Чтение онлайн

— Бомба! — ахнул я, не успев схватить его за руку.

— Что ты, брат?! Мы не звери… это бизоний жир!

Прямо на моих глазах два мотоциклиста, не удержав равновесия, столкнулись и дружно рухнули на обочину. Теперь за нами гнался только один, на ходу стреляющий из табельного пистолета.

— Какой агрессивный страж закона, — буркнул А Не Поторопились Ли Мы и прямо на моих глазах совершил невероятный поступок. Он зажал коленями руль, почти по пояс высунувшись в окно, раскрутил верёвочку с двумя деревянными шариками на концах и швырнул её в полицейского.

— Это боло, — популярно объяснил мне Чунгачмунк. — Безобиднейшая вещь, для охоты.

Обернувшись, я успел увидеть, как «безобиднейшая вещь» захлестнула шею полицейского, он схватился за горло и рухнул с сиденья. Оставшиеся три квартала нас преследовал только мотоцикл. От него мы оторвались, резко уйдя за поворот на перекрёстке.

— Куда теперь? — Я повернулся к Чмунку, потому что мы ехали в другую сторону.

— Здесь есть одна квартира. Иногда мы проводим там тайные встречи.

— Устраиваете заговоры? — нервно улыбнулся я.

— Нет, что ты, погружаемся в медитации, разговариваем с богами.

— Разве вы не должны это делать на природе? У костра, под открытым небом?

— Да, раньше так и было, — честно подтвердил Чмунк. — Но Тёплые Мокасины простудился на росе и уже третий месяц лечит простатит. С тех пор предпочитаем собираться в помещении, Маниту всё равно куда приходить, а Поцелуй Енота отлично печёт оладушки с кленовым сиропом, всем нравится.

Я пожал плечами, но спорить не стал, хотя такое обращение с богами казалось мне несколько фамильярным. Вампиры на заднем сиденье вообще сидели как мыши. Пияв успокоился и даже вроде придремнул, доверчиво склонив голову на плечо Льюи. Вскоре джип подвёз нас к невзрачному двухэтажному особняку в георгианском стиле. Над входом в здание висела табличка «Теологическое общество Блаблаблаватской».

— Мы снимаем здесь мансарду, — через плечо бросил мне рядовой Чмунк.

Высадив нас у самых дверей, А Не Поторопились Ли Мы быстро уехал, чтобы «увести» полицию. Наша смешанная команда поскорей нырнула в подъезд и друг за дружкой поднялась по узкой деревянной лестнице на мансарду. Мой друг открыл дверь своим ключом, впуская нас в довольно большую комнату с низким потолком и минималистским стилем дизайна.

Двое вампиров сели на разные концы диванчика, стараясь даже не смотреть друг на друга. Когда только успели поссориться? Поцелуй Енота кинулся к компьютерному столику, быстро начав щёлкать кнопками ноутбука, а благородный вождь достал из холодильника коробку с томатным соком и протянул доктору. Старый вампир отгрыз краешек коробки, запрокинул голову и в минуту жадно вылакал всё до дна. Не сводя с него глаз, я набрал номер Эльвиры и приложил сотовый к уху. Ну что же она не отвечает?! Ага, наконец-то в трубке раздался её шёпот:

— Привет. Ты что мне звонишь, с ума сошёл?! Нас могут подслушивать!

— Брось, не настолько здесь умная полиция, судя по тому, сколько раз мы от них уходили.

— Ты идиот, — бешено прошипела Эльвира. — Этот псих сидит в трёх шагах от меня по коридору. Можешь хотя бы не орать так в трубку?

— Что? Не слышу! — нарочито громко прокричал я. — Записывай адрес. Какой адрес? — прикрыв трубку, шёпотом спросил я вождя теловаров. Он продиктовал. Я так же громко повторил. Судя по яростному молчанию моей журналистки, она сама была готова меня придушить за беспечность и глупость…

Когда я через минуту отключил связь, Чмунк хитро посмотрел на меня и кивнул:

— Мой отважный брат решил заманить койота в ловушку?

— Да, — довольно подтвердил я. — Здесь ему трудно будет развернуться, и он уж точно не посмеет убить нас всех. Два вампира, два индейца, чёрт и чертовка — слишком много трупов, такое дело не удастся замять.

— Хук, — кивнул Чунгачмунк и, обернувшись к своему помощнику, приказал: — Поцелуй Енота, делай, что должен!

— Оладьи? — уточнил маленький индеец.

— Обеспечь «общественное мнение», — таинственно улыбнулся вождь. — А после этого можно и оладушки.

В ожидании Эльвиры я принял решение позвонить шефу. Коротко объяснил ему ситуацию, доложил обстановку, ввёл в курс планов и попросил поддержки. Шеф минуты три орал на меня самыми страшными словами из-за того, что я и здесь нашёл себе приключения на то место, на котором он надеется досидеть до пенсии, но пообещал, что сейчас же свяжется с полицейским управлением столицы, а там, надавив на дипломатические каналы, сделают так, что нам пришлют два боевых вертолёта. Но если я опять что-то напутал и… Тогда он самолично меня убьёт. Ну с этим желанием ему придётся становиться в очередь.

— А теперь, месье, если вы закончили, не могли бы вы уделить пару минут и для меня? — раздражённо поднялся Пияв.

Льюи в это время меланхолично полировал ногти пилкой.

— Да, доктор Пияв. Вы были освобождены нами для того, чтобы мы могли задать вам несколько вопросов. Потому что именно из-за вас начались все эти беспорядки в Порксе, и я хочу знать, каким боком вы ко всему этому причастны.

— Месье Брадзинский, кажется? Право же, я вряд ли смогу быть вам полезен. — Вампирский новатор развёл руками. — Я веду большую педагогическую деятельность, пропагандирую здоровый образ жизни, как и вы, пытаюсь изменить наш мир к лучшему. Но эти странные приступы… Раньше мне их удавалось скрывать, но они стали повторяться всё чаще и чаще. Я не понимаю, что со мной происходит. И я ничего не помню. Совсем ничего…

— Любопытно… Вы о тех приступах, когда вы набрасываетесь на несчастных жертв, пытаясь выпить у них кровь? Когда вы ведёте себя как одержимый и совершенно неконтролируемый психопат?

— Да… — выдавил он из себя, опустив голову на грудь. — О тех самых.

— Доктор не виноват, — задумчиво вставил Льюи, не отрываясь от своего занятия. — Любой сбрендит, если трескать только помидоры.

— Помидоры — естественная и лучшая замена крови, — вскинулся Пияв.

— Когда-нибудь эти овощи соберутся толпой и отомстят вам. На всякий случай избегайте помидорных плантаций, — парировал молодой вампир, и я вовремя успел вмешаться, прежде чем импульсивный доктор кинулся его душить.

— Вернёмся к теме. Итак, как часто эти приступы были у вас раньше?

— Примерно раз в полтора-два года, потом всё чаще и чаще, в этом году, например, три раза.

— О чём это говорит? — продолжил я.

— О том, что его теория с помидорами трещит по всем швам.

— У каждого есть свои слабости, — огрызнулся Пияв, с ненавистью глядя на Льюи. — Но частные промахи отнюдь не означают ошибочности всей теории в целом. Мои ученики по всему миру подтверждают её жизнеспособность!

— Особенно они отличились в Порксе, — серьёзно подтвердил вампир-трансвестит, и мне опять пришлось обоих призвать к порядку, пригрозив подзатыльником.