Чтение онлайн

Если там была детская, то здесь была спальня взрослого человека, причем небольшая и очень скромная. Вид у комнаты был совершенно нежилой. Все прибрано, кровать застелена и ни одна мелочь не указывала на то, что в ней кто-то живет. Только на комоде перед зеркалом сиротливо стоял пузатый флакон с духами. Я подошла, отвинтила пробку и в ноздри ударил горьковатый, до боли знакомый аромат трав. В тот же миг голова закружилась, в висках запульстировала боль, в глазах потемнело. Чтоб не рухнуть, я ухватилась рукой за край комода и, пытаясь перебороть головокружение, закрыла глаза. Подождав, пока комната перестала вращаться вокруг меня, осторожно вернула духи на место и побрела назад. Покидать в таком состоянии дом было бы безумием. Мало того, что первый приступ отнял все силы, он мог и повториться, причем прямо посреди дороги.

Перед глазами стелилась пелена, пол колыхался и норовил уплыть из под ног, ступни казались налитыми чугуном. Хотелось лечь прямо на ковровую дорожку и затихнуть, но я, цепляясь руками за стены и борясь с подкатывающей к горлу дурнотой, упорно продвигалась вдоль коридора к "своей" комнате. Наконец, добралась до распахнутой двери, сделала над собой последнее усилие, шагнула через порог и замерла.

За то время, что я отсутствовала, комната разительно изменилась. Исчезла светлая с обильной позолотой мебель на изящно-гнутых ножках, не стало зеркал и кровати под серым шелковым покрывалом, вместо всего этого великолепия появился практичный кожанный диван немаркого зеленого цвета и три огромных кресла. По стенам громоздились массивные шкафы с книгами, между ними были развешаны гравюры в строгих рамах. В углу примостился музыкальный центр, около окна стоял длинный письменный стол с компьютером. Все очень солидно, дорого и... мрачновато. Из общей картины выбивалась только гитара, небрежно брошенная посреди комнаты на ковре.

Перед монитором во вращающемся кресле вальяжно раскинулся худощавый парень и с веселым любопытством смотрел на меня. На вид ему можно было дать не больше двадцати, хоть он и пытался бороться с этим недостатком, отрастив для солидности усы. Однако, усилия пропали даром, усы у него получились такие же несерьезные, как и он сам. Чересчур светлые и совсем не густые, они смешно топорщились над верхней губой и не только не скрывали возраст владельца, а напротив подчеркивали его молодость. Немало способствовала этому и лохматая шевелюра, в которую он имел привычку непрерывно запускать пятерню. Одет незнакомец был в демократичные линялые джинсы с прорехами на коленях, тяжелые ботинки и бесформенную футболку с надписью "Через секс-к свободе!"

– Ты кто?
– нахмурилась я.

Парень удивленно вздернул белесые брови, ткнул себя пальцем в грудь и переспросил:

– Я?!

Я осторожно, стараясь не разболтать ту муть, что колыхалась под черепной коробкой, кивнула.

– Константин.
– охотно откликнулся парень.

– Постоялец?

Спросила, между прочим, без всякой подначки, просто он со своей неформальной внешностью совешенно не вписывался в этот чопорный интерьер. На мое счастье парень не обиделся, беззаботно ухмыльнулся и сказал:

– Вообще-то я довожусь сыном хозяину этого дома, но, если зрить в корень, то можно считать меня и постояльцем. А ты, та прекрасная незнакомка, что кинулась вчера под колеса отцовской машины? Я правильно понимаю?

Он театрально закатил глаза и слегка подвывая торжественно продекламировал:

"И веют древними поверьями её упругие шелка,

И шляпа с траурными перьями,

И в кольцах узкая рука."

– Это не про меня.
– покачала я головой.

Парень окинул меня цепким взглядом и охотно согласился:

– Точно не про тебя.

Неожиданно, я почувствовала себя задетой, хотя ещё минуту назад сама сказала то же самое.

Интересно, что ему во мне не понравилось? Неужто мой наряд? Ну, так это он зря! Я ж не виновата, что моя собственная одежда пришла в такое состояние, что место ей только на помойке, а в сундуке у бабы Глаши ничего новее этого платьица сороколетней давности не нашлось. И, вообще, не так уж он и плох, мой наряд. Это, между прочим, выходное платье Глаши, шила она его к собственной свадьбе, берегла, как зеницу ока, и одевала потом считанное количество раз. А может ему показалось, что талия у платья не на месте и длина немного не та? Ну, так это с какой стороны смотреть! Если же принять во внимание, что мода развивается циклично и в ней суперновое-это хорошо забытое старое, так оно вообще может считаться предвестником грядущих перемен в портняжном искусстве. А что платок у меня на голове повязан на манер колхозницы, так это не от хорошей жизни. Когда баба Глаша выстригала мне ножницами волосы, она о красоте не думала. Это потом мы с ней сообразили, что такую голову людям показывать-только пугать. Вот и снабдила меня сердобольная Глаша своим выходным платком, что б было чем обкромсанные пряди прикрыть.

Я строптиво вздернула подбородок и послала наглецу гневный взгляд, который по идее должен был испепелить его на месте. К сожалению, взгляд на парня никакого действия не оказал, а вот боль у меня в затылке всколыхнулась и запульсировала сильнее. Я не сдержалась и непроизвольно скривилась, что не прошло незамеченным для моего собеседника. Он перестал улыбаться и внимательно глянул на меня:

– Плохо чувствуешь себя? Неужели вчера так крепко к машине приложилась? Вообще-то тебя ночью осматривал наш домашний доктор, его отец вызывал. Так вот он сказал, что с тобой все в порядке. Машина задела тебя вскользь, да и упала ты очень удачно. Если б свалилась на асфальт, то наверняка расшиблась, а ты умудрилась отлететь в кусты. Они самартизировали и ты отделалась царапинами и ушибами.

Говорливость парня меня стала раздражать и я уже сделала шаг назад, собираясь его покинуть, как он вдруг добавил:

– Правда, на голове рана имеется, но она давнишняя и почти зажила. Кстати, откуда она у тебя?

Последний вопрос, хоть и заданный мимоходом, мне вообще не понравился и чтоб пресечь дальнейшие расспросы, я нехотя процедила:

– В автомобильную аварию попала.

Я надеялась, что от поймет неуместность своего любопытства и отвяжется от меня, но просчиталась. Мой ответ не только не угомонил собеседника, а напротив, привел в необыкновенное восхищение:

– Ну, ты даешь! Так это с тобой случается регулярно? Ты, что, под все проезжающие мимо машины кидаешься?

Я подняла брови и выразительно посмотрела на него, намекая, что парень сморозил глупость.

Он на мою гримасу внимания не обратил, заговорщицки подмигнул и, понизив голос, спросил:

– А может ты нарочно под колеса отцовской тачки кинулась, а?

Спросил, склонил голову к плечу и очень хитренько на меня посмотрел.

– Ты хоть сам понимаешь, что несешь? Зачем бы я стала это делать? возмутилась я, забыв о собственном отвратительном самочувствии.

– Ну-у, не знаю. Может у тебя какая тайная цель была. Деньги, например.
– задумчиво протянул он и остро глянул мне в глаза.

Еще минуту назад я, утомленная пустой болтовней и мучающаяся головной болью, мечтала прекратить разговор и уйти, но такой неожиданный поворот меня изумил:

– А деньги здесь при чем?

– Отец у меня человек не бедный. Так я подумал, ты под машину кинулась, чтоб потом компенсацию требовать.
– охотно пояснил Костя. Потом шмыгнул носом и доверительно добавил: