Чтение онлайн

– - Да подожди ты!
– - осадил его Валимир.
– - Тут хитрость нужна. Пустишь утку, что, мол, кому-то выгодно экспедицию сорвать, и что в чай добавляют что-то, а надо ночью поймать изменников, и чай не пьем, делаем вид и выливаем в пуховик. Он не промокнет от кружки. Друг друга прикрываем. А ночью все дежурим. И никому ни слова, чтобы изменники не поняли, что их ловят. А передают пусть один другому. До оборотня или до предателя дойдет -- один у него будет на примете! А заварушка начнется, испугаются и за вами кинутся. Тогда можно и объяснить, что здесь происходит. Свидетелей много.

– - Лучше уж я сам всех обойду, -- не согласился Марат.

– - Нет, не ты, ты им больше всех нужен, -- произнес Иван, одобрив план.
– - Пусть каждый по человеку ведет за собой. Мы уйдем раньше, вы следом. Когда вы начнете подниматься, мы вас прикроем. Позиция тоже имеет значение. С верху прикрывать вас удобнее. Приборы ночного видения у нас есть, нам выдали, чтобы мы раньше всех выйти могли. И на всякий случай возьми сигнальный пистолет, если не получится, красным пальни в небо, чтобы мы вас не ждали.

– - Понял, -- ответил Марат и улыбнулся.
– - Сделаем!

– - Так нам-то что, уходить?
– - расстроился Ерепа.
– - Мы с ними расправимся, а вас подставим?

– - Черт, ты дурак? Такой шанс один на миллион! Конечно уходите!
– - обругали его.
– - Но сразу идите в гору, только не на эту, а на те, -- Виткас кивнул на подножие горы слева, передавая бинокль Ерепе, направляя его.
– - Видишь, там есть ущелье?

– - Ну, вижу...

– - Прямо перед ним пропасть и узкий перешеек... Если соберете оружие оборотней, то продержитесь, а стрелы посадишь, чтобы теплее стало. Думаю, там найдется какое-нибудь укрытие. В подножии всегда теплее. Продержитесь, вампиры здесь надолго не станут задерживаться, и эти, -- он кивнул на черных оборотней, -- вряд ли полезут к вам, даже если догадаются. Когда все успокоится, выбирайтесь. Если выживем, подберем.

– - Понял, -- кивнул Ерепа, изучая маршрут.

– - А я вот, думаю теперь, -- Марат посмотрел задумчиво на Валимира, -- и людей выбирают не наши оборотни. Заметь, они стараются южан скормить, иноживущих, слишком молодых, и слишком старых. Всех, кто тобой, Валимир, быть не может.

– - А я-то сообразить не могу, что это я при моей-то невезучести так долго живой остаюсь!
– - ошеломленно открыл рот Валимир. Лицо его перекосило.
– - Суки! Как они меня обложили!

– - Богатенький вампир с твоей красоткой развлекается!
– - усмехнулся Виткас.
– - Сам бы не увидел, ни за что бы не поверил. Да я и не поверил! С ума сойти! Нет, чтобы денег дать! Вот, мол, сплю с твоей душой, прими за нее выкуп, и не парся, найди себе другую. Подумал ты о нужде своей, вспомнил про Благодетеля, и она сразу вспомнила, что при богатом мужике, которому душа поклонилася! Блин, я закон твой жидовской про выкуп понял!
– - засмеялся он.

– - Я не жид, -- успокоил его Валимир.
– - Кормилица... как бы это сказать... была потомственной ведьмой и ведуньей. Порчи, проклятия, болезни снимала и накладывала, в общем, портила жизнь помаленьку и тем и другим, покойничка на могилке могла заприметить. От них-то они, то есть род ее, узнал, что землю какую-то надо доставать, чтобы в Рай попасть. Понятно же, что не могильную -- свои два аршина! А лучше четыре... Меня пыталась к этому делу приучить. Вот дурак-то был, когда не слушал!

