Чтение онлайн

Несколько свечей освещали темное помещение, которое выглядело на первый взгляд как барак или общая спальня — или, возможно, как больничная палата в какой-то подземной тюрьме. Зал казался слишком большим для комнаты и слишком широким для коридора. С двух сторон он был уставлен рядами коек и кушеток, на многих из которых лежали люди. В проходе между ними во мраке двигались несколько сутулых мужчин и женщин. Когда одна из этих мрачных фигур приблизилась к свече, Марк увидел в ее руках поднос с землей и инструментами, похожими на пару пинцетов и большую волосяную щетку.

Рядом с дверным проемом света было больше, и Марку удалось рассмотреть посетителей, лежавших на убогих койках. Их обнаженные тела были прикрыты тонкими простынями. Мужчины и женщины посасывали вино из чаш или беседовали друг с другом. Несколько клиентов переживали стадию экстаза, который вызывали черви наслаждения. Эти рыдавшие и стонавшие люди метались на кушетках, сбрасывали ногами покрывала и яростно царапали кожу щетками и гребнями.

Пока Дун медленно шел по проходу между койками, держа в руке ножны с Путеискателем, Марк увидел, как слуга остановился рядом с очередной клиенткой. Покопавшись пинцетом в земле на подносе, мужчина вытащил крохотного бледно-серого червя. Марк слышал, что это существо ценилось на вес золота и даже дороже. Несмотря на его неприметный вид, к нему относились с заботой и предельным вниманием. Клиентка, тучная женщина с ухоженным телом, перевернулась на живот и подставила слуге широкую спину. Тот опустил червя на ее плечо и быстро поднес свечу. Червь тут же исчез под кожей. Марк знал, что инстинкт заставил его спрятаться от болезненного света. Эти существа выращивались в полной темноте и жили в особо приготовленном перегное.

Слуга направился к Дуну, но барон покачал головой и вместе со своими людьми зашагал в глубь зала. Мужчина с подносом удивленно посмотрел им вслед, пожал плечами и занялся прежним делом. Как и все остальные люди, работавшие здесь, он выглядел больным и истощенным.

Марк увидел клиента с недавно внедрившимся червем. Мужчина безумно кричал от переполнявших его ощущений. Дрожащие руки двигались вперед и назад. Десять ногтей раздирали кожу на боку под ребрами. Червь, попавший под кожу, двигался вдоль нервных волокон человека и в обмен на пищу и убежище в теле хозяина вызывал невероятное удовольствие. Иногда наслаждение сменялось невыносимой щекоткой, и тут уже требовались совместные действия ногтей, жесткой щетки или гребня. Марк слышал, что эти крохотные существа использовались в застенках Красного храма: палачи внедряли червей в тела своих жертв, а затем не позволяли им чесаться.

Отряд барона проходил мимо коек, на которых метались и стонали люди. Слуги расчесывали их жесткими щетками. Судя по всему, любителей червивого наслаждения сортировали по опыту и стажу: начинающих и случайных посетителей размещали в начале зала, более зависимых клиентов укладывали в центре, а в затемненной задней части, где теперь проходил отряд Дуна, находились наркоманы, которые вообще не вставали с коек. На их истощенных телах виднелись старые шрамы и засохшая кровь. Слуг рядом с ними не было. Марк слышал, что черви иногда пробирались к позвоночнику и головному мозгу, превращая людей в парализованных животных.

В дальнем углу помещения виднелась неприметная дверь. Марк решил, что через нее выносили посетителей, которые уже не могли передвигаться или оплачивать свои забавы. Меч Дуна вел к этой двери. Она оказалась незапертой и при толчке открылась, обнаружив за собой проход, который тянулся мимо служебных комнат. В одной из них Марк увидел тощего слугу. Тот обходил столы с подносами и при свете свечи осматривал кучки земли и копошащихся червей. Взглянув на шестерых вооруженных мужчин, он благоразумно промолчал и быстро отвернулся.

Вскоре они подошли к тому месту, где коридор делился надвое. Меч указал на левый проход, который чуть далее закончился решетчатой дверью. Она была плотно закрыта и, возможно, заперта. За решеткой стоял караульный, и за его спиной виднелись двери тюремных камер. Тряхнув решетку, Дун властно приказал:

— Открывай!

Однако солдат не испугался.

— Никто не войдет сюда без подписанного приказа. Так что лучше уходите! Я знаю вас, грязные наемники! Решили взять пару пленниц и позабавиться с ними…

Путеискатель в ножнах упал на каменный пол. В правой руке Дуна появился кинжал — прекрасное оружие для ближнего боя. Левая рука барона проскользнула сквозь прутья и, схватив караульного за одежду, подтянула его к решетке. Острие кинжала вонзилось под ребра. Глаза солдата округлились от ужаса и боли. Он что-то прошептал, но очень тихо. Слова утонули в звуках отдаленной музыки.

— Ключи, — лаконично сказал барон, прижимая свою жертву к решетке.

Связка висела на поясе солдата. Марк быстро отцепил ее и выбрал нужный ключ. Частью сознания он был против этого убийства, но его впечатлили хладнокровие и опытность Дуна. Война требовала умных и способных вожаков — а Марк считал эту вылазку войной, частью битвы, которую сир Эндрю вел против Темного короля и беспощадной Серебряной королевы. Ограбление сокровищницы означало удар по союзникам врагов — Красному и Синему храму. Решетчатая дверь открылась. Мертвого солдата усадили в темном углу, чтобы скрыть его от посторонних взглядов. Очевидно, люди храма до сих пор ни о чем не догадывались. За дверями, как и прежде, звучала протяжная музыка. Где-то за углом звенела посуда и слышался плеск воды. Наверное, там находилась кухня.

Барон обнажил Путеискатель и пошел по коридору мимо камер. Его отряд последовал за ним. Все двери были заперты. Меч указал на одну из них.

— Это здесь. Подбери ключ к замку.

В связке было шесть ключей. Марк по очереди вставлял их в скважину замка. Первые две попытки оказались неудачными. Третий ключ подошел, и дверь, обшитая медными пластинами, открылась.

В камере царил непроглядный мрак. Однако Марк, заметив блеск мелькнувшего металла, успел пригнуться. Это машинальное движение уберегло его. Медный горшок, пролетев над головой, ударился о стену коридора и с грохотом упал на каменный пол.

Из камеры донесся женский голос:

— Держись от меня подальше, придурок!

Слова прозвучали настолько грубо и убедительно, что могли бы принадлежать сержанту кавалерии.

— Вонючая куча дерьма! Ты просто не представляешь, кто я такая! А знаешь, что тебе будет, если ты прикоснешься ко мне?

Дун заглянул в открытую дверь и тут же отпрянул, когда еще один снаряд пронесся над его головой. С губ барона слетело несколько крепких ругательств. В пятне света появилась единственная обитательница камеры. Это была высокая молодая и крепко сложенная женщина. Ее белую кожу покрывали полоски грязи. Рыжие волосы спутались.

Некогда роскошная одежда превратилась в неприглядную рвань. Девушка посмотрела сверху вниз на барона, который снова вошел в ее камеру. Она уступала в росте только Марку — и то лишь на пару сантиметров.

Дун что-то проворчал, то ли пугая, то ли успокаивая узницу. Схватив девушку за руку, он попытался вытащить ее из камеры. Та в ответ обругала барона и, не найдя другого предмета для очередного броска, принялась сопротивляться. Она закатала разорванные рукава, вцепилась в плечи Дуна и едва не повалила его на пол. Барону пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержаться на ногах под натиском молодой и сильной женщины.