Чтение онлайн

Собственное тело показалось мне до боли чужым и неуклюжим, хотя я не помнила, чтобы ощущала размеры и возможности тела Иного. Просто я рассталась с ним, пусть и ненадолго, по крайней мере, он так обещал. Все равно холод, пробежавшийся по коже, затекшая от долгого неподвижного сидения спина, онемевшие пальцы на руках, которые с остервенением вцепились в простыни, головная боль от слишком напряженной работы Динео — все это не способствовало моей радости. Я с трудом пошевелилась, выпрямила спину, застонала от резкого щелчка в суставах и, наконец, сумела открыть глаза.

Свет больно ударил по глазам, словно ослепив на некоторое время, воздух был слишком холодным, дрожь пробрала до костей, но потом утро перестало выглядеть так невыгодно. Я еще раз потянулась и быстро оделась, не взглянув на своего Наставника. Когда же я, наконец, вспомнила об его существовании, то в это же мгновение почувствовала на себе тяжелый взгляд. Роуп сидел на своей кровати, угрожающе сложив руки на груди. Хмуро сведенные брови не предвещали ничего хорошего.

— Ты проспала, — сурово напомнил он.

— Я…

— У тебя нет оправданий, — жестко отчитал Роуп. Наверное, что-то случилось с Лиммой, иначе он не был бы так жесток.

— Первый Свет позвал меня, — прежде чем он успел открыть рот, почти выкрикнула я, — Езкур отвел…

— Что? — выдохнул и побледнел Роуп.

Я удивлено пожала плечами, а потом кивнула, надеясь, что парень сумеет понять мое невнятное объяснение. Восхищение и гордость, та самая, что редкими лучами пробивалась в нем в моменты моих успехов, вспыхнули в драгоценных сапфирах, окрашивая расцветшую на губах улыбку. Мне стало отрадно, что Роуп так искренне радовался вместе со мной.

— О, это неописуемо, — только и сказал он в ответ на мое смущение. Роуп соскочил с кровати и крепко обнял меня, я по-дружески прижалась к нему, впитывая его одобрение и радость. Тепло родного существа ласкало душу, которая все скучала и рвалась к Иному. Это помогло принять мне, что наше единение с Первым Светом не будет постоянным, и я не должна забывать то, чем жила раньше. Наверное, ничто бы не рассказало мне об этом так ярко, как простое дружеское объятие.

Он отпрянул от меня, все еще лучезарно улыбаясь, грусть и злоба исчезла с его лица, Роуп превратился в наивного мальчишку, и это грело мое сердце. Я переживала за своего друга.

— Значит, на этом мои дела закончены, — почти грустно признался он.

— Я тебя не понимаю.

— Ведь Первый Свет призвал тебя. От Наставника ты получила все, что должна была, остальное тебе объяснит именно он, не сомневайся, Эв.

Только тут я осознала, что, может быть, смогу вернуться в Дейст до начала осени. Ведь теперь мне оставалось только найти Иного, который и привел меня к людям Динео. Знания получены, кровь окрашена стремлением, душа получила свою долю экстаза.

— Ты бы хорошим Наставником, — смущенно произнесла я, касаясь его руки. — Думаю, если бы не ты, эта история получилась бы совершенно другой. Несмотря на то, что иногда я слышала недовольства из твоих уст, благодарность моя превыше всего, — слова эти лились из сердца, из самых его глубин, — и без тебя… Да, я была бы совсем другой. То была бы уже не я. Спасибо тебе, спасибо.

Роуп счастливо улыбался, вполне разделяя мой восторг, и вот еще одна истина стала для меня прозрачна. Не только с Иным я могу разделять одни и те же чувства, мои друзья способны и на это тоже. Приятно знать, что кто-то согревается душой подобным с тобой образом. Роуп был для меня первым, наверное, другом, которому я останусь верна и через долгие годы.

