Чтение онлайн

– Очень хорошо, – сказал Джон, глядя на панораму Хиллсли, открывшуюся, когда повозка поднялась на гребень холма. – В таком случае мне нужно убедить леди Элизабет в искренности моих намерений. Если я напишу ей, вы передадите мое послание? Разумеется, если это не будет представлять для вас опасности.

– Да, леди Элизабет хотела бы узнать, что вы ей скажете.

Джон набрал в легкие воздуха.

– Она рассердилась, когда вы сказали ей о поцелуе?

– Об этом я ей пока не рассказывала.

Он посмотрел на нее с укором:

– Вы должны были. Я не хочу, чтобы у меня были секреты от вашей госпожи.

– Вы хотите, чтобы она знала, что вы испытывали желание к ее горничной?

Джон повернулся и увидел, что она пристально смотрит на него. Было бы лучше, если бы он мог сказать, что лишь притворялся, будто желает ее. Конечно, Анна подумала бы о нем плохо, но тогда, во всяком случае, с этим было бы покончено.

– Она должна знать правду, – после долгой паузы сказал Джон. – И должна знать, что это результат сложившейся ситуации.

Анна поморщилась, но кивнула:

– Хорошо. Обещаю, она будет знать, но только если у вас есть план ее спасения.

– В настоящее время я ожидаю благоприятного момента. У меня есть план, но я не готов пока им поделиться.

– Это почему же? – с вызовом спросила Элизабет.

– Потому что он не отработан в деталях.

– Но…

– Альтернативный план предполагает, что оба солдата, охраняющие башню, будут убраны, что сделать весьма нетрудно. Проблема в том, как вывести леди Элизабет.

– Но она не согласится на это.

– Почему? – спросил Джон, глядя ей в лицо.

– Я уже сказала, что она беспокоится о своем народе. Она не оставит его. Леди Элизабет пыталась передать послание королю, но, как вам известно, Милберн его перехватил. А почему бы вам не отправиться к королю?

Джон впервые ощутил в ее тоне заинтересованность. Мелкий дождь проникал ему за шиворот, колдобины на дороге причиняли неудобство, а ему нужно было убедительно отказаться от предложения Анны. Но как мог он сообщить леди Элизабет о своем плане завоевать поддержку солдат, если она так переживает за свой народ, что не хочет применения насилия?

– Я обдумывал возможность поездки к королю еще до появления в Олдерли. Но я всего лишь бедный барон, не имеющий войска. На данный момент.

– У вас есть кольцо, во всяком случае, вы так говорили.

– Да, есть. Но кто мне поверит, особенно если сюда уже дошли слухи.

– Какие слухи? – заинтересовалась Анна.

– Я намеревался рассказать об этом леди Элизабет при встрече, но вижу, что нет смысла. Когда я был в Европе, среди моих людей распространились слухи, что именно я требовал деньги от поместья, отчего земля и замок пришли в упадок. Это объяснение было пущено в ход, чтобы объяснить, куда ушли все деньги. Должно быть, он думал, что я никогда не вернусь, поэтому не боялся пускать в ход любую ложь.

– Он?

Джон сверкнул на нее взглядом.

– Мой брат.

Как и ожидал Джон, она нахмурилась. Леди Элизабет создала в своем воображении идеальный образ Уильяма и сумела внушить такое же отношение к нему и Анне.

– Как вы можете выдвигать обвинения против человека столь поразительной доброты, упокой Господь его душу?

Этот «человек поразительной доброты» пытался избить и унизить Джона.

– Управляющий рассказал мне, что это было сделано по приказанию Уильяма, – стоял на своем Джон, – да и кто еще мог бы это сделать? Уильям забирал деньги на собственные нужды, но не хотел признавать себя виновным в этом бесчестном поступке.

Элизабет открыла было рот, собираясь возразить, но затем сказала:

– Я передам моей госпоже то, что услышала от вас.

– А вы возьмете мое послание? Но только если это не будет связано с какой-либо опасностью для вас.

– Вы беспокоитесь обо мне?

– Да. – Джон перевел взгляд на дорогу. – Я бы не хотел, чтобы вы пострадали из-за нас с леди Элизабет.

– Хорошо, я возьму его.

В Хиллсли под навесом на зеленой лужайке был поставлен стол для сбора податей; это было сделано для того, чтобы не беспокоить лежащего в помещении поправляющегося бейлифа. Элизабет сидела рядом с Джоном, перед ней была раскрыта бухгалтерская книга, рядом находились чернила и гусиное перо. Джон отметил столбец с итогами за прошлый месяц и сказал ей, чтобы она делала записи в соседнем столбце.

Хью, помощник здешнего бейлифа, подробно расспрашивал о последнем месте работы Джона, и Элизабет слушала с благоговением и ужасом, как складно рассказывал Джон о том, что было полной выдумкой.

Она то и дело напоминала себе, что делал он это ради ее же блага, ради ее спасения.

Но еще и ради ее приданого, ради титула герцога.

Мысли Элизабет перескакивали с одного на другое, мешая ей сосредоточиться на работе. Как мог Джон обвинять своего покойного брата! Разве он не понимает, что деньги мог украсть кто-то другой, например управляющий, а потом натравить братьев друг на друга?

В пользу Джона говорило то, что он не хотел скрывать от своей нареченной историю с поцелуем. Не столь порядочный человек был бы рад сохранить это в тайне.

Хотя в глубине души Элизабет почти желала, чтобы ему хотелось утаить этот интимный эпизод от леди Элизабет.

Она пребывала в смятении, устав играть две такие разные роли.

В течение дня около тридцати жителей деревни пришли выразить почтение своему временному бейлифу и заплатить подати. В прошлом году урожай был хороший, в этом году тоже надеялись наудачу. Некоторые люди оспаривали сумму долга, и Элизабет ревниво и уважительно прислушивалась к тому, как Джон задавал недовольным вопросы сверялся со счетами за прошлый год и принимая решения. В одном случае он даже позволил отложить оплату. Наблюдая за Джоном, Элизабет могла бы сказать, что выглядел он человеком уверенным в себе, привыкшим руководить.

И она была обречена выйти за него замуж.

Это казалось ей странным – смотреть на человека, которому она была предназначена. Целых одиннадцать лет она видела себя женой другого человека – идеального во всем.

А у Джона Рассела так много недостатков, так много темных пятен. Ведь все-таки не исключено, что это он присвоил семейные деньги. А если это так, то как она может выйти за него замуж?

Их пригласили в местную таверну на ужин, и на сей раз Джон принял приглашение, даже не взглянув на Элизабет. Очевидно, он не хотел повторения их прошлой трапезы: А она не могла забыть тихий плеск ручья, напоминавший ей о…