Чтение онлайн

— Прости, не слышал, а потом был другой звонок, не заметил пропущенный, — солгал он, не моргнув глазом. Димка только что возгласом удивления не выдал отца, что говорится, с головой. — Всё хорошо, Рит. Информации пока никакой, так что ждем.

Правда, чего — сам не знал. Возможно, что-то сказать могла очаровательная Вешник, неожиданно ушедшая в подполье. Всё.

— Я тебя очень прошу, постарайся без глупостей, — попросила Коташова, а в голосе не получилось скрыть искреннее беспокойство. Слишком далеко сейчас находилась. А нужна человеку, который очень медленно, но уверенно вошел в её жизнь. И, по всей видимости, остается там на всегда.

— Ну, с Димкой, так полагаю, глупости мне не грозят, — не смотря на так некстати возникшую проблему, старший Константинов сделал попытку отшутиться. — Все хорошо будет. Обещаю. И телефон обязуюсь просматривать регулярно и внимательно. Рит, — продолжал он, выходя из комнаты, оставляя Димку одного. — Прости, не хотел, лишний раз беспокоить. Вечер. Устала, наверно.

Простое человеческое участие. Не видел, как Рита невольно улыбнулась. Когда ронял вот такие фразы, на душе всегда становилось тепло и светло. Она не одна. Есть в этом мире человек, для которого её благополучие — не праздное любопытство.

— Леш, ты помнишь, о чем мы говорили? — прозвучал в трубку очередной вопрос.

Впрочем, в их отношениях он, наверно, станет извечным. Всеми силами Константинов стремился оградить её от участия в собственной жизни. Слишком сильно любил. Боялся потерять, если… Черт, слишком долго все свои проблемы решал сам, без стороннего участия.

Отключив телефон через несколько минут разговора, помедлив, вернулся в гостиную. Димка что-то смотрел, уткнувшись в ноутбук. Судя по голосу, идущего из динамика — видеозапись. И вряд ли какого официального новостного канала. Скорее — любительская. Подняв на отца взгляд, развернул ноутбук, предложив:

— Смотри, сегодня днем на переходе границы с Латвией что было…

— Нас уже блокировали танками? — не удержавшись, съязвил Константинов.

События, разворачивающиеся в мире, держали в напряжении. Но, пока, до серьезных проблем, в том числе и открытых столкновений, чего все ждали в первые дни, не доходило. Появилась надежда, что в третью мировую дело по итогу не выльется.

— Да к нам, походу, прорываются, — обронил Димка, откидываясь на спинку дивана. — Съемка далековато и любительская. Но женщина смело действует. Рискнуть мальчишку на ходу из машины выкинуть…

В недоумении глянув на сына, Константинов присмотрелся к видеозаписи. Поставил на повтор. Да, действительно, далеко, никого толком не рассмотреть. Однако сами действия участников события наталкивали на мысль…

— Машина движется странно, — прокрутив дважды запись, наконец заговорил Алексей, присаживаясь на диван, рядом с сыном. — Смотри, водитель сдает назад, — продолжал он, акцентируя внимание парня на происходящем на экране. — Но до определенного момента — как само откат, когда с тормозов бывает, снимаешься. Или сдаешь аккуратно, плавно. Только зачем этот спектакль…

Переглянулись. У обоих мелькнула мысль, озвучить которую, в то же время, не решились. Маленькая надежда?

С другой стороны, чем завершилось столь необычное пересечение границы? По идее, должны были задержать. По факту? По факту — история умалчивает. Черт бы всё побрал. Константинов сделал еще одну, которую уже по счету, попытку, дозвониться до Валерии Вешник. Та продолжала находиться вне зоны действия сети или — быть отключенной. Единственный человек, кто мог сейчас точно сказать, что происходит…

несколько ранее

Франция. Париж. Звонок в квартире, в которой Валерия проживала в настоящий момент времени, раздался неожиданно. Семь утра. Не понимая, кому могла понадобиться такую рань, набрасывая на ходу халат, спешно открыла дверь. Сон как рукой сняло. На пороге стоял адвокат отца. И уж точно не для того, чтобы пожелать доброго утра!

— Что-то случилось, — с беспокойством прозвучал ее вопрос.

Такие люди просто так не появляются. А учитывая, что дело у них было общее… Вдруг стало страшно. Вот о чем всегда думала — так это о реакции Константинова на сообщение, что сына больше никогда не увидит. Человека не станет. Психологически не станет.

— Пока нет, но может, — адвокат был абсолютно спокоен. Впрочем, как обычно Видимо, сказывалась профессия. — Вы готовы рисковать ради чужого ребенка? — поинтересовался он, проходя в квартиру, и оборачиваясь к запирающей дверь хозяйке.

На что они там надеялись — что худшее не случится? Отлично. По всей видимости — надежда канула в Лету. И на сколько всё серьезно…

— Вы же знаете ответ.

Ради ребенка Константинова готова была рискнуть всем. Хотя, было-то немногое. Вот эта квартира, записанная на отца, право въезда в страны Евросоюза, как дочери человека, имевшего здесь недвижимость. Что из этого для неё важно? Когда-то мечтала жить в Париже.

— Тогда у вас не больше пятнадцати минут на сборы, чтобы успеть на самолет.

Фраза ранне утреннего гостя вызвала недоумение. В столь ранний час точно никуда не собиралась. Да вообще никуда не планировала срываться, пока не решится вопрос с Никитой Константиновым.

— В Россию? — в недоумении прозвучал вопрос. — Но разве прямые сейчас летают?

После известных событий многие европейские страны закрыли для российских самолетов свое воздушное пространство, получив то же в ответку. Таким образом, о быстром перемещении по воздуху осталось только мечтать. Если только, она что-то важное не пропустила, пока прячется от мужа в ожидании решения вопроса с самым младшим из семейства Константиновых.

— Летите через Франкфурт-на-Майне, — с поразительным спокойствием продолжал адвокат, пока она спешно переодевалась, пытаясь хоть немного привести себя в порядок, спрятавшись в ванной. — Оттуда до Риги. Время между пересадкам — минимальное. Рейс подбирали с таким расчетом, чтобы вам лишний раз не мелькать, привлекая к себе ненужное внимание. Там в аэропорту вас будет ждать машина. На границе вы должны быть…