Шрифт:
ПОЕЗДКА НА ВЕЧЕРИНКУ была последним делом, которым ей хотелось бы заняться.
Ну... Может, последним в списке было бы выдирание ржавыми щипцами ее ногтей, одного за другим. Но поездка на вечеринку - любую вечеринку - стояла бы рядом.
На чертову костюмированную вечеринку?
Это даже еще хуже.
Кто, черт возьми, кроме Аннетт Фуничелло закатывает костюмированную вечеринку, чтобы отпраздновать свой шестидесятый день рождения?
Риццо, вот кто. Рожденная в Хэллоуин - и постоянно очарованная всем, что связано со смертью. Риццо была известна своими зловещими и мрачными маскарадами. А в этом году она обещала организовать тот, который попадет в книгу рекордов.
Ура.
Она вздохнула и посмотрела в крошечный иллюминатор рядом со своим креслом. Она месяцами никуда не выбиралась. И эта проклятая поездка обошлась ей в целое состояние. Но Риццо была ее лучшей подругой и планировала эту пирушку почти год - задолго до того, как отношения Грейс с Дениз полетели под откос.
Полетели под откос? Черт. "Сорвались с чертовой скалы" было больше похоже на правду. Надо было отдать должное Дениз. Она не трахалась направо и налево. Когда решила, что все кончено - то все было кончено. С большой буквы К.
Прошло десять месяцев. И для Грейс это были десять мучительных месяцев. Десять месяцев попыток собрать вместе черепки разбитой жизни в нечто, что наполовину напоминает человеческий облик.
Удивительно. Если использовать достаточное количество изоленты и шпагата, то можно вполне прилично себя подлатать, чтобы ковылять по дорожке, не рассыпаясь на части. А вот починка собственного эго - вещь довольно трудная. На этот раз пришлось подбросить монетку, чтобы определить, что пострадало сильнее - ее сердце или самооценка.
Это был классический сценарий. Из тех, что всегда наготове. Старая шутка. Дешевое блюдо дня. Ешь не хочу.
Ее променяли на молодуху.
И что еще хуже. На молодуху с посредственным IQ, с головой, словно реклама средств по уходу за волосами, и комплектом стоящих торчком покупных сисек.
Но такими и бывают разрывы отношений, ведь так? Вселенная дает, Вселенная и отнимает. Десять тысяч вещей то появлялись, то пропадали. И в основном все было нормально - если только, конечно, ты не оказывалась несчастной тупицей, которая угодила под прицел в тот момент, когда все эти десять тысяч проклятых вещей рухнули на землю и прищучили твою задницу.
В динамике динькнуло, и над ее головой зажегся сигнал "пристегнуть ремни". Они прибывали в Финикс. Сорок пять минут стоянки, а затем рейс отправится в Сан-Франциско.
Грейс кинула взгляд на часы. Собственно, не стоило и выходить из самолета, а поскольку ей не нужно было пересаживаться, она решила остаться и насладиться одиночеством.
На этот раз посадка прошла как по маслу. Рейс был заполнен только наполовину, так что у остальных пассажиров не уйдет много времени на то, чтобы собрать свои сумки и выйти на жару. Грейс прислонила голову к ободку иллюминатора и стала смотреть, как скучающего вида грузчики бросали чемоданы на конвейер, словно те были мешками с песком.
"Могло быть и хуже, - подумала она.
– Я могла бы зарабатывать себе на жизнь этим".
Неожиданно преподавание английской литературы для своевольного, полного самомнения поколения, рожденного на исходе ХХ века, показалась больше даром, чем проклятьем.
– Извините, вы не против, если я займу это место?
Грейс подняла голову и увидела довольно высокую женщину в строгом деловом костюме, стоящую в проходе прямо у ее ряда кресел. Она держала в руках книгу и портфель.
Пару секунд Грейс таращилась на нее с глупым выражением лица, а потом поняла, что женщина вежливо ждет, пока она уберет свое барахло с этого места.
– Господи, простите, - сказала Грейс, собирая в кучу ноутбук и учебные планы.
– Привыкла считать себя центром Вселенной, понимаете?
Женщина улыбнулась и села.
– Прошу прощения, что побеспокоила вас. Я и на самом деле хотела место в ряду у выхода, чтобы было куда выставить ноги, а все другие места, как будто, заняты, - она махнула в сторону кресел по проходу.
На них высились спортивные сумки и другие личные вещи.
– Я подумала, что попытаюсь пересесть до того, как они посадят пассажиров на следующую часть пути, - она задвинула черный кожаный портфель под сиденье спереди. Портфель был хорошим. С монограммой.
– Полагаю, у нас возникла одна и та же идея, - добавила она.
– Что за идея?
– спросила Грейс.
– Остаться в самолете на время стоянки?
– А, эта, - Грейс пожала плечами.
– Никогда не были в Финиксе?
Женщина рассмеялась.
– Однажды... вынужденно. Клянусь никогда больше этого не делать по собственной воле.
– Мудрая женщина. Если только вы не фанат видео-покера - в этом случае вы упускаете прекрасную возможность.
Женщина вытащила небольшую пару очков из кармашка внутри портфеля.
– Чтобы сделать что?
– Не знаю. Разбазарить выигрыш на разгульную жизнь?
– К сожалению, не такую уж и разгульную жизнь я веду. И, как правило, мне не очень везет.
– И это нас роднит.
Секунду женщина на нее смотрела, а потом протянула руку.
– Я Эбби.
Грейс пожала ей руку.
– Грейс. Мне тоже не везет в картах.
"И в любви", - подумала она.
– И куда вы направляетесь, Грейс?
Грейс улыбнулась.
– Туда же, куда и вы, полагаю.
– В Сан-Франциско?
Грейс кивнула.
– Вы там живете?
Грейс покачала головой.
– Нет. Вообще-то, никогда там не была.
– Серьезно? Тогда в командировку?
– Нет. На отдых. Навестить старую подругу.
– И я тоже.
– Мир тесен.
– Иногда так и есть.
У женщины были темные волосы. Она надела очки. Отчего-то, они сделали ее еще привлекательнее. Она взглянула на кипу бумаг Грейс.
– Вы преподаватель?
Грейс пожала плечами.
– Так говорят.
– Что преподаете?