Чтение онлайн

В моих воспоминаниях баба Стеша осталась жёсткой, властной старухой, слегка помешанной на религии. Для неё всё было чёрно-белым, только хорошим или только плохим. И мнений по любому вопросу могло быть только два - её и неправильное. После приезда с Камчатки я видел её всего раз или два. Был занят, не до родни. Сначала поступал, затем вливался в институтскую жизнь, а ближе к весне баба Стеша умерла. Она вся израненная была, - поясняла баба Феня на похоронах, - один осколок с войны вытащить не могли. Вот здоровье то и кончилось. Отмучилась раба божия. Господь к себе прибрал. Стыдно вспомнить, я стоял у могилы и думал скорей бы это завершилось.

Дядя Саша прервал мои воспоминания.

– Твоя родственница герой, о которых не пишут в газетах. Неоднократно с 1932 по 1936, во время и после войны, до 1950 года бывала в загранкомандировках по линии НКВД, под именем Стефании Гартман, еврейки. Связи у неё там остались, частенько переписывается со старыми знакомыми. Смекаешь?

– Не очень. На самом-то деле она же Лазарева? А вот фамилию по мужу не помню...

– Легенда такая - 1919 году две сестры Гартман, после смерти родителей во время еврейского погрома, сбежали из Киева в Москву. В Москве им удалось получить документы работниц Бабаевской фабрики. Так Фейма и Стефания Гартман стали Феней и Стешей Лазаревыми. Сейчас подтвердить или опровергнуть тот эпизод уже практически невозможно. Так что при необходимости ты можешь доказать своё еврейское происхождение с 1886 года.

– Зачем оно мне? Я в Израиль уезжать не хочу!

– И не надо. Среди выезжающих каждый второй даёт подписку о сотрудничестве с КГБ, только толку с них... А ведь полезно иметь запасной вариант биографии и связи в Европе. Но понимаешь... Тебе языки надо подучить, с бабушкой кое-кому на глаза показаться. Ещё что-то узнать. А ты... не в обиду будет сказано... сидишь на краю земли, теряешь время. Не зря! Много уже самоучкой постиг, но пора, пора в Москву возвращаться. Жильё есть. Бабушки за тобой присмотрят. Давай, заканчивай учебный год и перебирайся в столицу.

– Да я не против, но...

– Вот и отлично. Варианты учёбы мы прикинем. Заболтались мы с тобой. Надо бы уже и пообедать. Пошли в погранотряд? Там нас покормят. Заодно узнаешь вкус казённых харчей.

28.12.72

Четверг. Новый Год, а с ним и каникулы, уже рядом. Сегодня в райцентре мне делать нечего, но в школу всё равно не иду. Должен поднести к самолёту дяде Саше... интересно в каком он звании... мои фотографии родной природы. Что мне не нравится, вместе с негативами, хотя их обещали вернуть.

Вчера хорошо закончился день. Нас действительно покормили в солдатской столовой погранотряда. Компот из сухофруктов, щи из кислой капусты и макароны по-флотски. К макаронам, под видом салата, положили ещё кислой капусты. Чёрный хлеб на столах, бери сколько хочешь. Белого дали только по одному куску, хотя большому. Кстати, вкусно и пережаренного фарша в макароны намешано прилично. Что ножей в столовой нет, я уже привык, а тут и вилок не было, только ложки. Кружки эмалированные, миски алюминиевые.

А вот после еды случилось самое приятное. Мне предложили пострелять. Говорю же, любят меня офицеры. Правда поставили условие - после тира вычистить использованное оружие. Тир закрытый, потому маленький, АКМ и СКС работают на значительно большие дистанции, так что дали короткоствол. Наган и ПМ. К каждому стволу разрешили взять патронов на полную зарядку магазина или барабана. И даже не стали мешать, типа сам разбирайся. С револьвером всё просто, а из пистолета Макарова я ни разу не стрелял. Однако справился, и магазин зарядил, и отстрелялся. Не плохо, кстати. Вот с разборкой для чистки пришлось немного повозится. Однако когда затруднение увидели, то подошли и показали что, да как. Вычистил, получил заслуженную похвалу и обещание как-нибудь дать пострелять из СВД. В общем, вторая половина дня прошла значительно лучше первой.

Перед отъездом домой ещё поговорил с дядей Сашей. Тот был в курсе, что я лечу в Питер на конкурс чтецов, однако напророчил ещё участие в олимпиаде по биологии и областной выставке школьников-радиолюбителей. И это всё в январе и феврале. В олимпиаде в прошлой жизни я участвовал. Вылетел после первого же тура. А про выставку даже не слышал.

Мне твёрдо пояснили, что моя задача не побеждать, хотя при желании и по возможности могу это делать, а засветиться перед ребятами из других районов. Ни в коем случае я не должен затевать разговоров про Лиану. Однако если кто начнёт спрашивать, отвечать подробно, причём не забывая нашего вчерашнего разговора. И обязательно! Обязательно сразу после разговора, записать кто именно спрашивал, кто затеял разговор, кто его слышал, кто чего говорил.

В подарок я получил массивный портфель с защёлкивающимся замком, без ключа его не откроешь. А перед замочной скважиной есть специальный держатель, туда, при открытом замке, вставляется клочок бумаги. Чтобы открыть замок, придётся прорвать вставленную бумажку, как говорили у нас в НИИ целку. В первом отделе в таких портфелях выдавали служебные материалы. Получил, убедился, что бумага цела, открывай замок. Убедился, что на бумаге есть положенные печать и подпись, значит портфель не вскрывался. Вот сейчас опять сподобился хранилище секретов получить.

Впрочем, там ничего такого не было. Цитатник Мао дзе-дуна, подаренный Аней, ротапринтная книжка без названия, но с номером, грампластинка с песней Русский с китайцем братья навек и папка со старыми документами семьи Гартман. Книжка учила, как показать себя сталинистом, патриотом СССР, однако осуждающим разрыв с Китаем.

Дома отчим с пониманием взглянул на портфель и посоветовал хранить его в оружейном шкафу. Тот запирается, опять же от лишних глаз спрятать. Ещё предложил поехать с ним в Питер. Его опять вызывают на три дня с отчётом, он опять берёт маму, а коли захочу, то и меня может прихватить. Благо командировка с 3 января, а до 12 у меня каникулы. Согласился, конечно.

Ещё всплыл вопрос с подарком. У его высокого начальника 4-ого числа юбилей, полтинник стукнет, надо бы вручить что-то запоминающееся. Они с мамой всю голову сломали, но кроме моей аметистовой друзы ничего придумать не смогли. Просят отдать для такого случая. Я возразил:

– Пап, он сам геолог, небось проработал в геологии лет двадцать пять, не меньше. Скорее всего, у него камней на средний минералогический музей хватит.

– Ну... В общем, правильно. В кабинете по полкам много чего лежит.