Чтение онлайн

Жизнь прекрасна, и так будет всегда.

Выключив компьютер, Эрни раздвинул шторы, и солнечный свет залил его рабочий кабинет, обставленный мебелью красного дерева оттенка бургундского вина. На краю стола приятно шипел бокал «Круга». Эрни поднес его к губам и сделал маленький глоток. Перед венчанием надо немного расслабиться. Будет, конечно, ужасно скучно, но через это надо пройти.

Кроме того, Диана заверила его, что прием выйдет на славу. Он родился в семье ушлого коммерсанта из Ист-Энда и поварихи из забегаловки в Челси. Годы тяжелого труда позволили отцу скопить денег, чтобы отправить сына в Итон, где его мало чему научили, но вбили достаточно снобизма, чтобы он начал стесняться своих родителей. Теперь они оба умерли. С тех пор Эрни работал как проклятый, не думая ни о чем, кроме денег, и постепенно ему удалось стереть пятно своего происхождения. Сегодня на его свадьбе соберется общество, достойное скачек в Аскоте, а его жена будет блистать, несмотря на полное отсутствие у ее семьи средств к существованию. Эрни в деньгах не нуждался. От Дианы ему нужно было нечто иное. В Нью-Йорке она будет как нельзя кстати: супруга-англичанка послужит удачным дополнением к его безупречному имиджу. Он сделал правильный выбор.

Эрни спустился на первый этаж, где его ждали друзья жениха и Джеральд, шафер и по совместительству коллега, один из немногих, которых Эрни мог выносить.

– Готов, старик? – поинтересовался Джеральд. – Еще есть время передумать.

Молодые люди дружно рассмеялись.

– Это было бы весьма накладно, – улыбнулся Эрни. – Кроме того, мы бы пропустили пьянку после церемонии.

– Что верно, то верно. Пойду-ка я лучше вызову машину. – Джеральд поправил цветок в петлице и отправился за водителем.

– Знаешь, Сьюзи очень переживает, – сказал Гарри, двоюродный брат Джеральда. – Она сама мечтала заполучить тебя.

– Многие молодые кобылки волнуются из-за меня в своих стойлах, не только Сьюзи. В конце концов, я не умираю, а всего лишь женюсь, – сказал Эрни и подмигнул. – А как известно, нет такого мужа, который хоть на час не мечтал бы стать холостяком.

Отсмеявшись, молодые люди всей компанией направились к машине.

Откинувшись на сиденье кареты, Диана помахала рукой совсем как королева. Прохожие останавливались, чтобы поприветствовать прекрасную невесту в карете, запряженной великолепными лошадьми. Диана наслаждалась всеобщим вниманием. Некоторые мужчины, не в силах отвести глаз от кремового оттенка полной груди, стянутой узким лифом, свистели ей вслед. Это ей нравилось больше всего. Японские туристы и заезжие американцы щелкали вспышками фотоаппаратов, а Диана, откинув вуаль, ослепительно улыбалась, обнажая великолепные зубы, над которыми на прошлой неделе потрудились лучшие дантисты. Невеста была похожа на голливудскую звезду.

Ну и что с того, что ее экстравагантность граничила с эксцентричностью? В такой день можно позволить себе быть слегка эксцентричной. И хватит уже папочке жаловаться на огромные затраты. Слава Богу, с тех пор, как она начала встречаться с Эрни, отец перестал каждый день говорить о том, что ей пора остепениться и найти нормальную работу. У нее уже есть работа. Не очень прибыльная, конечно, но теперь все счета оплачивает Эрни. Посмотрев направо, Диана заметила молодую женщину с кейсом, шагавшую по направлению к Пиккадилли. На ней был облегающий лимонно-желтый костюм, прекрасно сочетавшийся с каштановыми волосами. Диана попробовала на глаз определить дизайнера. Похоже на Ричарда Тайлера, но его не часто встретишь в Лондоне. Его вотчиной считался Лос-Анджелес. Хотя скорее всего это все-таки Тайлер. Господи, ну и дура! Вы только посмотрите на нее: пашет от зари до зари за мизерные деньги! А ведь девушка вполне ничего. Не такая, конечно, красивая, как она сама, но кто сравнится с Дианой Верити? Она закусила полную нижнюю губку, чтобы удержаться от саркастической улыбки. Пора бы этой малышке подцепить хорошего богатого мужа и жить себе спокойно по старинке. Может, их поколение и стоит на пороге нового тысячелетия, но старые традиции никогда не выйдут из моды.

