Чтение онлайн

– Девятое.- виновато ответил Шурик.

Все ясно, рядом с туалетом. Я вздохнул. И здесь повезло.

– Где слезаем?

– В Нижнеудинске.- заторопился он.
– А потом...

Я махнул рукой.

– Потом, будет потом.

Надо было подумать, и как себя вести, и что это все означает. Цепь невероятных случайностей? Слишком сладко, чтобы быть правдой.

Я зашел в купе. В открытую дверь несло застарелой мочой, а матрасы видимо попали сюда по бартеру из морга. Закинул рюкзак на третью полку, вынул тетрадку и на титульном листе поставил точку. Этому способу нас учили в школе, а инструктора звали Петрович.

– Я буду учить вас искать.- сказал он.

– А я думал мы попали сюда потому что умеем это делать!

– Вот с тебя мы и начнём! Первое: Вы здесь потому, что у вас есть талант. Дар находить потерянное. Я не знаю как это у вас получается. Этого не знает никто, даже вы сами. То что вы делали раньше, это гадание на кофейной гуще, девятнадцатый век. С тех пор появились новые методы поиска, и новые приборы...

Итак, первая точка:

Тридцать шесть дней назад, в стране Тафаларов исчез самолет. Это вверх по реке Уде, очень популярный туристический маршрут. Сплавляются кто на чём. Но, это по реке. В тайгу не лезут. Из достопримечательностей: пещеры - одна ледяная, а другая лубяная, мемориал Валерия Грушина, метеостанция Хатома и рисунки доисторического человека, (могли бы нарисовать и получше). Само собой, красота кругом неописуемая, предгорья Саян. Вот здесь и была собака зарыта.

Значит вторая точка, это собака.

Май 2005

Саяны - горы невысокие, хотя конечно с чем сравнивать. Гора на горе, и холм на холме, и все это покрыто густым лесом. Заберешься на такую, а вниз не спуститься, выход там где вход. Кругом обрывы. Хочется их конечно пропастью назвать, да только неправда это.

Отвесные стены 5-10 метров глубиной, ходить пешком - удовольствие ниже среднего. Вот сюда нас троих и забросили с вертолета. У каждого своя зона ответственности. Правый берег мой.

Это еще три точки, одна справа.

Инструктаж был в Иркутске, сказали просто:

– Очень важный груз. Надо найти.

– Какой, не скажете?

– Не скажем!

– Чего же сами не нашли?

– Вас дожидались!

Вот это как раз понятно. Это всегда так. Из приборов дали только телефон и "Треккер". Показывает на экране твой путь в реальном времени, можно потом по своим следам идти назад, не собьешься. А вот куда идешь, смотреть надо. Оружие своё - старая двустволка, тогда еще не спиленная, нож конечно, лодка моя и штормовка китайская. Это все, что мне было позволено. При встрече с аборигенами разрешается поднимать правую руку и важно говорить: "Хау-хау! Бледнолицый брат приветствует тебя!"

– У тебя вид как у придурковатого охотника.- попеняла мне вторая сущность.

Она сказала это красивым женским голосом, хорошо слышным в ночной прокуренной пустоте склада.

– Сама дура!- огрызнулся я.

Майор, сопровождавший меня, шарахнулся в сторону, ударился обо что-то и застонал.

– Ты бы еще перекрестился!- сказал ему.

– Третьего такого встречаю сегодня.- отвечает.
– Те тоже в масках, только поют!

– И что поют?

"Партия Ленина - сила народная, нас к торжеству Коммунизма ведет!" Это что же, а? Чаю не желаете?

Ясно кто такие. Странные они, двойняшки. Думают двумя головами, когда вместе. По раздельности -дубеют на глазах. Поют песни о Ленине, придуряются так.

– Можно подумать, ты умнеешь!- сказала Она.

– Вякнешь еще раз - заведу в лес и придушу!

– Я испугалась и ушла!

Сзади разбилась чашка, ложечка зазвенела по кирпичному полу.

Майор сидел на табуретке и хрипел: -Ни слова не скажу, больше...

– Это я не с тобой!

– Господи! С кем же?! То-то я слышу.., а не видать!

Он дико озирался по сторонам.

– Секрет. Про мальчиша-плохиша читал?

Он закивал.

– Тогда должен помнить, какую военную тайну он выдал...

Я сделал паузу.

Он смотрел, ожидая продолжения.

– А ты хитрец!- сказал я.
– Ну, хорошо. Плохиш был агентом Советской контрразведки, глубоко законспирированным. Он пересылал дезинформацию в штаб Антанты. В частности о том, что ружья без патронов, и пушки без снарядов.

И где оказалась эта Антанта? Вот так!

– А как же Хорошиш?

– Какой Хорошиш?

– Мальчиш-Хорошиш!

– А-а, это! Убили его, свои же. Дурак он был. Глотку драл не по делу. Так что, если тебе еще что-нибудь покажется, прищурься.

– Как?

– Как Владимир Ильич. Будешь в Москве, сходи посмотри на него. Думаешь зачем его там хранят?

– ???

– Как пример. Типа и с тобой то же самое произойдет, если дурака валять будешь.

Так. Одного научил, может думать начнет. Пора уже думать.

Это мне одна точка в самый уголок листа, чтобы понятно было, не хвастаюсь но помню.

Искать самолёты в тайге дело дохлое, уж больно она большая и спросить не у кого.

Начальники с вопросами достают: "Как ты искать будешь? Есть ли у тебя план?"

Нету у меня плана! У вас есть спутники которые газеты читают, вот с них и спрашивайте. Только это железяка бестолковая и не может газету найти, ей координаты сказать нужно, а то она что-нибудь другое читать будет. Потому что с высоты сто двадцать километров ни фига ничего не разберёшь. Это как Китайскую стену искали: Объявили в прессе что европейский спутник всё таки её сфотографировал и снимок в пол страницы, вот она любуйтесь. Китайцы от радости на эту самую стенку лезут, ну как же, доказательство что они самые-самые. Даже реклама появилась что это единственное сооружение видное аж с Луны. Поторопились. Картинку исследовали, оказалось что не стена это, а река на снимке. Вот её видно. А стены как и нет. Тогда послали своего космонавта на орбиту. Догадываетесь какой первый вопрос был после приземления?

Мужик честный попался, до глупости.

– Не видел я ничего!-говорит.

Кто его имя-фамилию сейчас помнит? То-то и оно.

Я не про вас, китайцы не помнят, а ведь он был первый. Как Гагарин.

Вот такие мысли лезут в голову когда по лесам шарахаешься. Дел никаких нет, только бегай себе. Голова свободна. И всё.

Самолёт я нашёл к концу вторых суток, ближе к вечеру. Вернее крыло, ну а где крыло там и всё остальное. Помятое, оно висело покачиваясь в трёх метрах ниже края обрыва. Полез я к нему из чисто спортивного интереса. Может быть воспоминание, как застрял благодаря своему кретинизму на маленьком карнизе в горах? Ни взад, ни вперёд.