Еще не зная всего, я почему-то строила планы, как буду навещать Семью Динео летом, как они все увидят моего Иного. Серебро. Я знала это, но все равно даже мысленно не могла придать ему какую-то определенную форму. Это пугало, но завораживало, так что я с беспечностью ребенка отдалась в силу обстоятельств и течениям судьбы. Пока что бороться не было необходимости. Все то, что требовала моя страсть, она получила. Имя мое оправдано принадлежало мне. Эверин Страстная. Она родилась в эту ночь, в согласии с Иным, пусть и скрывавшем свой лик, я преобразилась, обновила себя всю, стала целой и нерушимой. Магия Динео, волки, цепь, даже мой Наставник — все они сыграли непомерную роль во всем этом, чтобы привести мой путь к логичному завершению.

Роуп необычно покраснел, такого с ним не случалось с момента моего прибытия. И тут он разрушил прекрасность настоящего, омрачив и будущее.

Пламенные губы Роупа обожгли меня, как лучи солнца самого знойного дня в полдень, почти безумным шоком обрушиваясь на душу и сознание. Инстинктивно я подалась навстречу этому обжигающему сердце поцелую, отдалась на волю сильных молодых рук, которые властно прижали мое тело к телу Роупа, едва ли не лишив последних остатков дыхания в легких. Он обрушился на мои губы, как дикий сноровистый жеребец, побуждая только к страсти и решительным действиям, лишая способности мыслить и осознавать, что же я такое творю. Поцелуй словно бы раздел мою душу до стыдливой наготы, он, как пытка растекался во мне, не сочетаясь с моими представлениями о любви и страсти.

В Силенсе была надежность, уверенность, он внушал чувство безопасности и защищенности. Его любовь нежно ласкала меня, притягивала своей простотой и душевностью. Я отчетливо помнила вкус его твердых губ, запах его тела, но все это было одним чистым проявлением настоящей любви, какая только может быть между мужчиной и женщиной. Ленс был для меня воплощением настоящего мужчины, воина, защитника. А еще он являлся принцем, которому я поклялась в верности. Он был моим мужем, и этим тоже окрашивалась наша любовь. Спокойной правильностью и уверенностью друг в друге. Принц был старше меня, пусть и не намного, но он воевал, оттого в моих глазах представал более взрослым и мудрым мужчиной, чем мог соответствовать своему двадцатилетнему возрасту. Зародившееся между нами чувство будет существовать на протяжении долгих лет, я почти уверена в этом, да и моя душа спокойно отдалась в его покрытые мозолями от топора руки. Воин-принц, мужчина-дипломат, мой муж. Все это в нем так влекло и трогало меня, что остальные представители мужского пола просто меркли рядом с ним. Я это знала. Но об этом не догадывался влюбленный Роуп.

Я солгу, если скажу, что поцелуй Роупа не тронул. Да, я сгорала, словно бабочка, от этого пламенного чувства, что начиналось от его горячих мягких страстных губ. Он ласкал и обжигал одновременно, изгоняя мысли из головы, я уже просто не отвечала ни за что. Этот поцелуй был похож на безумную атаку молодого быка, в нем не присутствовало и капли спокойствия и уверенности, молодость его жгучей любви поражала. Я даже боялась, что просто умру в его объятиях от переполнявших голову парня эмоций потому, что Динео прочно связал нас.

Я ощущала телом его напряжение, едва ли мысли вернулись в меня, далеко оттолкнувшись от настоящего момента, погружаясь в сладостное наслаждение бесконечного тесного контакта. Наверное, я мечтала, что мужские губы принадлежат Силенсу потому, что эта страсть не была похожа на все то, что испытывала я рядом со своим мужем. Но от этих дерзких пыток любовь к Ленсу только окрепла.

Попытка вырываться из твердых объятий Роупа провалилась, а жадные губы все целовали и целовали мои уста, едва давая возможность дышать. Воздух стал тугим от напряжения, хотя сознание до сих пор протестующе билось, не желая отпускать прекрасность момента прикосновения любви Роупа. Но я очнулась от дикого оцепенения, оттесняя от себя парня. Он удивленно отпустил меня, но я тут же утонула в потемневших от страсти глазах, он не скрывал больше своей любви, вожделения юного тела, как и желания, которое яркой печатью пылало в драгоценных сапфирах. На дрожащих ногах я отступила на шаг от Роупа, он открыл рот, и я уже слышала признание, но резко подняв руку, заставила его остановиться. Лицо удивленно нахмурилось, но глупая блаженность не исчезла из его красивых черт.