев доставляют сюда на подводной лодке или на катере, а вертолет забирает их оттуда? По-моему, это логичное объяснение. Я бы давно уже сообщила о происходящем здесь ФБР, но просто боюсь…
Дэвид остановился.
– Тогда почему же вы решились рассказать это человеку, который так похож на разыскиваемого Холдена?
– Потому что я уже не знаю, кому можно доверять в наше время. Скажите правду – вам ничего не говорит имя Джулия Дзиковски?
Он опустил голову, повторяя имя про себя.
В нем было что-то знакомое.
– Вы ведь читали курс в университете Томаса Джефферсона по истории Соединенных Штатов и его правительства?
– Джулия Дзиковски, – повторил Дэвид, и имя стало принимать более конкретный образ.
– Я изучала искусство в университете Томаса Джефферсона, и Джулия была моей подругой. Она посещала ваши занятия. После окончания университета она стала преподавать историю в одном из колледжей. Она погибла в тот же день, когда убили вашу семью, только в другом месте.
Холден вздрогнул.
– Она часто рассказывала о вас и восхищалась вами. Помните, она как-то подошла к вам и спросила, можно ли поприсутствовать на ваших занятиях ее подруге? Помните?
Дэвид поднял голову и посмотрел Синди прямо в глаза.
– Да, теперь вспомнил. Я читал курс о правительстве США со времени провозглашения независимости, и Джулия Дзиковски была одной из моих студенток. Ее убили?
– В колледже, где она преподавала, взорвалась бомба. Прямо в ее аудитории. Я и подумала, что если вы действительно руководите «Патриотами», то, кроме вас, мне довериться некому.
– Эти штучки не так-то легко отодрать, – сказал Холден, показывая на усы. – Надо сначала обработать спиртом, иначе можно кусок кожи снять…
И мисс Браун кинулась ему в объятия. Дэвид не сильно и сопротивлялся…