Чтение онлайн

Мейсоны знали, как много значила для Эмили собственная популярность. Она умело пользовалась своим очарованием, чтобы привлечь к себе как можно больше красивых мужчин. Женщин в их городе было немного, а Эмили обожала, когда за ней ухаживают.

— Ты бы тоже потанцевала хоть чуть-чуть, — обратилась к Алисе мать.

— Может, попозже, — застенчиво ответила девушка. На самом деле танцы ее нисколько не увлекали.

Лоретта с трудом сдержала печальный вздох. Не могла она понять свою старшую дочь, да и все тут. Как ни пыталась Лоретта разъяснить ей, что давно уже пора подумать о замужестве, все без толку. Тонкое искусство флирта всегда было чуждо Алисе. Сейчас ей уже было далеко за двадцать, однако выходить замуж она не собиралась, и никаких женихов на ее жизненном горизонте не наблюдалось. Но больше всего Лоретту изумляло то, что Алису это ничуть не волновало.

Нельзя сказать, чтобы Алиса не смогла бы очаровать мужчину, если бы захотела, просто она совершенно искренне не видела в этом никакой необходимости. Она всегда была прилежной девочкой и гораздо больше внимания уделяла книгам, чем внешности и всяким там женским штучкам. Например, новости моды, с запозданием поступавшие с востока страны, ее абсолютно не интересовали. Когда Джон получил в Блэк-Спрингсе должность мирового судьи, никто не удивился тому, что Алиса под его чутким руководством стала изучать юриспруденцию. Это ей так понравилось! Она настолько хорошо выучила законы, что даже помогала отцу вершить правосудие, когда не была занята в магазине, которым владела семья Мейсон.

Заметив, что к ним направляется Роб Эмерсон, городской шериф, Лоретта довольно улыбнулась. Она уже давно заподозрила, что парень питает к Алисе нежные чувства, однако объясняться он не спешил. Как было бы хорошо, если бы они и в самом деле поженились! Лоретта с Джоном были о Робе самого высокого мнения. Да и как иначе! Такой красивый, добрый, остроумный молодой человек. Каштановые волосы, голубые глаза. Да и лет немного, не больше тридцати. Лоретта считала, что из него выйдет великолепный зять.

— Добрый вечер, господа, — проговорил Роб, подходя к ним. — Как вам здесь нравится?

— По-моему, вечер выдался на славу, — ответила Лоретта. — А вы как считаете?

— Совершенно с вами согласен. Если эти молокососы протанцуют всю ночь, в городе все будет тихо и спокойно, — ответил Роб, ухмыльнувшись.

— Может, нам каждую пятницу устраивать танцы? — предложил Джон.

— Это было бы совсем не плохо.

Роб повернулся к Алисе. Он весь вечер набирался смелости, чтобы пригласить ее на танец, и наконец решился. Алиса никогда не выказывала ему никаких чувств, кроме дружеских, но Роб тем не менее надеялся, что со временем она ответит на его любовь взаимностью. Сегодня, как и всегда, Алиса казалась ему самой очаровательной женщиной. Темно-зеленое платье удивительно ей шло, а светлые, распущенные по плечам волосы были необыкновенно красивыми.

— Давай потанцуем? — пригласил он ее. Алису немного удивила такая форма обращения, но она не подала виду и, ласково улыбнувшись, ответила:

— С удовольствием.

Когда Роб повел Алису на площадку, Лоретта стиснула мужу руку и восторженно проговорила:

— Какая же они красивая пара! Ты не находишь, дорогой? Джон снисходительно ей улыбнулся:

— И когда ты наконец прекратишь искать Алисе женихов! Ты же прекрасно знаешь, что она этого не переносит.

— Знаю, знаю, но Роб такой замечательный парень.

— Верно. Мне он тоже очень нравится. Но выходить за него замуж или нет — это решать Алисе, а не нам с тобой.

— Но как было бы хорошо, если бы… — Лоретта уже живо представляла себе, как Алиса в подвенечном платье идет с Робом к алтарю.

— Ло-рет-та… — предупреждающе протянул Джон.

И Лоретта перестала говорить на эту тему, хотя, наблюдая за танцующей очаровательной парой, не могла сдержать довольной улыбки.

— Ну, как тебе здесь нравится? — спросил Роб, легко ведя Алису.

— Очень нравится. Всегда время от времени приятно бывать на людях, — ответила она, непринужденно следуя за ним. — А ты хорошо танцуешь, Роб.

— Спасибо. Мама с сестрами еще в детстве заставили меня выучиться танцевать. Наверное, не хотели, чтобы я отдавил ноги всем женщинам нашего города. — И Роб улыбнулся своей шутке.

— Неужели они так и сказали?

— Ну, может быть, другими словами, но смысл был именно такой.

— Когда будешь писать им о сегодняшнем вечере, напиши, что я по достоинству оценила их усилия.

— Непременно это сделаю.

И Алиса с Робом весело рассмеялись.

Алиса знала, что ее родителям нравится Роб. Да и сам он частенько приходил к ее отцу поговорить о городских новостях. Роб был отличным шерифом, честным и справедливым, и все в городе его любили и уважали.

Когда танец кончился, Роб отвел Алису обратно к родителям.

— Спасибо, Алиса. Я непременно напишу маме и сестре о том, что ты мне говорила. — Он повернулся к Джону: — А теперь мне пора возвращаться в свою контору.

— Смотри не перетрудись, — заметил Джон. — И вообще, на твоем месте я остался бы здесь, а то можешь пропустить самое интересное.

— Думаю, самое интересное я здесь уже увидел. С этими словами Роб попрощался и отправился смотреть, все ли спокойно в городе.

— Какой приятный молодой человек этот Роб, — проговорила Лоретта, обращаясь к Алисе.

— Он очень хороший, мама, но мы с ним просто друзья.

Лоретту так и подмывало сказать Алисе, что Роб хотя и очень милый молодой человек, но нерешительный и его нужно всячески подбадривать, однако Джон не дал ей этого сделать.

— Давай потанцуем, дорогая, — проговорил он, отвлекая жену от грустных мыслей о том, что ее старшая дочь все никак не может выйти замуж.

— Давай, дорогой, — согласилась Лоретта.

Облегченно вздохнув — слава Богу, хоть на время избавилась от дифирамбов, которые мать пела в честь Роба, — Алиса оглянулась, ища глазами Эмили. Наконец она заметила ее. Сестра стояла у стола с напитками в окружении разбитных молодых ковбоев и кокетничала с ними напропалую. Алиса улыбнулась, понимая, что Эмили вовсю наслаждается жизнью. Как бы ей хотелось быть сейчас на ее месте. Ни танцы, ни флирт никогда ее не прельщали, а вот поговорить она всегда была не прочь. И Алиса оглянулась, ища, к кому бы ей подойти и поболтать о житье-бытье.