Помогая дочери подняться в карету, Виктория Верити придержала длинный шлейф платья, который, надеялась Сьюзи, будет волочиться по грязи. Сжав ее руку, Виктория проговорила:

– Ты уверена, что поступаешь правильно, милая? Я хочу сказать, ты действительно любишь его?

– Успокойся, мамочка. – Диана легонько чмокнула ее в щеку, так чтобы не размазать помаду. – Конечно, да. Я безумно люблю его и всегда буду любить.

Диане самой понравилось, как она вышла из ситуации. Она сказала то, что маме хотелось услышать, и это в общем-то было недалеко от истины. Разумеется, она любила Эрни. Он был хорош собой, прекрасно одевался и красиво ухаживал. Он никогда ни в чем не отказывал ей, и они отлично проводили время вместе. Чего еще желать? Как там говорится в старой пословице? Одинаково легко влюбиться в богача и бедняка. Диана просто вовремя позаботилась о том, чтобы получить товар высшего качества.

Ее родители хорошо ладили между собой. Отец был адвокатом и имел обширную практику в «Линкольнз инн». Все его три дочери учились в частных школах, и в Кенте у него был очаровательный домик. Но не о такой жизни мечтала Диана; ей нужно было нечто большее, чем горнолыжные курорты и уроки верховой езды, она хотела носить исключительно дизайнерские вещи, покупать себе бриллиантовые сережки, летать первым классом и отдыхать на Сейшелах или даже на Мустике, а еще лучше – на частном островке, затерянном где-нибудь в океане. И она не понимала, зачем нужно работать как лошадь, чтобы получить все это. Господь одарил ее красотой и чувством стиля, а красота и стиль всегда в цене.

«Я поставила на ту лошадь», – думала Диана, улыбаясь и махая рукой. Уличное движение на миг замерло, пропуская карету, свернувшую в район Сент-Джеймс. Впереди виднелась церковь, великолепный образчик элегантного англиканского стиля восемнадцатого века из камня медового оттенка. Перед входом собралась внушительная толпа папарацци. Диана расправила изящные плечики и поправила складки шифона и старинного шелка, чтобы первые снимки вышли безупречными. Освещение также будет прекрасным. Все будет замечательно.

Диана запела:

– А я в церковь еду, а я замуж выхожу...

Майкл Чичеро тихонько пошевелился под одеялом. С его габаритами это было непросто. Однако сегодня утром он решил приложить все усилия, чтобы выбраться из кровати медленно и бесшумно. Во-первых, от тяжелого похмелья раскалывалась голова, и он надеялся, что если не делать резких движений, то боль утихнет. Во-вторых, в постели у него спала обнаженная девушка.

С виду в общем-то все довольно мило. Проблема заключалась в том, что он не помнил, как ее зовут.

Майкл осторожно опустил ногу на голый деревянной пол своей каморки. Скосив глаза вправо, он увидел на расстоянии примерно фута от кровати два использованных презерватива и криво улыбнулся. Ну вот, одной проблемой стало меньше, подумал Майкл, поднял презервативы с пола и выбросил их. У него была крошечная квартирка далеко не в самом престижном районе города, но он содержал ее в идеальной чистоте. Это было дело принципа. Майкл относился к самому себе и ко всему вокруг с уважением, как любой настоящий итальянец. И поэтому он стыдился того, что не мог вспомнить имя девушки.

Молодой человек почесал в затылке. Безрезультатно. Какое у него последнее воспоминание? «Пятилистный клевер» на Хадсон в восемь вечера, День святого Патрика, и он уже слегка навеселе. Скорее всего он подцепил ее где-то там. Может, она ирландка. Семнадцатого марта все в Манхэттене становились немного похожими на ирландцев.

Майкл прошагал в ванную, отделенную от остальной квартиры темной деревянной ширмой, и достал свой пушистый синий халат. Ему не нравилось по утрам представать обнаженным перед малознакомыми женщинами. Чичеро не отличался тщеславием и не отдавал себе отчета в том, как здорово на нем смотрелся этот самый халат. Темный цвет подчеркивал его карие глаза, доставшиеся в наследство от матери-француженки и чисто по-итальянски опушенные густыми темными ресницами. Он не был красавцем мужчиной: на носу осталась горбинка в память о том дне, когда его сломал обладатель черного пояса второго Дана. Кроме того, он был очень высок, с мощными руками штангиста и мускулистыми бедрами кикбоксера. Девушки-подростки, сходившие с ума по Леонардо Ди Каприо, считали его попросту уродом.