Чтение онлайн

Спустя неделю, Энтони нашел меня и предложил выступить свидетелем, если понадобится, на дороге, около моего дома… И я согласилась.

— Тоня, теперь он предложил Стасу похожее задание, и я не могу им помешать, это ты понимаешь?

— Да, Иван, — Тоня всхлипнула и мне снова стало ее жалко.

— Может мне приехать к тебе?

— Не надо, я посижу, подожду Стаса, а то он расстроится, увидев нас вместе, сделает не те выводы и может совсем съедет от меня. Деньги у него есть.

— Не падай ты так духом, Тоня, я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы вытащить Стаса из этой авантюры.

Тоня закивала головой, в глазах у нее виднелись слезы.

— Все успокойся, ничего страшного не случится, иди умойся и сходите с Катей, погуляйте, все равно на твои расспросы Стас ничего тебе, сегодня, не скажет. Катя-то дома?

— Дома, заперлась в комнате и смотрит визард.

— Ну вот и сходите с ней в инет магазин, шопинг для женщин, я слышал, лучшее лекарство от скуки и стрессов, и Стасу что-нибудь купите, что-то неожиданное.

— Что ему купишь неожиданное? Опять рубашку?

— Нет, например, собаку — вспомнил я недавний рассказ Насте.

— Собаку-робота?

— Нет, живую собаку.

Тоня улыбнулась.

— А что, он в детстве просил себе хасцо [64] , - она ладонью вытерла слезы, решено идем за собакой!

— Если я вдруг буду нужен, звони мне сразу на сканер, можешь не вызывать в приват, не стесняйся.

— Хорошо, Иван, пока.

— Пока, — Антонина отключилась.

Я собрался, взял забытый Настей айкостюм и вышел из номера.

30 неделя. Суббота.

Знакомство с родителями Эдоса прошло крайне удачно. Все утро, на следующий день, мы отпивали сушняк морсом и соками, запивая ими таблетки от головной боли, снимая последствия перегрузки алкоголем молодых организмов.

Делать вообще ничего не охота, даже есть, не говоря уже о каких-то изысках, требующих физических телодвижений, и мы, валяясь в кровати, смотрели по визарду инет обзоры случайных нелепых ситуаций с комментариями Педро де Асса, глупые гиги [65] и ужимки которого во время и к месту подходили к подборке сюжетов. Прекрасные склейки, абсолютно не требовали от зрителей подключения мозгов, но в то же время были наполнены добром, и толкали нас в сторону позитивного восприятия мира.

К обеду ближе, в комнату постучал Федос и поинтересовался нашим здоровьем, мы с Эдосом отчитались, что чувствуем себя сносно и Федос предупредил нас, что через час они, с Николасом, ждут нас в обеденной зоне дома на небольшую семейную трапезу.

Чтобы за столом обсуждать не праздные темы, а предстоящую церемонию торжества создания семьи, я решил за ранее выяснить с Эдосом общие позиции по проведению данного мероприятия и проговорить те моменты по церемонии и начала семейной жизни, которые мы себе, пока, представляем по разному.

— Эдос, я очень тебя люблю, но мне кажется, что твой мапа вчера был прав, высказываясь о том, что закрепление брачного союза прыжком в парашютном тандеме — это некий элемент позерства.

— Гошен, но я не знаю, как по другому выразить мое бесконечное доверие и готовность быть с тобой, как говориться, и в радости и в горести. В наше время совсем не осталось событий, которые могут помочь нам показать эту готовность. Прыжок в тандеме — это и символ и реальная проверка решительности на серьезный поступок.

— Эдос, вступление в брак это и есть настоящий поступок. Сейчас никому не приходится доказывать на практике готовность отдать жизнь за партнера, и если такой случай представиться, то я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадал, — я остановил жестом порыв Эдоса мне возразить, — или потерял свою жизнь. Гораздо ценнее этого то, что ты готов встать с большого бодуна пораньше, чтобы приготовить мне завтрак и принести кофе с ликером в постель. И мы с тобой будем верными партнерами на всю жизнь!

— Гошен, приносить тебе кофе в постель каждое утро — это самое малое, что я хотел бы для тебя делать!

— Ну я тоже кое-что готов для тебя сделать, — заметил я Эдосу, удовлетворенный разговором, — у нас есть еще минут сорок, до обеда с родителями, и предлагаю принять душ вместе, — при этом я чуть наклонился и продемонстрировал ему характерные движения тазом, намекая ему, что мы можем сбросить с друг друга, успевшее накопиться в нас, семя. Эдос полностью меня поддержал, ох как я его, все-таки, люблю!

Выйдя из ванной комнаты, мы спустились в столовую, где нас ожидал шикарно накрытый стол. На столе чего только не было: чиз-потсы и бигмаги, салаты из зелени и мяса, а посередине стола стояла полная фарфоровая (!) супница с видневшийся вверху ручкой половника!

Над всем этим богатством порхал Федос, приукрашивая блюда на столе кусочками ягод и фруктов, поднимая изысканность сервировки на совершенно запредельную высоту.

Николас уже сидел за столом, и разговор отцов-партнеров шел о карьере и смысле жизни.

— Карьера — это то, что делает мужчину состоявшимся, — рассуждал вслух Федос, — мы все живем ради процветания жизни общества, и успешность карьеры показывает насколько большую лепту каждый человек вносит в общественные достижения.

Николас кивал головой, поддакивая и несколько раз сглатывая слюну, не позволяя нарушить идиллию натюрморта на столе, и очень обрадовался, увидев нас, входящими в комнату.

— А вот и парни! Как самочувствие и настроение?

Эдос смущенно улыбался, поэтому я подхватил эстафетную палочку диалога.

— Добрый день, Николас! У вас отличный арманьяк, отличный дом и отличная постель, так что мы очень хорошо выспались и настроение у нас отличное!

Такое заявление было приятно родителям, — и я видя их довольные лица продолжил.

— Полностью согласен с Вами, что карьера в жизни мужчины — это главный показатель того, на сколько полезным обществу стал тот или иной индивидуум, — я пододвинул Эдосу стул, после радушного приглашения Федоса к нам сесть за стол.