Чтение онлайн

— Спасибо, — я поднимаю на девушку глаза и одариваю ее скованно-холодной улыбкой. Откладываю журнал и поднимаюсь с кресла, что так мягко обволакивало мою пятую точку вот уже двадцать минут.

Именно столько меня заставил ждать Рома.

Его секретарь мялась вокруг меня минут пять, объясняя, что задержка произошла не по вине ее руководства, а потому, что предыдущая встреча неожиданно затянулась.

Я проскальзываю между створками дверей, которые скрывают руководство компании от посторонних и любопытных глаз.

Прямо по середине, передо мной, оказывается огромный рабочий стол, на котором навалены кучи неизвестных мне бумаг. Стул, что предвинут вплотную к нему — пуст — Ромы нет.

Я делаю шаг вперед, поправляя свои очки, к которым я все еще не могу привыкнуть. Под париком ужасно чешется затылок, а руки, которые стиснуты пространством пиджака, не дают широко разгуляться.

— Простите, — вытягиваю я немного вперед голову, оглядываясь вокруг себя. — мне сказали, что…

— Да, проходите. — звучит откуда-то слева от меня. Я подскакиваю.

Теперь, я вижу, что кабинет имеет форму полумесяца и имеет нишы с двух сторон. В одной из них сейчас стоит Рома и перебирает какие-то папки на полках, что притаились там, в полумраке.

— Простите, не хотел вас пугать. — проходит обратно за свое рабочее место, Рома. — Садитесь, — указывает он рукой на ближайший ко мне стул, что стоит у стола. Я галантно киваю и сажусь на предложенное место. — насколько я помню, то вы должны были принести ваши наработки. Мы с вашим отцом обо всем еще договаривались пару недель назад. — я наблюдаю за каждым жестом Ромы: его мимикой, взмахами руками, прищуром глаз и едва заметной улыбкой. Я еле справляюсь с собой. — Вы принесли? — возвращаюсь я в реальность вопросом Ромы.

— Да, конечно. — выкладываю я на стол огромную папку, где лежат эскизы, которые мне вчера дал отец Килена. Я еще пол ночи просматривала их, пытаясь понять то, чего хотел от компании Юдина, Поплавский-младший. — Скажите, — задаю я важный для меня вопрос. — эта идея, с постройкой курорта… она принадлежит вам или это идея вашего…

— Мне. — коротко отвечает Рома. — Простите, как мне к вам обращаться? По имени-отчеству или имени будет достаточно? — улыбается мне Рома. Я пытаюсь понять его. У меня получается из рук вон плохо.

— Варвара Кирилловна — будет неплохо, — возвращаю я ему его слащаво-необходимо-рабочую улыбку.

— Да?! — кажется, я сбила план Ромы. Он не ожидал такого. Его бы устроил другой ответ, но никак, этот. Ничего, перетопчется. — Хорошо. Меня же можете звать лишь по имени.

— Спасибо, но не вижу необходимости. Панибратство мне неинтересно. Перейдем к нашим делам? — отрезвляю я немного Рому. — Роман Константинович?

— Да? Что? А, конечно! — садится за свой стол обескураженный Рома. Он откидывается на спинку стула и о чем-то задумывается, не отрывая от меня взгляда.

— Что-то не так? — откладываю я бумаги, что уже успеваю достать из папки.

Он пододвигается ближе к столу и опирается на поверхность своими локтями:

— С чего вы решили?

— Вы смотрите на меня, словно в чем-то подозреваете — очень, уж, пристально. — поправляю я, сбежавшие на кончик носа, очки.

— Нет, просто вы… я не знаю, но кажется… да, точно. Извините, я ошибся. Вы просто напомнили мне о моем прошлом. Напомнили мне о человеке, которого я давно забыл. Но вы не переживайте, — улыбается он, потирая руки и предодвигая к себе наработки по курорту. — вы — не она. Она, совершенно, на вас непохожа. Простите, еще раз.

Я понимаю, что он говорит обо мне. А кого еще я могу ему напоминать из его прошлого, если не саму себя?! Но меня больно ранят его слова, о том, что он давно забыл меня.

— Кто та, что похожа на меня? — вырывается у меня из уст вопрос. Рука Ромы замирает, с силой сжимая документ.

— Не та тема, что мне хотелось бы обсуждать. — закрывает вновь передо мной дверь, которую я так стремлюсь, хотя бы приоткрыть, Рома.

— Она вам неприятна? — не могу остановится я.

— Да, — бьет меня, словно раскаленным железом, Рома словом. Я, как и разговор обо мне — неприятны ему. Я чувствую, что предательские слезы уже готовы выдать все мое отношение к Роме. Я кашляю, чтобы отвлечься:

— Извините, Роман Константинович. Мы можем вернуться к проекту. Вы согласились на то, что рекламная компания должна быть не только из банеров, листовок и рекламы, но и полноценного ролика, которой бы крутили по ТВ. Верно?

— Все так. — кивает мне в ответ Рома.

— Отлично. Реклама и все прочее — готовы, а ролик… — я заминаюсь на паре слов, так как вижу глаза Ромы и то, как он смотрит ими на меня. — Ролик, — заставляю я себя продолжить. — будет снят на месте курорта, чтобы показать всю красоту того места. Концепция идеи лежит у вас на столе. Мы сможем обсудить это, когда вы его посмотрите. — я поднимаюсь, чтобы закончить беседу и раскланяться. Мне плохо. Душно и обидно. Обида и горечь душат меня изнутри. — Думаю, на этом мы можем распрощаться. — вновь, через силу улыбаюсь я, сжимая до боли ручку сумочки, что держу в своих руках.

— Да, это хороший вариант. — соглашается со мной Рома. — Я вас провожу.

— Нет, не стоит! — вскидываю я кверху руку, останавливая его. Только рядом его мне и не хватает в данный момент.

— Мне не трудно. Мы будем теперь часто встречаться. Вы, как я понял, отвечаете за реализацию клипа? — приближается ко мне вплотную Рома. Я отступаю назад. Но мне вдруг становится стыдно за себя: веду себя, как маленькая девочка, как размазня. Нет, уж! Если ему все равно, то я сделаю так, что ему будет не ровно, а очень бугристо!

Я делаю резкий выпад в сторону Ромы. Он, кажется, удивлен? Это лишь начало!

— Верно, Роман Константинович. — обворожительно хлопаю я ресницами и бросаю на него томный взгляд.

— Кхе-кхе, — прочищает себе горло Рома. Его галстук, неожиданно, оказывается слишком тугой — он тянется к узелку и ослабляет его. — Отлично, Варвара…

— Кирилловна, — помогаю я ему.

— Точно, Варвара Кирилловна. — кивает он мне.

— Запомните, теперь я буду рядом с вами, практически, двадцать четыре часа в сутки. Вы ведь едите со съемочной группой, вместе, на место съемок?