Чтение онлайн

Они добрались до света. За тусклой лампочкой он разглядел приоткрытую дверь, за которой, очевидно, находилось более светлое и просторное помещение. И тут она вдруг обернулась и прильнула к нему, обвила его руками, впилась в него страстным поцелуем. В его голове мелькал настоящий калейдоскоп; он задыхался от желания и страсти — совсем как недавно в Овальном кабинете. Он немедленно откликнулся на ее призыв, обхватил ее руками, принялся ощупывать ее крепкий пышный зад сквозь облегающее тонкое платье.

Вдруг ему показалось, что она стала сильнее физически; не переставая целовать его, она резко развернула его в другую сторону. Потеряв равновесие, он полетел навзничь; она не отпускала его. Сплетясь в объятии, они летели вниз и целовались… Вокруг вспыхнул ослепительно-белый свет, и он понял, что ему грозит беда.

Не размыкая объятий, он попробовал правой рукой дотянуться до КатаПульта. Ничего не получилось. Она так плотно прильнула к нему, что зажала его руки, и он был совершенно беспомощен. Но целовать его она не переставала. Он начал вырываться. Сейчас ему больше всего хотелось освободиться и поскорее нажать КатаПульт.

И вдруг она исчезла… белизна растворилась тоже, и он внезапно остался один в черной пустоте. Было так темно, что он не видел собственных рук; он понял, что руки на месте, только когда палец коснулся лица. Который час? Хотя циферблат на его часах был с подсветкой, он его не видел. Время утратило смысл. Он снова попробовал нащупать КатаПульт, но оказалось, что браслета на левом запястье уже нет… Он достал из кармана зажигалку, щелкнул ею. Поднял вторую руку, поднес ее к огоньку; пламя тут же обожгло кожу, и он поспешно отдернул руку. От изумления он выронил зажигалку. Выругался, но в пустоте не услышал собственного голоса. Он находился в полном вакууме — и в полной темноте.

Он куда-то побрел; по пути он не встречал никаких препятствий. Он двигался осторожно, ощупью, и считал шаги. Восемьсот шагов… Восемьсот ярдов. Полмили. И по-прежнему — ничего. Он сел.

Президент Соединенных Штатов понял, что никто ему не поможет, никто его не спасет. Он в «Темных зонах», которых официально даже не существует.

Реальный Белый дом

2-й этаж

Центр управления безопасностью — в Реале и Виртуале

Реальное время: до контрольной точки 12 часов 43 минуты

— Первая леди возвращается! — через весь зал крикнул Смертон.

Клэнси прошагал мимо мониторов, за которыми сидели сосредоточенные сотрудники ЦУБ, мимо рядов сенсокресел, приготовленных для тех, кому нужно было попасть во Второй мир, и очутился в небольшой отдельной секции за большим аппаратным залом.

В президентском Переходном отсеке стояли шесть сенсокресел; три из них были заняты. На каждом сидящем в кресле были специальные очки для виртуального пространства и простой киберкостюм, легкое одеяние с запахом типа кимоно, сделанное из особо обработанного хлопка со вшитыми биосенсорами. Такие костюмы были удобнее затылочных микромодулей, которые надевали агенты Секретной службы и опытные путешественники по Виртуалу.

Первая леди, тоже в кимоно, села в кресле, выпрямилась и изумленно огляделась по сторонам, как будто очнулась ото сна. Она, как и многие другие, овладевала искусством путешествий в виртуальной реальности медленно и с трудом. Все было связано с биоритмами. Пребывание во Втором мире трудностей не составляло; труднее всего было приспособиться к перемещению туда и обратно.

Клэнси ждал. Техник Белого дома помог Энни Диксон снять костюм. Справа от нее из Второго мира вернулся Джо Мейснер. Он был опытным путешественником и потому сразу встал на ноги. Клэнси был в курсе своеобразных пристрастий главы президентской администрации. Он часто проводил в «Изумрудном городе» ночи напролет и участвовал в многочисленных оргиях.

— Новости есть? — Первая леди посмотрела на Клэнси.

— Пока нет, мэм.

— Что удалось выяснить? — спросил Мейснер.

— Все произошло… — Клэнси глянул на часы, — за последние десять минут. Мы делаем все, что в наших силах.

Энни Диксон подошла к третьему сенсокреслу, в котором находилось тело ее мужа — неподвижное, почти безжизненное. Его можно было бы принять за труп, если бы не мышечные подергивания и ровное дыхание. Будить мужа Энни не стала; ей объяснили, что прикосновения могут иметь необратимые последствия для человека, который пребывает в Виртуале. Первая леди взмахнула рукой в воздухе рядом со щекой мужа.

— По-моему, лучше будет, если здесь останется только технический персонал, — продолжал Клэнси. — Мадам, мне нужно вернуться в Центр управления. Если вам угодно, вас проводят в ваши личные апартаменты, а мы пока разберемся в том, что здесь происходит.

— Нет, я, пожалуй, еще побуду здесь… если вы не против. — Энни бросила последний взгляд на мужа, глубоко вздохнула и следом за Клэнси вышла в Центр управления.

— Вице-президент уже в курсе? — спросил Мейснер у Клэнси.

— Нет. Вначале надо самим понять, что случилось.

Меньше всего Клэнси было нужно, чтобы об исчезновении президента поползли слухи.

— Запись нашли! — крикнул Галлахер.

Клэнси понимал, что запись, сделанная камерой видеонаблюдения, скорее всего, придется не по душе первой леди. Он обернулся и посмотрел ей в лицо. Мельком заметил, как озабочен Мейснер. К черту Мейснера! Он тоже участвовал в подготовке «сюрприза»… Чем он лучше Тедди Диксона? Клэнси стремился защитить вовсе не Мейснера, а Энни Диксон. Но запись просмотреть необходимо; возможно, они найдут в ней ответ на свои вопросы.

— Камера… записывала все после того, как президент покинул Зал съездов… — Клэнси помолчал. — Нам необходимо просмотреть все записи.

— Ну и что? — Энни Диксон подняла на него непонимающий взгляд.

— Их содержание может вас огорчить, мэм.

— Почему? — Энни оглядела всех присутствующих.

Все смущенно замолчали и потупились. На миг она почувствовала себя полной дурой, как будто она стоит перед ними голая и беззащитная. Но она выдержала. Агенты Секретной службы прекрасно знают, каков Тедди Диксон на самом деле; возможно, они тоже его покрывают, тоже участвуют в заговоре.