Шрифт:
Сырость разрасталась все больше и больше, как сорняк, не желая останавливаться. Она заполоняла каждый сантиметр маленькой комнатки. Удушливый воздух, будто чума, тихо пробирался в слабый организм и поражал легкие своим ядом.
Сквозь сон Тася закашлялась. За последние несколько лет ингалятор стал неотъемлемой частью ее жизни. Она инстинктивно с закрытыми глазами нащупала его под подушкой и сделала пару вдохов.
Желание погрузиться в сон перебили приглушенные незнакомые голоса. Тася широко распахнула веки и тут же прищурилась от света из соседней комнаты.
Потупив, она огляделась. От темно-синих пустых стен, вместе ее уютно-бежевых, веяло холодом. Она спустила босые ноги на деревянный пол. Старый дом наводил на очень нехорошие мысли. Отсутствие окон говорило, что это и вовсе подвал. В голове не укладывалось, как она здесь оказалась.
«Наверно, это все еще сон», – подумала Тася, не находя всему этому иного объяснения.
На цыпочках она прокралась в соседнее помещение, откуда доносились голоса. За столом сидели пожилые люди и мужчина средних лет и что-то бурно обсуждали. Она начала теребить подвеску на шее, которую подарили родители на день рождение. Ей исполнилось четырнадцать.
– З-здравствуйте, – выдавила из себя Таисия.
– Привет, милая! – обернулась на нее старушка в сорочке, – хочешь чаю?
– Нет, спасибо… – Тася недоуменно почесала затылок. – А что со мной было? Где я?
Мужчина с дедушкой активно спорили о каких-то политических делах. Гул от них стоял на весь дом. Дедушка уже чуть ли не кулаком бил о стол, доказывая свою правоту.
– Да тихо вы! – приказала им бабушка, – не видите? Ребенок стоит! Давай, Олег, уступи ей место. Успеете еще наговориться.
Мужчина встал и жестом пригласил Тасю к столу, скривив гримасу. Тася благодарно кивнула.
– Я еще вернусь, – подняв палец вверх, сказал мужчина и вышел из кухни.
Паутина в углу потолка свисала, будто рыболовная сеть. Небольшой паучок на ней замер в ожидании жертвы. Это больше напоминало заброшенный дом, чем место, в котором могут проживать люди.
Тася скованно уселась на краешек массивного стула. Дедушка глянул на нее из-под очков, улыбнулся и принялся читать газету.
– Тебе какой чай? Черный, зеленый? – старушка резво подскочила для своего возраста и суетливо доставала из шкафа чайные принадлежности.
Под столом пробежала небольшая крыса. Тася взвизгнула от неожиданности и поджала ноги к груди.
– Крыса! – закричала Тася, ошеломленно уставившись на дедушку, который сделал вид будто и не услышал этого.
– Не обращай внимания, – махнула рукой бабушка, – так какой тебе чай?
Она поставила на стол сахарницу, печенье и тарелку с конфетами.
– Можно зеленый… – медленно произнесла Тася, не понимая, что вообще здесь происходит.
Бабушка налила в кружку горячий напиток из заварного чайника.
– Вот, пожалуйста, держи.
Тася аккуратно взяла стакан и сделала глоток.
– Замерзла? – заботливо спросила бабушка, заметив, что Тася дрожит.
– Да, немного. Не знаю, я… Что это за место? – решила снова испытать удачу девушка.
Крайне раздражало, что все ее вопросы игнорируют.
– Как бы тебе объяснить, – задумалась старушка, присаживаясь рядом на стул, – это место что-то вроде междумирья. Сюда попадают те, кто находится посередине. Между жизнью и смертью. Понимаешь?
Тася подавилась чаем. Такого услышать она не ожидала.
– Так мы мертвы? – выпучила она глаза на бабушку.
– Ты чем слушаешь то? – буркнул дедушка, бросив газету, – Ме-жду-мирье! Мы еще не умерли. Возможно мы еще вернемся в мир.
Сердце забилось чаще. Она обреченно смотрела в стол, осознавая происходящее.
– Да не волнуйся ты так! Если Бог решит, что рано еще помирать, то вернемся. Нет так нет, – заметив, что Тася разнервничалась, поддержал дедушка.
– Ты – молодая, сильная. Должна выйти от сюда… – продолжила бабушка.
– А как… Можно как-то выйти отсюда? – подняла голову Тася.
– Конечно, можно. Как иначе-то, – старик снова принялся читать газету, не желая больше вести разговор.
– А как?
– Должна появиться дверь, – бабушка посмотрела на Тасю через толстые стекла очков. Ее глаза были настолько добродушными, что девушке стало спокойнее.
– Дверь? Я заметила, что здесь вообще нет дверей… Где она должна быть?
– Всему свое время, деточка, всему свое время.
– А что же мне сейчас делать?
– Погуляй, осмотрись. Вдруг, чудом каким, и увидишь эту дверь.
Тася приободрилась и залпом допила чай. Только она собралась встать со стула, бабушка ее остановила.
– В этот дом попадают люди с одного города. Я бы даже сказала проживающие в одном районе. И таких домов, как этот, наверно, очень много. Скажи-ка, где именно ты проживаешь?
– На Кузнецкой улице… Дом номер двадцать шесть.
– О, как хорошо! А мы в двадцать четвертом доме.
Тася приподняла густые брови от удивления. За всю свою жизнь она знала только несколько человек из своего подъезда. А в этом доме, загадочным образом, собрались все соседи.
Волосы старушки напоминали одуванчик, полупрозрачные белесые, с короткими кудряшками, которые Тасе захотелось потрогать руками. Но это было бы крайне нетактично, и она сдержала себя.
– Нам-то с Григорием, скорее всего, только наверх путь, – она мотнула головой на дедушку, – а ты еще можешь долгую жизнь прожить. Я хочу попросить тебя кое о чем, – она взяла Тасю за руку. – По крайней мере, пока не определится наша дальнейшая судьба…
– Ну, смотря что, – замешкав, ответила Тася.