Чтение онлайн

— А где же дикари? — спохватился Фриц.

— Обратились в бегство! — засмеялся Жак, спускаясь с мачты.

— Да, они бегут, — подтвердил боцман. — А чтобы улепетывали поскорее, давайте поможем им последними зарядами!..

Действительно, напуганные пушечными выстрелами и появлением корабля из-за мыса Обманутой Надежды, дикари бросились поскорее к берегу, прыгнули в пироги и, гребя изо всех сил веслами, направились в океан, держа курс на Восточный мыс.

Боцман и Жак быстро навели обе пушки на беглецов, и три пироги, разлетевшись напополам, сразу же затонули.

Когда корабль, под всеми парусами войдя в пролив, проходил мимо Акульего острова, ядра его мощных орудий присоединились к залпам батареи. Большинство пирог тщетно пытались увернуться от смертельных ударов. И только двум посчастливилось обогнуть Восточный мыс, чтобы больше никогда не приближаться к этим берегам.

Корабль, появившийся у берегов Земли обетованной и бросивший якорь у входа в бухту Спасения, конечно, был «Ликерном». Покончив наконец с ремонтом, задержавшим корабль в Кейптауне на долгие месяцы, капитан Литлстон привел судно в Новую Швейцарию, которую он от имени Англии должен был принять во владение.

От капитана Гарри Гульда Литлстон узнал подробности событий, случившихся на «Флеге».

Что касается дальнейшей судьбы самого корабля, его экипажа и Роберта Борупта — занялся ли он пиратскими делами в морях Тихого океана, пользующихся дурной славой у моряков, или со своими сообщниками погиб во время одного из торнадо, [179] — этого, как уже было сказано, никто не знал и нечего больше этим заниматься.

Какое удовлетворение испытали обе семьи, когда, возвратившись в Скальный дом, они установили, что все там в целости и сохранности. Возможно, туземцы собирались обосноваться на острове навсегда. Никаких повреждений не было в спальнях и в общем зале, никаких следов грабежа и разорения не замечено в кладовках и амбаре, никаких хищений в саду и окрестных полях.

Хозяев встретили их верные друзья — собаки Турок, Каштанка и Буланка, выражавшие свой восторг громким лаем и радостными прыжками.

Домашние животные тоже уцелели, но их пришлось собирать по окрестностям, и вскоре на своих привычных местах оказались буйволы Буян и Ворчун, страус Ветрюга, обезьянка Щелкунчик, онагр Легконогий, корова Белянка со своими подружками по пастбищу, бык Ревушка с товарищами по стойлу, ослы Стрела, Живчик и Торопыга, шакал, альбатрос Дженни, возвратившийся в Скальный дом вместе с защитниками Акульего острова.

Вслед за «Ликорном» должны были появиться и другие корабли из Англии с новыми колонистами. Следовало подумать о местах для новых жилых построек. Лучше всего для этих целей, по единодушному мнению, подходили оба берега Шакальего ручья. В недалеком будущем Скальный дом станет первой деревней колонии, а затем и первым городом. Его удобное расположение и обустроенность обещали ему статус столицы Новой Швейцарии — самого значительного среди других городов, которые, несомненно, возникнут в скором времени как в самой Земле обетованной, так и за ее пределами.

«Ликорн» продлил стоянку в бухте Спасения до прибытия кораблей с новыми переселенцами. За это время в Земле обетованной произошло знаменательное событие, в котором приняли участие капитан Литлстон, офицеры и весь экипаж его корабля и, разумеется, оба семейства, Гарри Гульд и боцман.

Этим радостным событием, ровно через три недели после прихода «Ликорна», стала церемония венчания Эрнста Церматта и Анны Уолстон. Все приглашенные и родственники молодых прошествовали в скромную часовню, где обряд венчания совершил капеллан «Ликорна». Первая свадьба на острове как-то особенно взволновала всех присутствующих, которые не сомневались, что в скором будущем за ней последуют и другие.

И действительно, через два года состоялось бракосочетание Франца и Долли. Но на этот раз обряд совершал пастор колонии и не в маленькой часовне, а в возведенной к этому времени новой церкви, на холме по пути из Соколиного Гнезда в Скальный дом. Ее колокольню, возвышающуюся среди зелени деревьев, в океане было видно за три мили.

Было бы бесполезно заранее распространяться о судьбе Новой Швейцарии. Год от года остров процветал все больше. Увеличивалось количество жителей колонии. Бухта Спасения, защищенная от ветров и океанской волны, являлась прекрасным местом стоянки кораблей, среди которых особенно выделялась своей красотой шаланда «Элизабет».

Разумеется, между метрополией и новой колонией сразу установилось регулярное сообщение. Оно способствовало активному экспорту в Европу природных богатств Новой Швейцарии, как из самого развитого района Земли обетованной, так и из других поселений, возникших позже. Самое крупное из них расположилось вдоль реки Монтроз. В ее устье вырос новый порт, за ним появился и другой — в бухте Ликорн. Его соединили с бухтой Спасения проезжей дорогой.

Уже через три года после того, как Новая Швейцария стала колонией Англии, численность ее населения превысила две тысячи человек. Британское правительство, предоставив острову автономию, назначило его губернатором одного из самых достойных, честных и заслуженных людей Новой Швейцарии — Йоханна Церматта.

Стоит упомянуть также о таком немаловажном факте, как прибытие из Индии особого отряда, и создание военного гарнизона, занявшего два форта — на Восточном мысе и мысе Избавления (так после известных событий стал называться мыс Обманутой Надежды). Гарнизон обеспечивал безопасность острова, бдительно охраняя проливы, ведущие в бухту Спасения.

Конечно, не дикарей следовало бояться, откуда бы они ни появились — с Андаманских или Никобарских островов или с австралийского побережья. Значение острова в этой части Индийского океана не ограничивается удобными стоянками для кораблей. Гораздо важнее его стратегическая роль форпоста у входа в зондские моря [180] и Индийский океан. Поэтому обеспечить его средствами обороны было совершенно необходимо.

На этом можно и закончить историю Новой Швейцарии, начавшуюся с того печального дня, когда буря выбросила на берег отца, мать и четверых детей. Двенадцать лет мужественная и благородная семья трудилась не покладая рук на этой девственной земле, получая от нее все, что та могла дать в благодатном климате тропической зоны. Процветание и благополучие Земли обетованной подкрепилось приходом «Ликорна», установившего наконец связь острова с внешним миром.

Вторая семья, как известно, добровольно связавшая свою судьбу с Новой Швейцарией, ни минуты об этом не пожалела. Никогда еще человеческое существование, ни в материальном, ни в моральном отношении, не было более счастливым, чем в плодородном поместье Земля обетованная.