Чтение онлайн

– Андрей, заметь, я только работаю на тебя.
– сказала Ира - У тебя безумно много вариантов. Вспомни, химическая, ультразвуковая, тепловая дегазации. Каждый раз я тебе все обсчитываю, а у тебя все новые и новые варианты. Я уже ни чего не рассчитываю другим группам и ребятам.

– Из-за этих пузырьков в жидкости, мы уже взорвали два лазера. Борис уехал в Дзержинск за новыми неодимками.
– ворвалась в разговор Маша.
– Давай остановимся на чем-нибудь одном.

– Давайте. Через месяц мы выезжаем на полигон. Гидравлика должна работать, как часы. Поэтому останавливаемся на ламинарном потоке. Ира задание тебе: расчищай, сколько добавить в жидкость нитритов, подчеркиваю, нитритов, не нитратов, для погашения ультрафиолетового спектра; поищи по справочникам полиолы, только прозрачные молекулярной массой до 300 и не замерзающие при - 50, рассчитай сколько надо для разбавления и соответственно - камеру для охлаждения лазера.

– Тебя Борис точно убьет, когда приедет.
– сказала Ира.

– Ничего выдержим. Маша весь тепловой баланс на тебе и еще... Только не взрывайся. Я придумал новую конструкцию переносного лазера, в виде ружья.

Ира возмущенно вскинула руки.

– Я уйду от тебя.

– Ну, Ирочка, ну, пожалуйста...

– Ладно. Какой источник накачки?

– Химический.

– Это все сложно. Там остатки сгорания и потом еще нет такого химического источника света, который выбивал электроны с одного уровня на другой.

– Есть, вот он.

Я вытащил из кармана два охотничьих патрона, под двадцатый калибр и бросил их на стол.

– Откуда они у тебя?
– удивилась Маша.

– Сам сделал, с помощью хорошего знакомого. А теперь смотрите сюда.

Я покопался в ящике верстака, нашел короткий обрезок трубы и забил патрон туда, до самой кромки. Трубу зажал в тиски. Подошел к окну и стал отдирать одну половину рамы от наклеенной бумаги.

– Что ты делаешь?
– завопила Маша.
– На улице мороз.

– Открываю раму. Если тебе холодно, накинь пальто.

Девушки в ужасе смотрели на меня.

– Может, сейчас не надо, а?
– осторожно высказалась Ира - Может потом...

Я презрительно посмотрел на нее.

– Действительно, дождемся лета, соберем начальство, напишем тонну бумаги и инструкций, а потом получив санкцию из министерства, бабахнем. И еще два года будем изобретать ружье, силами КБ и различных комиссий. ответил я ей.

Наконец рама, с помощью отвертки и ножа, открылась и в лицо ударил холодный воздух. Февральский снег, сухими колючками, ринулся в комнату. Я развернул верстак с тисками напротив окна. Подтащил второй стол с пустой длинной камерой уже набитой тремя пакетами неодимового стекла, с отражателями на стенках и надвинул ее на тиски.

– Оденьте наушники и темные очки. Смотрите в эту сторону, - я натянул на онемевшую Машу наушники. Ира быстро все одела сама.
– Готовы.

Я надел темные очки. Взял ключ 17 и молоток. Торцом ключа уперся в капсюль патрона и ударил...

Ужасный грохот и вспышка заполнили комнату. Мою руку обожгло и отбросило, ключ куда-то улетел. Завоняло порохом и каким-то терпким, но приятным газом. Я снял очки. Камера раскалилась до красна и вибрировала. Часть тисков, торчащая под камерой, раскололась и вылетевшая из трубы в противоположную сторону гильза, укатилась в укрытие под стол.

Разеваю рот от звона в ушах. Машинально взял второй патрон и сунул в карман, потом подошел к окну и закрыл с грохотом створку.

Двери нашей комнаты распахнулись. В комнату ввалилось три человека.

– У вас все в порядке? Вы живы?

Маша и Ира, скинув очки и наушники, смотрели на меня вытаращенными глаза.

– Да не рассчитали малость, - обратился я к ребятам.
– Так что, все в порядке ребята.

Я стал их теснить корпусом и руками к двери.

– Идите, идите.

Парни ушли. У нас в комнате стояла тишина.

– Ты ненормальный, - взорвалась Маша.

Ира оторвалась от стула и подошла к окну. Она протерла запотевшее стекло.

– А ведь там пожар.

Вдали горел лес.

– Вот это сила, - протянула она задумчиво - Если, кто-то свяжет этот выстрел с пожаром, наверно тогда будут и инструкции, и комиссии, и КБ, занимающееся одним ружьем. Тебе нужна помощь, Андрей?

– Нужна. Нужно рассчитать теплоотвод тепла и, соответственно, какая при этом должна быть форма ствола.

– С тебя данные по мощности и количеству энергии.

– Да вы оба ненормальные, - очнулась Маша.
– Психи. Их только чуть не разнесло в клочки, а они хотят мощность... считать. Господи, с кем я работаю.

– Машенька, - Ира подошла к ней и обняла - Это он псих и ненормальный, но он и гениальный мужик. А они все тронутые. Ты думаешь, почему начальство ему прощает все. Даже если бы они узнали, что он сжег лес, да еще зимой, на расстоянии полтора километра, они бы его простили. Других бы вытурили, а его нет. Да потому что он талант. И мы с тобой, дурочки, будем работать на этот талант. Ты поняла.

– Да Ира.

Маша пришла в себя.

– И нам надо беречь его. Смотри, все женщины КБ, прямо, падают ему под ноги, особенно, эта, Алена из его бывшего отдела. А почему? Да потому, что у них нюх, на все гениальное. Это мы с тобой дуры, испорченные его бесконечным дерганьем. Считаем, что он зануда, придира и без конца сопротивляемся. Ведь так?

– Да так, Ирочка. Я это давно поняла.

– Ну вот и молодец. А сейчас давай приберем в комнате и забьем щели в окне.

– Интересно, вы говорите так, как будто меня нет в комнате.

– А ты разве еще здесь? Мы то думали, что ты собираешь установку на бронетранспортере.
– улыбнулась Ира

ЧАСТЬ 2

– Сейчас ты поедешь ко мне домой.

Володя крутил баранку своего стреляющего "запорожца".

– И когда уезжаешь в командировку?
– проддолжил он

– Через две недели.

– Так сколько тебе надо капсул?

– По сто штук каждого компонента.

– Ух ты, месяц работы. Приходи, будешь поомогать запаивать.

Володя начальник химической лаборатории. Работяга, свет таких не видывал. Худенький, черненький, горбоносенький, он вызывает сразу же симпатию.