Чтение онлайн

Я не могу без тебяяяя

— Мужик, да заткнись ты уже, второй час ночи, дай поспать!

Я не могууууу без тебя

— Закрой свой рот, алкаш, или я милицию вызову!

Видишь куда ни бегииииии

Закрываю руками уши, чтобы не слышать ор Дениса, который он называет пением, но тщетно — поет он хреново, но громко.

Все повториииться опяяять.

За что мне это? Он уже с полчаса горланит за окном и не затыкается.

Я не могу без тебя

Я не могуууу бе тебяяяяя

Где-то вдали протяжно завыли собаки. Как я вас понимаю, милые, у самой уши вянут от этого сопрано.

Жить не любви вопреки

И от любви умииирать.

Умирать это он правильно подметил. Только умрут все жильцы в радиусе километра, если он продолжит в том же духе.

— Соня! Соняяяя!!! Прости меня! Соня, я знаю ты слышишь! Я сделаю все что угодно, только прости меня!

— Слышь братан, я тоже сделаю все что угодно, лишь бы ты заткнулся! — послышался мужской бас с соседнего номера.

— Соня, да прости ты уже этого урода, у нас поезд в шесть утра, сжалься над людьми, — выкрикнула женщина где-то справа.

Но я героически держалась, не собираясь просто так закрывать глаза на предательство. Днем мне удалось застать его врасплох и смыться. Но бывший босс каким-то неведомым способом выведал мое временное укрытие и теперь пытается взять крепость штурмом.

Внезапно все вокруг заполнилось тишиной, и я с облегчением выдохнула — ушел. Откинула от головы подушку, перевернулась на спину и в блаженстве закрыла глаза.

Ты не простила меня, я больше не напишу,

Я заблокирован, я только пью и пью.

О нееет! Опять. Бедный Тима Белорусских, под песню которого горланит Денис и жутко фальшивит.

Зато теперь я знаю о всех его недостатках. Казалось бы, на первый взгляд — идеальный мужчина, а нет, он обладатель самого ужасного голоса на планете, несмотря на то, что когда шепчет на ушко всякие непристойности, то за его хрипловатый сексуальный голос можно душу отдать. Но пение это не его. Не-а.

Больше нет смысла, мам, места не нахожу,

Нужно искать ее, ведь мне сложно быть одному.

Все, на больше моих нервов не хватит. Я резко вскакиваю с кровати, хватаю со стола вазу и мчусь в ванную. Набираю до краев холодной воды и выглядываю в окно, высматривая этого недоделанного артиста.

— Капитуляция? — лыбиться мне, задрав голову вверх и заткнувшись наконец-то.

Тима Белорусских все так же звучал из динамиков телефона. Я установила зрительный контакт — свет уличного фонаря прекрасно освещал Дэна, предоставляя моему взору красный распухший нос — и коварно улыбнулась.

Денис несмело улыбнулся в ответ, видимо не рассмотрев пляшущего в моих глазах адского пламени. В его взгляде появилась надежда. Наверное, он решил, что окно я открыла с целью сообщить благую весть — царь прощен.

Но не тут-то было. Содержимое вазы отправляется прямиком на голову Дениса.

— Исчезни и чтоб я не слышала с твоей стороны ни единого звука. Твоим голосом только мертвецов из могилы пробуждать, — грубо крикнула пораженному моим поступком мужчине и с силой захлопнула створку окна.

Боже, спаси меня от этого недоумка.

Проснувшись утром, первым делом собираю свои вещи, решая уехать после обеда — еще одну серенаду под окном я не выдержу.

Просто сгребаю все с полок в шкафу и забрасываю в чемоданы. И конечно же не могу застегнуть молнию, что безумно злит. Нервы и так на пределе — неожиданная встреча с будущим папашей совершенно выбила из колеи. Потому что, стоило посмотреть в эти глаза и все — коленки дрожат, сердце трепещет, а тело предает, стоит лишь вспомнить, что вытворяли со мной его руки. И член. И язык.

Это все гормоны. Да, определенно гормоны.

Решаю, что перед отъездом нужно со всеми попрощаться и спросить у бабы Нины какие лекарства ей нужны. Сама она вряд ли сможет добраться до аптеки, которая находиться в десяти километрах от деревни, а попросить почти не у кого.

Выхожу из номера, спускаюсь по лестнице на первый этаж и врезаюсь в крепкое подкачанное тело мужчины. По запаху сразу же определяю, что я в близком контакте с ночным Ромео.

— Привет, — улыбается мне.

Чтоб тебя!

— Пока, — обхожу стороной, а сама ели сдерживаюсь чтобы не рассмеяться в голос.

Вблизи и при дневном свете нос Дениса выглядел еще хуже, под глазами синяки, а на щеке небольшая царапина, видимо от петуха ему тоже досталось.

Но во мне ни капли сострадания. Не-а, не дождётся.

— Слоник, ну давай поговорим. Пожалуйста. Я идиот, я знаю…

— Ты не идиот, ты конченный дебил, — перебиваю, не оборачиваясь в сторону мужчины и ускоряю шаг, практически переходя на бег.

— Ладно, я конченный дебил, — безапелляционно соглашается он, настигая меня, — и нужно было сразу обо всем рассказать, но я не хотел, чтобы ты была в курсе моих проблем.

— Я и сейчас не хочу быть в курсе твоих проблем. Вообще в курсе тебя быть не хочу, — гордо вскидываю подбородок, все так же не смотря в сторону мужчины.

— Послушай, — устало вздыхает он, — я не врал тебе. Никогда. Я даже не спал с Кариной с того дня, когда ты оказалась голой на моем столе.

— Ох. Какие жертвы. Я знаю о споре Денис Викторович, так что засуньте в жопу свои извинения и возвращайтесь обратно к Карине.

На минуту босс растерялся, не ожидая такого поворота событий и теперь уже молча следовал за мной.