Чтение онлайн

Все еще, стоя на коленях, Ривера спросил:

— Можно прийти еще раз?

Фрида кивнула и протянула ему руку, помогая встать. Проводив мужа до двери, она подошла к окну и подождала, пока Ривера спустится на улицу. Тот напевал себе под нос и приплясывал на ходу, чуть ли не подпрыгивая от радости. Фрида громко расхохоталась. Он услышал и поднял голову; их глаза встретились. Потом Диего раскинул руки и крикнул:

— Фридуча, я люблю тебя!

В ту ночь, впервые за долгое время, Фрида уснула с улыбкой на губах. «Возможно, все и правда наладится», — подумалось ей.

Диего вернулся уже на следующий день. У него на плече сидела ее любимая обезьянка. Зверек протянул к Фриде маленькие лапки и ловко прыгнул в ее объятия.

— Видишь, она скучает по тебе не меньше меня. Так что ты не будешь одинока, — пояснил Диего и напра вился к выходу.

— Завтра я приду к тебе и принесу поесть. От тебя кожа да кости остались.

Диего обернулся, расплывшись в широкой улыбке. — Только не думай, что ты победил, — произнесла Фрида вслух, закрыв за ним дверь.

Пока маленькая паукообразная обезьянка изучала квартиру, Фрида предавалась раздумьям. «Может быть, это выход? — спрашивала она себя. — Мы видимся, но не живем вместе». Ей вспомнилось пророчество Аго-сто. Что же он еще говорил? Что они с Диего как солнце и луна: не могут жить друг без друга, хотя порой причиняют друг другу сильнейшую боль.

Обезьяна нашла на столе миску со свежими фруктами и запустила в нее лапку. Фрида замахала руками, чтобы прогнать проказницу.

С тех пор они с Диего часто ходили друг к другу в гости и проводили много времени вместе. Но их отношения так и не стали прежними. Фрида больше не доверяла Диего как прежде, безоговорочно и нерассуждающе. Он оставил у нее в квартире пару своих костюмов, обеспечивал ее деньгами. Клялся, что она его единственная большая любовь, но он не может отказаться от других женщин.

— С Кристиной все кончено. Она страдает. Как и я. Ты должна помириться с сестрой, хотя бы ради себя.

Но Фрида не могла решиться. Она даже не знала, как смотреть в глаза сестре и говорить с ней. Однажды, случайно увидев Кристину на улице, Фрида укрылась в магазине. Кристина тоже заметила ее, нерешительно потопталась перед витриной и ушла опустив голову. Эта случайная встреча заставила Фриду осознать, что рана еще не зажила. А вдруг они с Кристиной столкнутся на вечеринке или в ресторане? Или в доме Диего? Сможет ли Фрида сдержаться? Сама мысль об этом вызывала у нее приступ паники. «Мне нужно найти способ справиться с собой, — решила она. — Лучше держаться подальше от Диего».

Ближе к выходным в город на пару недель приехали Анита Бреннер и ее муж Дэвид.

Фрида была безмерно счастлива снова увидеть подругу, которая напоминала торнадо и заражала всех своим энтузиазмом.

— Анита! — восторженно вскрикнула художница, когда подруга появилась на пороге ее квартиры. Анита выглядела ослепительно. Ее темные волосы были коротко и аккуратно пострижены на мужской манер, на ней был темно-коричневый мужской костюм, а на голове — фетровая шляпа. Журналистку легко было принять за мужчину.

— Дорогая! Диего сказал, что ты живешь теперь здесь. В чем дело? Ты наконец-то решила его выгнать? — спросила Анита, еще стоя в дверях.

— Ну, в таком случае это он бы жил здесь, а я бы осталась в Сан-Анхеле.

— Значит, ты сама ушла?

— Заходи, я все тебе расскажу.

Фрида поведала ей об измене Диего и о том, что они расстались, но теперь снова сближаются.

— Его роман тянется уже давно, девять месяцев. Вряд, ли он любит Кристину. Для него это просто секс. Но почему в таком случае из всех женщин он выбрал именно мою сестру? Ведь это разрушило доверие, которое было между нами. Ты меня понимаешь?

Анита кивнула.

— Думаю, что да. У тебя гораздо более романтичное представление о любви, чем у него. Но ты не можешь жить без Риверы.

Фрида вздохнула.

— Но и с ним я тоже не могу жить. — Она пошла на кухню, чтобы принести чего-нибудь выпить. — А теперь расскажи лучше о себе, — предложила она, возвращаясь с двумя бокалами.

Анита недавно взяла интервью у Льва Троцкого. Фрида всегда восхищалась развитым интеллектом подруги и ее острым пером. Анита была интеллектуалкой до мозга костей и никогда не позволяла чувствам или ложной привязанности влиять на ее взгляды. Возможно, дело было в том, что в католической Мексике она, еврейка, считалась изгоем. А после переезда с семьей в Америку столкнулась с недопониманием уже из-за своего мексиканского происхождения. Анита тут же начала бороться в своих статьях с этим предрассудком.

— Мы с Дэвидом думаем вернуться в Мексику. Атмосфера в Америке ужасна. И нам до сих пор принадлежит дом в Агуаскальентесе.

— Ты возвращаешься в Мексику? Анита, как здорово! Мы сможем видеться чаще.

Журналистка кивнула:

— Да, но сначала я поеду в Испанию.

Но ведь там же война! — испугалась Фрида.

— Кто-то должен рассказать миру правду. Я считаю, что сталинисты совершают преступление. Они скорее убьют всех троцкистов и анархистов, чем будут сражаться с Франко!

Фрида слышала об этом. Сторонники Сталина, которые сплотились вокруг Сикейроса, нападали на тех, кто ратовал за республику, но против линии Сталина. Даже в Мексике им угрожали расправой. Фрида ненавидела разногласия в партии.

— Я бы радостью поехала с тобой, Анита, но ведь я не могу писать статьи, как ты, только рисовать. Да еще ноги, будь они неладны… — Она хлопнула себя по бедрам. — Надо снова ложиться в больницу. Знала бы ты, Анита, как мне все это надоело.

Журналистка поднялась и обняла Фриду.

— Боюсь, мне пора. Меня ждет Дэвид, да и статью нужно закончить. Но завтра у меня сборище, и ты будешь моей почетной гостьей.

Анита славилась своими вечеринками. Она приглашала как друзей, так и совершенно незнакомых людей, алкоголь лился рекой, там обязательно пели или показывали пародии — одним словом, было весело.

Ради такого случая Фриде захотелось выбрать особенный наряд. В ней проснулся бес противоречия, и она решила надеть платье, в котором была в ту самую ночь, когда застукала Диего с Кристиной: белый верх с алыми и ярко-синими полосками и черная юбка. В дополнение она накинула сверху шикарное пальто, пошитое из такой плотной ткани, что оно почти не гнулось. На шею Фрида повесила сразу несколько массивных цепей. «Я похожа на королеву ацтеков или жрицу — если у них были жрицы», — довольно решила она.