Чтение онлайн

Автору книги довелось однажды, еще в школьные годы увидеть легендарного командарма. На ипподроме проводились большие скачки, и командующий вручал победителям призы. Он запомнился седовласым, подтянутым, строгим. Белая гимнастерка, перетянутая ремнем и портупеей, на алых петлицах четыре ромба, на груди два боевых ордена…

Н. Д. Каширин — уроженец Верхнеуральска, выходец из состоятельной казачьей семьи, его отец почти четверть века избирался атаманом. В 1909 году Николай окончил Оренбургское юнкерское училище, затем служил в русской армии, в частях Оренбургского казачьего войска. Участник первой мировой войны, подъесаул. За проявленное в боях мужество и отвагу был награжден несколькими офицерскими наградами. Энергичный, храбрый, хорошо знающий военное дело, Каширин пользовался высоким авторитетом среди личного состава.

В марте 1918 года он сформировал в Верхнеуральске казачий добровольческий отряд, с которым гонялся за бандами Дутова. Объединив казачьи отряды, Каширин выступил с ними на помощь Самарской красной армии. 16 июля 1918 года его избрали главкомом Уральской партизанской армии, которая действовала в тылу белогвардейских войск на Южном Урале.

Это был легендарный рейд в белогвардейском тылу, имевший целью соединение с регулярными частями Красной Армии. В результате мятежа направлявшегося во Владивосток Чехословацкого корпуса, откуда он был должен эвакуироваться в Европу, партизанские отряды Южного Урала оказались отрезанными от главных сил советских войск. На собрании командиров отрядов было решено прорваться через захваченные белочехами районы к главным силам Восточного фронта, вышедшим к Екатеринбургу. Там же, на собрании Николай Дмитриевич Каширин был избран главнокомандующим объединённым партизанским отрядом. Его заместителем назначили Василия Константиновича Блюхера.

Выступив 18 июля, отряд в ходе восьмидневных ожесточенных боев с белоказаками атамана Дутова сумел продвинуться на незначительное расстояние и в силу превосходства неприятеля вынужден был отойти. В бою Каширин был тяжело ранен. Командование принял его заместитель Блюхер.

В 54-дневном походе партизаны прошли по горам, лесам и болотам Урала более полуторатысячи километров, провели двадцать боев, нанесли поражение пяти белогвардейским и чехословацким полкам.

Каширин, не оправившись от ранения, стал заместителем Блюхера, а вскоре принял командование дивизией. Это было знаменитое, прославившееся в гражданскую войну соединение, получившее наименование 30-й Краснознаменной Иркутской дивизии.

Каширин помнил первый бой подчиненной ему дивизии против сильного противника, превосходившего красное соединение во всем.

Войска Колчака перешли в наступление 4 марта 1919 года. Переправившись по льду через Каму, они нанесли главный удар по частям «тридцатой». Под напором превосходящих сил правофланговые полки стали отходить. Красные воины дрались с упорством обреченных. И сумели-таки устоять. Этим воспользовался комдив. Сосредоточив части с неатакованных участков, он нанес удар во фланг прорвавшейся группировки и вынудил ее отступить.

В начале августа 1919 года Каширина назначили комендантом Оренбургского укрепрайона. При назначении его на эту должность Реввоенсовет Восточного фронта учитывал не только его организаторские и командирские качества, но и то, что в этом крае его хорошо знали и уважали. Затем был Туркестан, где он возглавил 49-ю крепостную дивизию.

В 1920 году он — командир 3-го кавалерийского корпуса, участвовал в разгроме Врангеля на Южном фронте. Взаимодействуя с другими соединениями, корпус освободил Мелитополь, Геническ, Керчь.

После гражданской войны Каширин командовал различными войсковыми соединениями. С 1925 по 1931 год он — помощник командующего войсками Уральского, Белорусского, Московского военных округов. С июня 1931 года — командующий войсками Северо-Кавказского военного округа.

В июле 1937 года Каширин был переведен в Москву на должность начальника Управления боевой подготовки РККА. По прибытии он был арестован.

Его допрашивали долго и методично, вынуждая дать нужные следователям не только показания о своей деятельности, но и компромат на нужных им военачальников. Так, в одном деле имеется документ допроса Каширина. В нем следующая запись: «Арестованный и осужденный Каширин Н. Д. 17 февраля 1938 года показал: «Кроме того, мне пришлось наблюдать неоднократно особую служебную и личную близость к Егорову командующего Примгруппой Федько, комвойск СКВО Тимошенко».

Егоров осужден.

Подтверждая в своих показаниях в апреле 1938 года близость Тимошенко к Егорову, Каширин говорил о причастности Тимошенко к контрреволюционной группе: «Лично я неоднократно имел возможность наблюдать, что Егоров поддерживал особо близкие служебные и личные отношения с такими командирами, как Тимошенко. Стремление Егорова к созданию вокруг себя нездоровых группировок тогда повторялось и в БВО. Егоров в то время сгруппировал вокруг себя почти всех крупнейших командиров, которые тогда работали в БВО. Это были следующие: Тимошенко (был тогда командиром 3-го кавалерийского корпуса, в последнее время — комвойск СКВО)…»

Для пояснения напомним, что Егоров в упомянутый период с 1927 по 1931 год был командующим войсками Белорусского военного округа. С 1931 года он — начальник штаба РККА, преобразованного позже в Генштаб.

О методах «признания» подследственных читателю уже известно. И не трудно догадаться, что от Каширина «выбивали» компромат на маршала Егорова, одного из опытных военачальников того времени. И он, как и многие другие, вызывавшие подозрение, окажется арестованным, подследственным и судимым. Но о нем рассказ ниже.

Каширина судили через год после группы Тухачевского, в июне 1938 года. Судила «тройка», заседавшая в течение 15–20 минут, в которые решалась судьба человека. Присутствие адвоката не допускалось, приговор был окончательным и обжалованию не подлежал, к тому же в исполнение приводился немедленно. По документам суд состоялся 14 июня 1938 года.

Позже было установлено, что на одном из допросов Каширина присутствовали Молотов и Ворошилов. Он им заявил: «Не верьте ничему, чтобы я ни писал в своих дальнейших показаниях… Никакого военного заговора нет, арестовывают зря командиров. Я сам говорю это не только от своего имени, но по камерам ходят слухи от других арестованных, что вообще заговора нет».

Ворошилов его спросил: «Почему же вы дали такие показания?» Указывая на следователя, Каширин ответил: «Он меня припирает показаниями таких людей, которые больше чем я. Ко всему ж еще дело довершают побои…» Последнее сообщение об истязаниях осталось без внимания. На следующий день Каширин подвергся жестокому избиению.

Когда судили группу Тухачевского, за судейским столом рядом с Кашириным сидел в качестве заседателя комдив Горячев. Он командовал кавалерийским корпусом, дислоцировавшимся в Киевском военном округе, в городе Проскурове (ныне — Хмельницкий).