Вечер прошел как обычно, разве что люди молчаливы и озабочены и чуть напряженнее лица. Еще один отряд сразу после обеда ушел на разведку, чтобы проверить другие пути. Их ждали лишь к ночи. Никто уже не сомневался, что в горах действует некая сила, которая убивала людей, и увидеть их никто не чаял. На этот раз им разрешили попрощаться, чтобы прекратить всякие домыслы о том, что будто бы кто-то убивает людей. Это стало неожиданностью, проводить их пришел весь лагерь. Высокопоставленные особы и Их Величества произнесли речь, в которой искренне надеялись обнаружить следы того самого аэродрома, где, по сообщениям с большой земли, доставленном животными, их ждал самолет. Каждый высказывался по этому поводу. И не удивительно, столько погибших, которые сгинули без следа. Все ждали хороших новостей. Оборотни вели себя как всегда -- развязно. Вампирам было не до людей, они впервые разбирались между собой прилюдно. Часть из них требовала повернуть назад, часть упиралась, доказывая, что ближе перейти еще две горы, о которых донесли, спустившись на большую землю по западному склону. Часть молчаливо соглашалась и с теми и с другими. Все вампиры низко кланялись перед Их Величествами, выказывая величайшее почтение, и говорили, упирая на то, что каждый из них подчиниться решению Их Величеств, как единственно правильному, безоговорочно. Голоса разделились поровну.

– - Хорошо, -- Его Величество встал.
– - Мы, безусловно, понимаем ваше волнение и тревогу. Мы согласны, что часть из вас вернется назад тем же путем. Но вы должны понимать, что мы не сможем вам выделить ни людей, ни другую помощь. Единственное, что мы можем дать: сухой паек на двадцать дней, один ковер-самолет, необходимое снаряжение. Я требую, чтобы вы покинули территорию лагеря за десять минут до начала комендантского часа. Всех, кто желает покинуть нас, прошу внести себя в список, чтобы вам приготовили все необходимое до ужина.

Ее Величество не произнесла ни слова. Она встала и удалилась в свой шатер, опираясь на руку Его Величества.

Сразу после его слов в лагере началась суета. Именно вампиры зубоскалили в этот вечер между собой на потеху и оборотням, и людям. Вампиры, которым было разрешено отправиться обратно, возмущались, что им выдали по одной банке консервы на день, что снаряжение дали не самое надежное, что ковер-самолет и все остальное придется тащить самим. Оборотни в горах подчинялись лично Ее Величеству, независимо от того, какому вампиру принадлежали в другое время. Несколько людей пожелали вернуться с теми, кто собирался в обратный путь, но всем и каждому объяснили, что разрешение выдано лишь тем, кто в той или иной мере является для экспедиции обузой, объедая и задерживая, и что вреда от них больше, чем пользы. С этим согласились все. Святые Отцы исправно отслужили службу, вкусив со стола своей паствы и освятили все, что было выставлено на столе, разве что отказались от сладкого и пошли собираться в обратный путь вместе со всеми. Святые отцы разделились, как и высокопоставленные члены экспедиции: кто-то считал, что долг их пройти до конца со своей паствой, кто-то, что нельзя оставить без поддержки заблудших овец. Прошел слушок, что тянули жребий: желающих вернуться или остаться было слишком много.

Сразу после ужина людей отправили по местам. Комендантский час для людей наступил на час раньше обычного комендантского часа. В гроте разместили подрывников и часть альпинистов, которые работали на благо экспедиции, в палатках альпинистов, которые поднимались вместе с остальными, и те, кто пока был не востребован, еще один грот занимал обслуживающий высокопоставленных особ персонал. На этот раз даже оставили место для отряда, который должен был вернуться. Ее и Его Величество расположились неизменно в царском шатре с удобствами и подогревом. В восемь вечера, когда стемнело, каждого обязали находиться в спальном мешке. Люди не спорили, все устали и вымотались за день.

Часть оборотней отправились шмонать убывающих вампиров.

Вампиры, которые оставались, занимали первые места в рядах зрителей наравне с оборотнями. Серые будни приелись и тем и другим. Даже министр внутренних дел не смог убедить оборотней вернутся к своим прямым обязанностям. И немногие оборотни выказывали недовольство, когда замечали, что люди смотрят на то, что происходит в части лагеря, где располагались палатки высокопоставленных членов экспедиции.

Ровно без двадцати девять лагерь разразился оглушительным свистом, выстрелами в воздух, гиканьем и улюлюканьем. Никто не обратил внимания, как один за другим вверх по вырубленным в камне ступеням, не издав ни звука, поднимаются люди из грота, который располагался к лестничному подъему ближе всего -- полураздетые, часть из них шла почти босиком, не обремененные спальными мешками и снаряжением, и немногие из них имели за спиной рюкзаки с продуктами, собранными накануне. Никому бы в голову не пришло, что можно бежать вперед, а не назад.