Чтение онлайн

– А то пусть сам приходит. Пирог испеку.

– Мама, – дёргает Мишка мать за рукав, – смотри.

Возле окна стояла Мишкина бабушка. Рядом с бабушкой стоял ангел. Они улыбались. Всего несколько секунд… Всего несколько мгновений.

Золотая пуля

Сергей Репин, мой старинный товарищ, рассказал мне свою удивительную историю, которая надолго осталась в моей памяти. Я и сейчас её вспоминаю с каким-то трепетом в душе.

«Мой дед, участник Великой Отечественной войны, пришел с фронта с контузией и ранениями. Я плохо его помню, но кое-что мне запомнилось. Как он плясал передо мной, чтобы я не плакал, и как совал мне в рот свою горькую трубку вместо соски. Вот, пожалуй, и все мои воспоминания, если бы не случай, произошедший через много лет, после его ухода в мир иной.

Родители из деревни переехали жить в город, прихватив и меня. Когда мне исполнилось восемнадцать, на мой день рождения приехала и бабушка. Вечером, когда пиршество закончилось, подозвала она меня и протянула железную коробочку.

– Это что? – спросил я её.

– Это тебе на память о твоём деде, – сказала она. – Он просил передать тебе, в твоё восемнадцатилетие.

– Спасибо.

– Дед тебя очень любил, – сказала бабушка. – Хоть и мало прожил при тебе, и память часто терял, но тебя никогда не забывал.

– Да, я знаю, – вздохнул я.

– Береги его память.

– Что там? – взял я в руки коробочку.

– Посмотри, – улыбнулась бабушка.

В коробочке лежали орден, трубка, пуля и записка. Я развернул записку:

«Дорогой внук. Поздравляю тебя с совершеннолетием. Прими на память обо мне то, что лежит в коробке. Передаю тебе на память золотую пулю. Одна, та что у меня под сердцем, останется со мной. Вторая пусть останется у тебя. Эти пули достались мне от фрица, я с ним на том свете рассчитаюсь. Пусть тебе повезет в твоей жизни. Твой любящий тебя дед».

Я достал из коробки золотую пулю, долго её разглядывал и положил обратно. Никакая она была не золотая. Обыкновенная пуля. Может, для деда она была золотой, так как была ему дорога. Я поблагодарил бабушку и положил коробку к себе в стол. Бабушка тем временем слегка всплакнула, вспоминая деда.

Прошло много лет. Бабушки уже давно не было, да и отца я похоронил. На своё пятидесятилетие, после того как гости разошлись, мне почему-то захотелось опять открыть эту коробку, что я и сделал. Все было на месте. Я снова перечитал дедову записку, хоть и знал её наизусть. Повертел пулю в руке, рассмотрел её ещё раз и, положив назад, поставил коробочку под стекло в сервант. Сам пошел укладываться спать, с утра надо идти на работу.

Не успел я уснуть, вижу – свет пробивается из зала. Ну, думаю, не выключил, забыл с устатку. Встал я и пошел выключать. Подойдя к залу, я обратил внимание, что свет какой-то не такой. Тусклый с зеленоватым оттенком. Зайдя в зал, я чуть разума не лишился. Прямо посередине зала стояли двое, друг против друга. Мой дед в военной форме и человек в немецкой. На полу лежит моя коробочка. Дед мой вытянул к немцу руку, в ладони которой лежали две пули. Немец закрыл лицо руками и плакал. Всё это происходило в полной тишине.

Я какое-то время замешкался и растерялся, не зная, что делать. Наконец, я принял правильное решение и включил в зале свет.

Оба человека исчезли, и дед, и немец, и обе пули упали на пол. Я ещё постоял какое-то время в нерешительности, после чего поднял их. Обе пули были ледяные на ощупь, и блестели при свете светильника. Я был очень удивлен и не понимал, откуда взялась вторая пуля. Ведь если дед с немцем были фантомами, то и вторая дедова пуля должна быть призрачной.

Я поднял коробочку и положил в неё пули. Утром я ещё раз проверил коробку, на всякий случай. Вдруг второй пули нет, а мне всё это приснилось… Обе пули были на месте. Золотые пули. Я только теперь обратил на это внимание… Именно золотые».

Изба времени

Ох как не хотелось Мишке и Сашке идти на сенокос, вы бы только знали. У одного сразу в боку заболело, другой вдруг хромать начал. Братья они, двоюродные, но похожи друг на друга как две капли воды, не отличить. Обоим по двенадцать лет… Мишка – сын Татьяны, а Сашка – сын Светланы. Кстати, обе женщины были близняшки… И мужья у них тоже были близнецами, один в один. В общем, наделали эти люди загадок у нас в деревне. Кто есть кто не разберёшь. Голова начинает кружиться. И хорошо, что история эта только о мальчишках, а то так запутаешься, что, как себя звать, потом забудешь.

Ну, в общем, хромай не хромай, а мальчишек все же матери с помощью полотенец погнали на сенокос. Ну а кто ещё матерям поможет? Мужья-то на заработках у них. За длинным рублем в Якутию уехали. Так что хоть как ты искусно ни притворяйся, что заболел, а косу в руки взять придется. Смешно, но Мишка так и хромал три километра, пока они на поляну лесную не пришли. До конца притворялся. Правда, иногда забывал, что надо хромать, доводя тем самым сестер до веселого смеха, который катился впереди хрустальным шариком.

Поработали мальчики на славу. Уже к обеду поляна была скошена. Матери смотрят на них и не нарадуются. Настоящие помощники. Не каждый взрослый осилит такую поляну без перерыва, а тут мальчишки… Есть чем гордиться родителям. Пока матери тормозки свои разворачивали, мальчишки ягод решили набрать, чтобы подсластить свой обед. Земляники в нынешнем году особенно много. Только на соседней поляне надо её собирать, в лесу комары не дадут.

Бегать по поляне не надо, присел, и тут же полная ладошка. Присел чуть подальше и маме за минуту набрал.

– Мишка, – отравляет ягоды в рот Сашка, – смотри, чего это там.

– Где? – щурится Мишка от солнца.

– Да вон, смотри. Избушка какая-то, – показывает мальчик в сторону.

– Точно, – забывает Мишка про ягоды. – Пойдем посмотрим.

– Пойдем.

Избушка была небольшая и без окон, высотой в три роста мальчишек, заросшая от времени мхом. Полусгнившая дверь валялась тут же. Мишка осторожно заглянул вовнутрь.

– Фу, – зажал мальчик нос рукой, – чем-то воняет. Ничего не видно.