Чтение онлайн

Как оказалось, мы не ошиблись в отношении миссис Бун. Она зарекомендовала себя с наилучшей стороны и вполне освоила специфику нашей работы. У неё установились хорошие отношения с сотрудниками отдела современной мебели и электротоваров на шестом этаже, она получила самые лестные характеристики от заведующего отделом.

Когда в прошлом году она приняла решение уйти из нашей фирмы, мы были в высшей степени огорчены. Понимая, однако, что ей предложили работу, более оплачиваемую, мы не препятствовали её выбору.

Могу уверить вас, мистер Клинг, что известие о её смерти было воспринято сотрудниками компании «Герман Додсон» с глубочайшим прискорбием. Миссис Бун была замечательной женщиной, работа с которой доставляла нам удовольствие. На её долю выпало суровое испытание в семейной жизни, но она никогда не позволяла личным переживаниям отражаться на взаимоотношениях как с товарищами по работе, так и с клиентами.

Желаю успеха в вашем расследовании. Если в дальнейшем я могу быть вам полезен, дайте мне знать.

С наилучшими пожеланиями

Искренне ваш

Ральф Додсон.

Прочитав послание Ральфа Додсона, Клинг удивленно подумал: кому же понадобилось убивать Анни Каролину Бун и вдобавок учинять дебош в винном магазине? Какой во всем этом смысл? Пожав плечами, Клинг пододвинул к себе телефонный справочник Айсолы и начал проглядывать фамилии на букву "Б". Теодор Бун, фотограф, Холл-авеню, 495. Он попросил дежурного сержанта соединить его с городом и набрал номер. Тотчас же на том конце провода взяли трубку.

– Доброе утро, это студия Теодора Буна, – услышал Клинг жизнерадостное чириканье.

– Позовите, пожалуйста, мистера Буна, – попросил Клинг.

– Кто его спрашивает?

– Детектив Берт Клинг из восемьдесят седьмого полицейского участка.

Голос прощебетал что-то неопределенное.

– Он у себя?

– Не знаю, сэр. Минуточку.

Клинг погрузился в ожидание. Потянулось время, он нарисовал на листочке бородатого человека, затем пририсовал ему очки и спортивную рубашку в горошек. Он уже собирался нажать на рычаг и ещё раз набрать номер, когда в трубке снова раздался голос – на сей раз глубокий, приятный, настоящий.

– Я слушаю.

– Мистер Бун?

– Да.

– Говорит детектив Клинг из восемьдесят седьмого полицейского участка.

– Я ждал вашего звонка, – сказал Бун. – Вы насчет Анни?

– Именно так.

– Чем могу помочь? – осведомился Бун.

– Я бы хотел поговорить с вами, мистер Бун. Могли бы мы увидеться сегодня днем?

– Минуточку, я посмотрю свое расписание. В три часа вас устроит?

– Вполне.

– Надеюсь, мы уложимся в полчаса, мистер Клинг? Вы только правильно меня поймите: у меня на три тридцать назначена съемка.

– Не беспокойтесь, – заверил его Клинг. – Я приду ровно в три.

– Отлично. Буду рад вас видеть, – сказал Бун, и на этом разговор окончился.

Некоторое время Клинг задумчиво держал трубку в руках, затем положил её на рычаг. Он посмотрел на часы, подошел к столу, где стучал на машинке Мейер, и сказал:

– Послушай, не пора ли обедать?

– Уже? – удивился Мейер и взглянул на стенные часы. – Господи! – заворчал он. – Мы только и знаем, что лопать, лопать, лопать!

Тем не менее он надел пиджак и в одной из забегаловок в соседнем переулке наголову разгромил Клинга в соревновании обжор – а это нелегко было сделать.

Как и Коттон Хейз, Питер Крониг тоже недавно был переведен в управление, но в отличие от Хейза не из другого участка. Когда-то Питер был полицейским фотографом, а потом он перешел под начало Сэма Гроссмана, который возглавлял, пожалуй, одну из лучших лабораторий криминалистики во всей Америке. Впрочем, и раньше, работая фотографом, Питер Крониг проявлял интерес к криминалистике – из-за этого, собственно, его и перевели в лабораторию. Хорошие лаборанты на дороге не валяются, и, когда Сэм Гроссман понял, что Питера Кронига и впрямь интересует эта работа, он, не долго думая, взял его к ceбe.

Угодив в лапы Сэма Гроссмана, Питер Крониг быстро понял, что криминалистика – это не совсем то же, что проявлять пленки и печатать фотокарточки. В сияющем белизной огромном помещении, занимающем первый этаж здания Главного управления на Хай-стрит, Крониг не раз встречал детективов, которые расследуют особо тяжкие преступления. С Кареллой он познакомился раньше, когда в его обязанности входило фотографировать покойников. Детектив Карелла нравился Питеру – всегда готов посмеяться, хорошо знал свое дело, не задавал дурацких вопросов и умел осадить когда надо очередного высокомерного олуха. Но с этим Коттоном Хейзом – надо же проидумать такое имя! – судя по всему, не так-то просто поладить. Крониг не любил состязаний в интеллекте, да к тому же тепла в Хейзе было примерно столько же, сколько внутри холодильника.

Этот ледяной холод выводил Кронига из себя. Хоть он и был детективом третьего класса, ему не хотелось бы встретиться с Хейзом в темном переулке.

– Вам, надо полагать, известно, что по пуле можно определить марку и калибр оружия? – спросил Крониг.

– За этим мы и пришли, – сухо отозвался Хейз.

– Разумеется, – согласился Крониг. – Прежде всего надо изучить бороздки на пуле – их количество, ширину, направление и шаг спирали. Этим мы и занимаемся.

– Из какого же оружия убита Анни Бун? – спросил Хейз.

– Я как раз и собирался перейти к этому.

– Мы вас внимательно слушаем, – буркнул Хейз.

Карелла удивленно посмотрел на него, но тот и бровью не повел.

– Поле нареза, – говорил между тем слегка уязвленный Крониг, – это гладкая поверхность между нарезами в стволе оружия. В большинстве пистолетов четное число спиралей. Существует только восемь видов автоматического оружия...

– С пятью нарезами, – продолжил за него Хейз. – Из какого оружия стрелял убийца?

– Сейчас я к этому перейду, – произнес Крониг. – У большинства пистолетов двадцать пятого калибра – шесть нарезов. Два пистолета с одинаковым числом полей можно различить по направлению нареза. Вправо или влево. Вы меня понимаете?