Чтение онлайн

— Не тебе одному. Мое дело предложить… Если не хочешь, пусть все остается как есть.

— Ох, Нийе, не знаю я. Вряд ли у меня получится. Он, между прочим, мужчин не любит, он сам говорил.

— Да он, по-моему, и женщин не любит.

— Спасибо, утешил, — ехидствует Дэнна.

Какое-то время он молчит, обдумывая идею, и она захватывает его все больше и больше.

— А было бы неплохо… Только я ни фига никого соблазнять не умею…

Тут Ньярра смеется и похлопывает его по голому животу.

— Малыш, а вот это будешь рассказывать кому-нибудь другому, а не мне. С какой это радости я очутился в койке с оруженосцем моего капитана? Наверное, я любитель юных белокурых эльфиков, просто раньше маскировался, ага.

Польщенный, Дэнна пытается скрыть довольную улыбку.

— Скажи еще, что я тебя в койку завалил.

— А говоришь, не умеешь.

— Все равно мне до Лэйтис далеко. Вот она точно может поиметь любого, кого захочет.

— Ооо, малыш, она просто так себя ведет. Имидж, слыхал такое слово? Представь себе, и леди-капитан отказывали, бывало.

— Да брось. Если ты про юность ее, то я в курсе, она рассказывала. Детские увлечения…

— И здесь, в крепости, тоже случалось. Только если что, я тебе ничего не говорил.

— Нийе, ты гонишь!

— Агвизеля помнишь? Ну вот.

— Он ей отказал? Агвизель? Да ладно.

— Точно. У Лэй чуть крыша на нем не поехала. Она кричала, что он единственный кочевник, которому она готова дать. Но не сложилось.

— Ни фига себе…

— Знаешь же, как это бывает. Вроде, оба не против, но ничего не получается. Может, ей хотелось, чтобы он влюбился, не знаю. Не такая уж железная наша леди-капитан, как хочет показать.

Ранним утром их будит стук в дверь и голос капитана Лизандер:

— Нийе, открой, это я.

Похолодевший Дэнна натягивает простыню до подбородка, едва преодолевая искушение укрыться с головой. Ньярра кидает ему ободряющий взгляд, влезает в штаны и идет открывать.

— Ну-ну. Так я и знала, что ты здесь. Одевайся давай, и пойдем.

Разговаривает она вполне миролюбиво. Прищурившись, наблюдает, как Дэнна одевается, и во взгляде ее ясно читается, что она готова тут же раздеть его обратно. От этого взгляда у Дэнны бегут мурашки по спине, и член заявляет о своем твердом намерении встать.

Дома она так яростно присасывается к его губам, что у него в глазах начинают плавать цветные пятна от перевозбуждения.

— Потри мне спинку, зайка.

И они трахаются прямо в купальне — мокрые, скользкие и горячие.

Дэнна готовит для нее кофе. Она садится на край стола с дымящейся кружкой, ставит его перед собой и зажимает коленями.

— А вот теперь поговорим серьезно. Мне не нравится, вернувшись из патруля, заставать дома холодную постель.

Собрав все свое мужество, Дэнна отвечает независимо:

— Я должен согревать тебе постель как оруженосец или как любовник?

Лэйтис расставляет пошире колени и устраивает ступни на его ягодицах. Это чертовски приятно, и если бы не вчерашний секс с Ньяррой и сегодняшний с ней…

— Ты должен согревать мне постель, как мой мальчик. Или ты что-то имеешь возразить?

Интересно, как можно возражать, когда она так делает?

— Ммм…

— Приму это, как твердое «да». И еще, Дэнна… Дэнна? Открой глаза. Так вот, еще мне не нравится, что ты путаешься с моим лейтенантом.

Дэнна вздыхает и бормочет:

— Ну, мы друзья… практически…

— Я сама Ньярру люблю, но…

— Ревнуешь?

— Есть такое понятие, как субординация. Ты не должен спать с моими подчиненными.

— Ага, ты, значит, спишь с кем хочешь, а я не могу?

— Я с подчиненными не сплю.

— А я?

Она морщится с легкой досадой. Крыть-то нечем, как она любит говорить.

В ее голосе слышатся почти жалобные нотки:

— Так не может продолжаться, мой сладкий. Нам с тобой нужно что-то решить. Я знаю, зачем тебе Ньярра. Не надо мне мстить, не люблю я этого.

Вздохнув, Дэнна прижимается к ее плечу, утыкается носом в шею. Она пахнет степным летом, душистым и знойным.

— А что тут можно сделать?

— Ну хочешь, я не буду с ним встречаться?

Дэнна мотает головой.

— Это еще хуже. Будешь думать о нем, когда ты со мной. Я же знаю.

И опять ей нечем крыть. И правда было такое, в начале лета, пока она слюной исходила по капитану Тинвейде.

— Или будешь к нему тайком бегать.

Теперь вздыхает она.

— Он мне никогда тебя не заменит, радость моя. Но мне с тобой тоже нелегко, пойми. Ты такой… беспомощный временами.

— Неудачник? — с горечью переспрашивает он.

— Н-нет… просто ты требуешь слишком много внимания, заботы… так хочешь на кого-то опереться. А мне тоже надо на кого-то опираться, хоть иногда.

— Вряд ли капитан Тинвейда представляет из себя такую уж хорошую опору, — говорит Дэнна не без сарказма.

Удар попадает в цель, и она замолкает.

— Извини.

— Да нет, ты прав. С ним у нас нет будущего, и я никогда жить с ним не стану. Мы даже друг в друга не влюблены. Я хочу, чтобы ты перестал на меня обижаться за то, что я иногда — ну, просто по-дружески — провожу с ним время.

— Можно подумать, у тебя других друзей нет.

— Не так их много, и почти со всеми я спала. Вот к кавалеру Ахайре ты же не ревнуешь?

— Он далеко. И ради него ты меня не бросаешь на всю ночь.

— Зайка моя, я правда не буду больше. Мне с тобой хорошо, и я не хочу тебя потерять. Но если ты не будешь играть по моим правилам, лучше расстаться.

— Буду, — шепчет он покорно. Прямо сейчас он готов согласиться на что угодно.

И слабенькая надежда, что он может совратить капитана Тинвейду и вытеснить его с поля, согревает его.