Чтение онлайн

Прямо на выходе, постепенно приобретая форму, появилось ЭТО существо — человек в спецназовской маске. Окончательно появившись, по контуру его тела пробежала синяя искра, затем со вспышкой исчезла. Человек стоял с огромным копьём в руках. Такие копья были у индейцев во многих старых книгах. Он не спеша, положив копьё, двинулся к одному из людей Топора, выхватил из рук того пистолет, с силой толкнул его к стене, затем высадил всю обойму в его живот. Того, что лежал без сознания, он схватил за голову и изо всех сил ударил о каменный пол. Третий не растерялся, вытащил пистолет и начал стрелять в человека, первая пуля попала в живот, вторая в горло, а все остальные в голову. Но существу было по — видимому плевать. Пули от него отскакивали. Человек медленно опустился, не обращая внимания на выстрелы, поднял копьё и метнул его острием в стреляющего, того отнесло к стене и прикололо копьём. Робот взял копьё, вместе с насаженным на него человеком и воткнул его в потолок. Длинный штырь, с проткнутым на нем человеком висел прямо посреди комнаты. Затем мертвое тело стало с ужасающим звуком сползать по штырю вниз, а когда оно доползло до конца копья, бухнулось на пол в собственную накапавшую лужу крови, забрызгав всю комнату. Питер этого всего даже не видел, а только бормотал что-то про Кармен. Это услышал робот, он подлетел к Питеру и, что есть силы, ударил его стальным кулаком по лицу.

Могила на кладбище заросла не меньше, чем Алана Томсона и Чарльза Ньюсома. К ней явно никто не приближался последний год. На её могиле была одна надпись, выведенная кривыми буквами, написанная баллончиком-граффити.

Шаман мечется по своему огромному кабинету. Было понятно, что на этот момент это его основная проблема. Потому что он был человеком на удивление спокойным, а до такого состояния его могли довести только крайние обстоятельства.

— Я вам всем сказал, чтобы вы прикончили этого придурка ещё три года назад. Господи! Мне на вас смешно смотреть. Вы — диверсанты, вы грабите, убиваете и стреляете, а не можете замочить несчастного отмороженного подонка, который связан и даже не в своём уме.

— Топор приказал, чтобы мы его не убивали, а вытащили оттуда, он собирается на штурм идти.

— Ваш Топор много трепется. Никуда он не пойдет — я его знаю.

Топор был «правой рукой» Шамана, они долгое время были сообщниками.

— Не знаю, Шаман, его как будто черт бережет. Мы за три года подослали к нему уже около 20 человек, все они погибли при не вполне понятных обстоятельствах. Вчера трёх наших людей опять убили.

— Может нам всё это бросить.

— Вы же сказали…

— Молчать! — крикнул Шаман. — Это моё дело. С Топором я поговорю насчет разрыва сделки. И тем не менее у нас там ещё куча осведомителей и у нас шанс до послезавтра.

Зал советов представлял собой огромное помещение, очень похожее на зал заседаний в суде. В целом всё помещение занимали деревянные старые стулья, вделанные в пол. В лицевой части зала была сделана одна деревянная ступенька, на которой располагался стол, за которым сидел человек, исполняющий в этой тюрьме роль судьи. Также по бокам от него сидели по два человека — его помощники. Судья посмотрел на часы. Затем на входную зарешеченную дверь, из-за которой раздавались какие-то крики.

— Чарли, скажи им, чтобы они там заткнулись. — вышел из себя судья, а затем стал снова перебирать толстые огромные горы бумаг.

— Его дело? — спросил один из помощников судьи.

— Да! Не могу поверить, что мы от него избавимся. Этот придурок тут не одному десятку людей надоел, как заключенным, так и нам — начальству. И он гордо похлопал себя по груди.

— Ну а куда его теперь везут?

— Его переводят в Прайстон.

— Прайстон?! — воскликнул помощник с такой интонацией, как будто это его туда везли.

— Да именно туда.

— Но это же Прайстон? — опять повторил помощник, — вот черт, там-то он получит.

— Там ему, гандону, самое место.

— Господин судья, его ведут.

— Хорошо.

Судья мгновенно собрал все бумаги, накопленные за три года пребывания Питера здесь, и сложил их в одну стопку. Затем встал и дал знак четырем своим помощникам, чтобы те тоже встали. Сначала зашел один охранник, затем завели Питера, а за ним ещё троих охранников. Питер был закован двумя наручниками на руках и двумя на ногах. Он с трудом прошел четыре ряда деревянных скамеек, стоящих в зале, зашел в камеру, сел на металлическую скамейку и опустил на колени голову. Он был в грязной оборванной синей рубашке и обрезанных до колен спортивных полудрявых штанах. Голова у него была как ни странно не лысая, а волосы достигали около семи миллиметров в длину.

— Господин Грэйс, встаньте! — укоризненно сказал судья, словно говоря это ребенку, который случайно что-то испортил.

Тут к Питеру подлетел суровый охранник и резко дернул Питера за рубашку, которая и без того вся трещала от старости.

— Ну-ка встань, тварь, тебе сказали.

Питер от резкого вздергивания поднялся вверх, не открывая глаз, пошатался на слабых ногах около пяти секунд и снова бухнулся на скамейку.

— Я тебе сказал… — хотел опять заорать охранник, но судья его остановил.

— Тише, тише. Не стоит из-за этого такой крик разводить, ты же видишь он в ауте. Лучше давай быстрее начинать.

На самом деле Питер притворялся, зная, что завтра его поведут на суд, он предусмотрительно не стал выпивать капсулу, с помощью которой действуют уколы, которые ему колют в жутких количествах. Некоторым будет интересно, а почему тогда он всегда их выпивал? Потому что если сделают укол, а капсулу не выпить, начинается одно-потоковая реакция, мозг отключается, и начинаются галлюцинации, после которых всё тело пронзает сильная боль, особенно если учесть, что Питеру снотворное колют в дозах, в три раза превышающих норму. Положив голову на колени, он, приподняв локти, просматривал зал и сразу увидел странную вещь, один из охранников частенько что-то шепчет по рации и он сразу понял — осведомитель.

— Подследственному Питеру Грэйсу, 1963 года рождения, находящегося в данной окружной тюрьме штата Калифорния с февраля 1984 года, дальнейшее пребывание отказано по причине неуважения персонала и несоответствующему поведению, засим просим перевода в тюрьму Прайстон. Вам всё понятно, мистер Грэйс? — с широкой улыбкой спросил судья, посмотрев на Питера. Тот даже не шелохнулся.

— Черт, что вы вкололи этому подонку? — спросил судья, — ладно, ладно, можете не отвечать, — замахал руками он.