Чтение онлайн

— Почему твоего отца объявили в измене? Безусловно, он был изменником, когда созвал знамена против моего отца, презрев свою присягу, но ведь он был другом узурпатора, — проговорила Дейенерис, вспоминая рассказы своего брата.

Санса много раз слышала о том, как ее отца называли изменником, много раз и она, к своему стыду, называла его так же, но сейчас, услышав о том, как его назвала новая королева, в ее сердце проснулась отвага, несвойственная ее характеру.

— Мой отец не был предателем, Ваше Величество. Он всегда был честен и справедлив, и именно справедливость погубила его. Мой отец узнал одну тайну, которая стоила ему жизни.

— И что это за тайна? — не сдержав любопытства, проговорила Дейенерис.

— Мой отец узнал о том, что все дети короля Роберта были зачаты от кровосмесительной связи королевы Серсеи с собственным братом.

— Цареубийцей… — прошипела Дейенерис, вцепившись руками в кушетку так, что костяшки на пальцах побелели.

— Что касается Вашего обвинения в адрес моего отца, то Вы, как прожившая всю жизнь за пределами Вестероса, возможно, и не знаете всей правды, возможно, всей правды не знаю и я, но истина заслуживает огласки, — проговорила Санса, при каждом слове ниже опуская голову, будто готовясь с ней расстаться в конце своего повествования.

— И в чем эта правда? — поинтересовалась королева, придавая голосу высокомерные нотки, что свидетельствовало о нарастающем раздражении.

— Причиной «предательства» моего отца послужила цепь событий, имеющих прямое отношение к Вашему брату и отцу.

При упоминании их имен бровь Дейнерис нервно дернулась, но осталась сидеть недвижно, ожидая продолжение истории. Видя ее спокойствие, Санса набралась смелости и продолжила:

— Когда принц Рейгар похитил и изнасиловал мою тетю Лианну, дядя Брандон отправился в столицу, чтобы призвать принца к ответу, но был схвачен и позже казнен вместе с отцом, моим дедом.

— Ты лжешь! — воскликнула Дейенерис, вставая с кушетки. — Мой брат не был таким! Все говорили о том, что он был благороден и справедлив!

— Моя королева, — вмешался сир Джорах, хранивший молчание до этого момента. Один его взгляд говорил о том, что слова новой знакомой были правдивы, поэтому Дейенерис, обуздав свой гнев, едва не упала на кушетку.

— Продолжай, — проговорила она, махнув рукой в сторону Сансы.

— Расправа над ними была жестока. Мой дед потребовал судебного поединка, в ответ Безумный король велел связать его и развести под ним огонь, объяснив, что пламя выступает бойцом от дома Таргариен, чтобы победить, мой несчастный должен был не сгореть… Когда пламя вспыхнуло с нужной силой, привели связанного дядю Брандона. Его привязали за шею мокрым кожаным шнуром, а руки сковали за спиной, положив меч впереди, за пределом досягаемости. Пироманты короля поджаривали Хранителя Севера долго, а чем больше дядя Брандон силился дотянуться до меча, тем туже затягивалась петля на шее, и в конце концов он удавился, а Рикард Старк был зажарен в собственных доспехах, увидев прежде гибель сына. Это была трагедия для всего нашего рода, которая толкнула моего отца на поступки, в которых Вы его обвиняете.

Дейенерис, никак не ожидая подобного выпада от запуганной девчонки, славившейся в Вестеросе своим кротким нравом, встала с дивана, остановив взгляд своих фиалковых глаз на ней. Больше всего в этот момент Санса хотела провалиться в преисподнюю, только бы прекратить эту зрительную дуэль, но невесть откуда взявшиеся силы и гордость от своего поступка не давали ей отступить, сотрясая все тело мелкой дрожью.

Глядя в этот момент на двух безусловно красивых девушек, схлестнувшихся в молчаливом поединке, даже у такого бывалого вояки, как Джорах Мормонт, перехватило дыхание. Это было небывалое событие, когда солнце и луна встретились на небосводе, озаряя все вокруг своим светом. Это были не просто две девушки, это были две представительницы древних родов, две равные по праву рождения, две изгнанницы по стечению обстоятельств, две королевы по духу и по крови.

В этот момент каждая из них чувствовала дрожь, разливающуюся по телу, волнение, наполнявшее душу и невольное уважение к собеседнице, стоявшей напротив. Первой из этого молчаливого соперничества вышла Дейенерис, усаживаясь на свое место. Смирив свой гнев в очередной раз, она дала знак Сансе продолжать свое повествование. Собравшись с мыслями, девушка заговорила вновь, но в этот раз голос ее звучал иначе. Каждое слово было пропитано уверенностью и спокойствием, говорившем о том, что девушка устала убегать от судьбы и по истечении разговора готова без сожалений принять свою кару.

— События, о которых я рассказала Вам в начале, послужили причиной войны более кровопролитной, чем восстание Баратеона. Мой отец, будучи человеком чести, уличил королеву Серсею в измене, решив поддержать права на наследование престола Станниса Баратеона. Однако из жалости к детям, он решил дать королеве возможность уехать в Бобровый утес. Это решение стоило ему жизни, это и моя глупость, — сглотнув слезу, пролепетала она.

На несколько минут на балконе воцарилось тяжелое молчание, сводившее с ума каждого, кто там находился, пока наконец Дейенерис не дала знак Сансе, чтобы та рассказывала дальше.

— Когда лорд Станнис подошел с войском к Королевской Гавани, город превратился в кипящий котел, в котором сгорали людские жизни. Закрывая глаза, я до сих пор вижу те ужасы, которые мы пережили тогда, когда дикий огонь вспыхнул на Черноводной. В этот момент помощь пришла оттуда, откуда я ее не ждала. Один из рыцарей Королевской Гвардии помог мне бежать из осажденного города. Мы пробрались на один из торговых кораблей, но боги и тут обрушивали на нас все большие и большие испытания. Сначала мертвый штиль, а потом и шторм… Так я осталась одна, вновь одна, а Ланнистеры, они непременно захотят отомстить, они будут меня искать и убьют, — пролепетала она, закрывая лицо ладонями.

Дейенерис, видя страдания этой девушки, невольно прониклась к ней глубоким сочувствием, произраставшим из глубин ее души. Из глубин, где она все еще была неуверенной в себе Дени, насильно отданной в жены дотракийскому кхалу, а по прошествии времени, потерявшей любимого супруга. И сейчас, глядя на Сансу Старк, она видела себя, брошенную на произвол судьбы среди пустыни и голода, и все больше проникалась желанием помочь этой несчастной девочке.

— Послушай, — сказала она со всей нежностью, на которую только была способна, — ты сказала, что бежала из столицы с рыцарем из Королевской Гвардии, но где он сейчас?

— Он, он… я думаю, он погиб на корабле. Он пытался спасти меня… но мачта, она рухнула на него и больше я его не видела, — заливаясь слезами, проговорила она.

— А как звали этого рыцаря? — поинтересовалась Дейенерис, положив ладонь на плечо девушки.

— Его звали Сандор Клиган, — пролепетала Санса, не замечая, какое впечатление произвели ее слова на королеву.

— Клиган?! Тот, кто убил малютку Эйгона и его мать? — не веря своим ушам, проговорила Дейнерис.

— Нет, нет! — вскричала Санса, — Это было его брат Григор, а Сандор… он совсем другой, он ненавидит своего брата сильнее кого бы то ни было, ведь брат… он еще в младенчестве изуродовал его… он бежал из дома… — запинаясь пролепетала Санса, пытаясь защитить память о своем спасителе.