Второй мир
Шрифт:
— Откуда вы знаете, что он вошел с черного хода?
— Впереди-то нет парковки. Стоит на пару секунд остановиться перед тамошней камерой — и готово, вам присылают штраф. У нас даже указатель стоит, чтобы все службы доставки парковались сзади. — Портье сменил тему:
— Что, плохой парень? — спросил он, но агент ФБР посмотрел на него так, что тот решил больше ни о чем не спрашивать. Обернувшись, портье снял с крючка запасной ключ от номера и протянул через стойку: — Номер двести тридцать семь. — Ключ он выпустил не сразу: — Разрешите еще раз взглянуть на ваше удостоверение! — После того как агент снова показал ему свой жетон, портье отдал ключ.
— Изнутри номер запирается на задвижку?
Портье покачал головой и стал наблюдать за тем, как агенты вносят в вестибюль маленькие, размером с ладонь, камеры видеосвязи. Он снова сел в кресло. Он сделал все, о чем его просили, в том числе дал журнал регистрации постояльцев, и подтвердил, что в соседних с 237-м номерах пока никто не живет.
Он притворился, будто читает книгу, а сам гадал, что нужно федералам от обитателя 237-го номера. Правда, за себя он не волновался, ведь он сделал то, о чем его просили. Саму бутылку шампанского и записку доставили два дня назад. Благодаря тому что документы он положил в сейф, а не таскал в кармане, они не измялись и выглядели так, будто их только что доставили. Шампанское он поместил в холодильнике, но оно стояло отдельно от остальных бутылок, за белым вином. Он специально пометил ее, чтобы отличить от остальных, и каждый день проверял, на месте ли она. На этом настоял клиент. Постояльцу 237-го нужно передать именно эту бутылку — иначе портье не получит обещанных приличных чаевых.
Краем глаза портье следил за агентами ФБР. Те сосредоточенно занимались своим делом.
Реальный Белый дом
2-й этаж
Центр управления безопасностью — в Реале и Виртуале
Реальное время: до контрольной точки 7 часов 17 минут
На мониторе показался вестибюль отеля «Бентин». Они увидели панорамный кадр всего вестибюля и стойки портье. За стойкой сидел сам портье и делал вид, будто читает книгу.
— Очень старается не показывать, как ему любопытно, — заметил Клэнси.
— А тебе бы на его месте не было любопытно? — ответил Галлахер и повернулся к одному из своих подчиненных: — Пробей его по базам; может, на него что-то найдется.
Ожил второй монитор; все увидели коридор, ведущий к номеру 237. Коридор был узкий и темный, с выцветшей красной ковровой дорожкой и дешевыми настенными бра, в половине которых выкрутили лампочки. Наверное, так владельцы пытались сократить расходы. Номер 237 оказался последним; на дверь падал мутноватый свет из окна в конце коридора.
Галлахер отступил назад; к нему подошел Мейснер.
— Мы почти готовы.
— Где ваши люди? — спросил Мейснер.
— В паре минут оттуда. — Галлахер знал, что вертолет группы быстрого реагирования уже приземлился где-то неподалеку от «Бентина». Дороги в центр города пустынны, потому что большинство людей, закончив работу в полдень, готовятся к выходным: собираются в спортзалы или во Второй мир. — Сейчас то же самое передается и в кабинет вице-президента.
— Хорошо. Будем надеяться, что на этот раз будет хоть какой-то результат.
Галлахер снова повернулся к монитору. Наверное, этот идиот думает, что подобные саркастические замечания очень поддерживают моральный дух!
— Мы позвонили в балтиморское отделение Ю-пи-эс, — заявил один из сотрудников ЦУБ. — Сегодня никаких заявок из отеля «Бентин» не поступало. Последний раз они доставляли туда посылку две недели назад. Небольшую бандероль для тамошнего постояльца. И точно ничего для гостя по фамилии Ху.
Галлахер кивнул.
— Снимите все записи уличных камер наблюдения за те числа. Может, что-то и обнаружится. И проведите сравнительный анализ людей, которые болтались в «Мире Элвиса Пресли», и тех, кто присутствовал в Зале съездов. Вдруг программа-идентификатор кого-то узнает.
— Слишком широко забираем, — прошептал Клэнси.
— Широта охвата и отчаяние — вот что приносит плоды. У тебя есть предложение получше?
Клэнси вздохнул:
— Может, у тебя что-то и получится.
— Ни на что особенно не рассчитывай. — Галлахеру все чаще казалось, что время на исходе. — Больше всего меня беспокоит, что до сих пор никто не обратился к нам с требованием выкупа или чего-то вроде. Почему похитители не выходят на связь?
За ними, в другом углу Центра управления безопасностью, без устали трудились два оператора. Они не сводили взглядов с мониторов. На них не давило общее напряжение, царящее в зале. Кадр за кадром они отсматривали запись, на которой президент махал рукой в «Мире Элвиса Пресли». Они сидели почти не шевелясь и увеличивали, увеличивали изображение, хотя сами не знали, что ищут.
— Похоже, здесь второй слой, — сказал тот, что сидел за правым монитором.
— Продолжай, — ответил его напарник. — Давай сначала сами убедимся, что там что-то спрятано, а потом оповестим всех. — Он оглянулся через плечо: начальство не отходило от мониторов, передающих изображение отеля «Бентин». — Они сейчас и без нас стоят на ушах.
Кафе «Гусар»
Маргитсигет
«Бриллиантовый парк»
9М436К2506, «Изумрудный город»
Реальное время: до контрольной точки 8 часов 28 минут
Два компьютера были подключены непосредственно к Центру управления безопасностью реального Белого дома.
Время от времени косясь на два соседних монитора, Тибор продолжал общаться со своими знакомыми.
— Как вы попадаете в «Темные зоны»? — спросил я, когда наступило временное затишье.
— Все придумал Тибор, — рассеянно ответила Энди. — Его и спрашивай.
Парень расслышал, что мы говорим о нем.
— Чего он хочет?
— Хочет узнать, как попасть в «Темные зоны».
Тибор расхохотался и покачал головой:
— А еще Мастер игры!
— Я не думал, что такое возможно, — признался я.
— Здесь у нас возможно все; уж тебе ли не знать! Ограничения действуют только в Реале! — Тибор хихикнул. — Только в «Темных зонах» нет света.
— Там сетевое подключение не действует. Там ничего нет!
— Тогда зачем спрашивать? Если ты так уверен, что отсюда идти уже некуда…
— Смотрите! — перебила его Энди, которой надоела наша с Тибором грызня. — Сейчас они войдут!