Чтение онлайн

В ее голосе было столько печали, что я просто не могла ее слушать, так же как не могла смотреть на этот дом, где прошли счастливые мгновения моего детства. Но как бы мне не было больно, я не могла отвезти взгляда. Этот дом манил меня к себе, и я не могла сдержаться и не подойти ближе.

Медленно я подошла к двери и попробовала ее открыть. Она была не заперта. Войдя в дом, я старалась не смотреть на пол, боясь увидеть кровь родителей вокруг себя, так как первый этаж навсегда стал для меня символом смерти я пошла к лестнице на второй. Меня тянуло туда наверх... К спальням, где столько хороших воспоминаний.

Поднялась по лестнице и толкнула первую дверь. Моя детская. Включила свет. Странно, дом не жилой, а электричество работает. Господи, о чем я думаю! Оглянулась вокруг, изучая свою бывшую комнатку.

Тут все как я помню. Все розовое и в кружевах. Куклы, сидящие на своих места. Моя кроватка, укрытая розовым одеялом с вышитыми маминой рукой цветами. Столик, где все так же сиротливо лежат фломастеры и раскраска, которую я раскрашивала, когда пришла тетка и... Дерево жизни на окне. Мама с раннего детства приучила ухаживать за ним. И сейчас видя, как оно тянется листочками вверх, я испытала что-то сродни шоку.

"Помни, Джейне, как ты относишься к нему, так и оно будет встречать тебя каждое утро. Это дерево хранит в себе то, что ты в него вложишь. Любовь, доброту и сострадание или гнев, презрение и зависть. Давай ему лучшее, и оно ответит тебе тем же!" - голос мамы звучал будто наяву. И я никак не могла отделаться от мысли, что если сейчас повернусь, увижу ее рядом с собой.

Оглянулась и никого не увидела, кроме Марты в дверях.

– Кто за ним ухаживал?
– спросила я, указав взглядом на дерево.

– Я. Если хочешь, мы заберем его к нам.

– Нет, пусть будет тут. Я буду приходить, и ухаживать за ним сама.

Она кивнув, а я вышла из комнаты и открыла дверь в спальню родителей.

Щелкнул выключатель и зажегся свет. Зеленые стены, мебель и кровать встретили меня. Тут было уютно, как в детстве и я снова окунулась в прошлое.

Вот я маленькая тихонько крадусь к двери. Мне года четыре, не больше, вот толкаю дверь и тут же вижу спящих родителей. Папа обнимает маму под одеялом и мне хочется, чтобы он и меня обнял. Забираюсь на кровать и лезу между родителями.

– Пливет!
– радостно объявляю я о своем присутствии, когда мама открывает глаза и смотрит на меня.

– Привет, проказница моя.
– улыбается она мне устаивая меня между собой и отцом, а папа тут же обнимает нас обоих. Я лежу укутанная их теплом и лаской и засыпаю от удовольствия

Когда просыпаюсь оба родителя смотрят на меня с любовью и только тут я замечаю что они оба раздеты.

– А почему вы голые? Вы мыться соблались?
– задаю я детский вопрос, совсем не зная законов взрослой жизни.

Папа смеется, а мама краснеет. Потом смотрит на мужа, будто ища помощи и снова на меня. И наконец, будто подбирая слова, говорит:

– Нет, милая, мы просто встречали аиста. Он прислал нам ребеночка, ты же хотела братика или сестренку правда.

Секунду я удивленно смотрю на родителей, а потом радостно бросаюсь на шею к матери.

– У меня будет братик или сестленка! Ула!
– я прыгаю по кровати, а потом, наконец задаю главный вопрос - а когда?

– Через семь месяцев, солнышко.
– отвечает мне отец, и погладив мамин живот, шепнул мне на ушко - Но ребеночек уже тут. Если хочешь, поздоровайся с малышом.

– Пливет!
– поцеловала я мамин живот, а потом задумалась.
– Тетя Марта говорила, что когда ребеночек в животике надо хорошо кормить его маму. Пошла я приготовлю завтрак.

И бросилась в свою комнату одеваться, а на пороге комнаты услышала мамин голос.

– Думаешь, она рада?
– спросила с тревогой мама.

– Конечно, глупая! Пойду я помогу ей с завтраком, пока она кухню не разгромила.
– смеясь ответил отец.

– Иди... Но все же надо было как-то иначе сказать.
– в голосе мама недовольство и в то же время облегчение.

– Она рада и у нас все будет хорошо, поверь мне...!

Дальше я не слушаю, счастливо убегая на кухню...

– Их больше нет.
– шепчу я, еле сдерживая слезы. Ребеночку не суждено было родиться. Он умер вместе с матерью.

– Ты их помнишь?
– спрашивает Марта.

– Отрывками. Сильнее всего их смерть, но есть и счастливые моменты, только как же больно вспоминать.

Я не могу выразить чувства словами, я просто их любила, а теперь их нет.

– Они тебя очень любили и не хотели тебя оставлять.
– Марта нежно прикоснулась к моему плечу.

– Я знаю. У них просто не было выбора.
– присаживаюсь на кровать надеясь почувствовать мамин запах, но его нет. Тут уже ничего не осталось от моих родителей, кроме вещей и моей памяти.

Она кивнула, а потом подошла к маминому комоду и что-то достала. Повернулась ко мне, и я увидела что-то квадратное черное.

– Она просила, если что, отдать его тебе. Это ее дневник. Я думаю, что ты захочешь почитать его.

– Спасибо.
– я взял из ее рук толстую тетрадь в кожаном переплете.

– Я пожалуй пойду. Буду ждать тебя дома.

И она ушла. Я слушала, как скрипят половицы там, где она ступает, а потом все стихло. Посмотрела на дневник. Затем трясущимися руками открыла первую страницу. А там надпись:

"Здравствуй, моя проказница!

Если ты читаешь этот дневник значит меня уже нет. Прости меня за это. Я очень тебя люблю и начинаю его, чтобы ты знала правду. Я очень надеюсь, что моя семья никогда до тебя не доберется, но если все же это произойдет, значит я не выполнила свой долг. Помни, добро - рождает жизнь, а зло - только твою гибель.