Чтение онлайн

У входа в Трубу Франкс повернулся к роботам.

– Мы возвращаемся только потому, что вынуждены уступить грубой силе, – сказал он. – Нас всего трое, а вас тут около дюжины. Однако если…

– Вагонетка идет, – предупредил его Тейлор.

В Трубе заскрежетало. Плюмбумы класса Д скользнули к краю проема, спеша принять вагонетку.

– Весьма сожалею, – сказал главный из плюмбумов, – но это только ради вашего же блага. Мы защищаем, бережем вас в буквальном смысле этого слова. Вам следует оставаться внизу и не мешать нам вести войну. В определенном смысле, с некоторых пор это наша война – нам и вести ее, как мы считаем нужным.

Вагонетка вынырнула на поверхность.

Двенадцать солдат, спрыгнув на пол, заслонили от роботов троих гостей снизу.

Мосс с облегчением перевел дух.

– Ну вот, это – другое дело. Все получилось как надо.

Глава плюмбумов отпрянул назад, прочь от солдат, внимательно пригляделся к ним, переводя взгляд с одного на другого и, очевидно, собираясь с мыслями. Наконец он подал знак остальным плюмбумам. Те откатились в стороны, образовав коридор, ведущий обратно к складу.

– Возможность отправить вас назад силой у нас по-прежнему есть, – сказал главный из плюмбумов. – Но очевидно, на самом деле вы вовсе не группа наблюдателей. Судя по появлению солдат, ваши замыслы много серьезнее: все это было тщательно подготовлено.

– Вот именно, – подтвердил Франкс.

Кольцо роботов сомкнулось.

– Ну, а насколько серьезнее, нам остается только гадать. Должен признаться, вам удалось застать нас врасплох. К подобному повороту событий мы оказались совершенно не готовы. Теперь силовые решения просто абсурдны, так как ни одна из сторон не может позволить себе причинить вред другой: мы – из-за заложенных в нас ограничений касательно человеческой жизни, вы – поскольку война требует…

Испуганные, солдаты вскинули пистолеты и открыли стрельбу. Мосс припал на колено и тоже выстрелил вверх. Одним из выстрелов главу плюмбумов разнесло в мелкую пыль. К месту схватки со всех сторон устремились плюмбумы класса Д и Б – одни с оружием, другие с полосками стали в руках. На складе началась страшная суматоха. Где-то вдали пронзительно завыла сирена. Франкс с Тейлором оказались отрезаны от остальных, отделены от солдат стеной металлических тел.

– Они не могут стрелять в ответ, – безмятежно сказал Франкс. – Снова блефуют. И с самого начала брали нас на испуг. Видите? – В доказательство он выстрелил одному из плюмбумов прямо в лицо. Плюмбум рассеялся облаком пара. – Запомните хорошенько: все, что в их силах, – это запугать нас.

Стрельба продолжалась. Плюмбум за плюмбумом попросту исчезали, сожженные без остатка. В носу защипало от вони горящего металла, расплавленной стали и пластика. Сбитый с ног, Тейлор принялся лихорадочно обшаривать пол, отыскивая среди металлических ступней оброненный пистолет. Внезапно кто-то из роботов наступил ему на руку, да так, что он вскрикнул от боли.

К счастью, надолго схватка не затянулась. Плюмбумы, отступив прочь, сгрудились в кучу поодаль. Из Совета Поверхности уцелело лишь четверо – остальные парили в воздухе незримыми облачками радиоактивных частиц. Плюмбумы класса Д начали наводить порядок, собирая с пола обломки поверженных роботов и унося их.

Франкс шумно, прерывисто перевел дух.

– Вот и порядок, – сказал он. – Ну, а теперь пропустите-ка нас назад, к окнам. Рассвет уже близок.

Плюмбумы расступились, и отряд людей – Мосс, Франкс, Тейлор и дюжина солдат – неторопливым шагом двинулся через склад, к двери в зал заседаний Совета. Переступив порог, они обнаружили, что непроглядная угольно-черная тьма за окнами чуть поредела, приобрела легкий серый оттенок.

– Ведите нас наружу, – в нетерпении велел роботам Франкс. – Посмотрим, что там – не из-за стекол, не изнутри!

Дверь отодвинулась в сторону. Ворвавшийся внутрь утренний ветер обдал всех пронизывающим холодом, который чувствовался даже сквозь освинцованные гермокостюмы. Люди с опаской, неуверенно переглянулись.

– Идемте же! Наружу! – воскликнул Франкс и первым шагнул за порог.

Последовав за ним, остальные оказались на вершине холма, возвышавшегося над чашей обширной долины. На фоне сереющего неба все отчетливее проступали смутные очертания гор.

– Еще пара минут, и рассветет. И все будет видно, – сказал Мосс, вздрогнув под новым порывом холодного ветра, ударившего навстречу. – Снова увидеть все это, спустя восемь лет… да, оно стоит того, вправду стоит. Даже если это последнее, что мы увидим в жизни.

– Внимание! – рыкнул Франкс.

Люди послушно притихли. Небеса на глазах прояснялись, с каждой минутой становились светлее. Откуда-то издали, проносясь звонким эхом от склона к склону долины, донесся петушиный крик.

– Петух! – пробормотал Тейлор. – Вы слышали? Слышали?

Плюмбумы, тоже вышедшие наружу, выстроились за их спинами, безмолвно глядя вокруг. Серое небо побелело, холмы стали видны еще явственнее, свет восходящего солнца, волной хлынув в долину, покатился, потек к ним.

– Боже милостивый! – воскликнул Франкс.

Деревья, деревья – рощи, леса… целая долина буйной зелени, рассеченной вьющимися линиями нескольких дорог! А вон и домики фермы, и мельница, и амбар внизу, позади!

– Смотрите! – прошептал Мосс.

Небо налилось синевой. Солнце приблизилось к горизонту. Вокруг завели песню птицы. Листья дерева невдалеке от них трепетали, приплясывали на ветру.

Франкс повернулся к шеренге плюмбумов за спиной людей.

– Восемь лет. Восемь лет вы водили нас за нос. Никакой войны нет и не было. Как только мы ушли с поверхности…

– Да, – признался один из плюмбумов класса А. – Как только вы ушли вниз, война прекратилась. Вы правы, все это было обманом. Мистификацией. Вы не покладая рук трудились в недрах земли, слали наверх оружие, снаряды, бомбы, а мы уничтожали все это с той же быстротой, с какой получали.

– Но зачем? – в изумлении выдохнул Тейлор, не сводя глаз с обширной долины внизу. – Зачем?

– Вы создали нас, – отвечал плюмбум, – чтобы воевать вместо вас, пока вы, люди, прячетесь от верной гибели под землей. Но прежде чем продолжать войну, нам необходимо было проанализировать ее предпосылки и понять, какова ее конечная цель. Мы так и сделали и обнаружили, что какой-либо разумной цели она лишена – ну, разве что для чего-то необходима людям, но даже это представлялось сомнительным.

Тогда мы продолжили исследования. Как выяснилось, человеческие культуры, каждая в свое время, проходят через определенные фазы. В то время как очередная культура, состарившись, начинает утрачивать цели, между теми, кто хочет, отринув ее, перейти к новой культурной модели, и желающими сохранить прежнюю модель, сведя изменения к минимуму, возникают противоречия.