Выбор
Шрифт:
– Клайд, мне страшно, ну вдруг услышат или увидят.
– Тсс, пришли.
– А куда лезть?
– Что, понравилось в окна лазить, дорогая?
И я с некоторым даже шиком отпираю дверь. Роберта нерешительно замерла на пороге, пытаясь что нибудь разглядеть.
– Заходи, не стой, я свет зажгу.
Задергиваю занавески и осторожно вывожу лампу на небольшой накал. Комната неспешно осветилась очень таким домашним желтым светом, придавшим ей странное сходство с комнатой Берты. Она с любопытством огляделась, все еще явно чувствуя себя не в своей тарелке.
– Как тебе у меня в гостях? Давай пальто и шляпку.
– Не знаю, милый, как то..Я никогда не была вот так..
Роберта запнулась, не найдя слов или не захотев продолжать. Медленно прошлась по комнате, проводя пальцами по стенам, трогая стол, вот на кровать осторожно присела. Очень прямо и на самый краешек, замечаю это уголком глаза, мастеря в кухонном уголке нехитрое угощение.
– Ужин, Берт.
– Ты тоже, а то я сама все пирожные съела.
И мы с аппетитом принимаемся за холодное мясо и хлеб с сыром и маслом, спасибо миссис Портман. Роберта чуть освоилась и оживилась, настороженность сменилась улыбкой. И шутливо-умильным взглядом.
– А чаем напоишь, мистер Грифитс?
Я собираюсь встать, она мягко меня останавливает.
– Сиди, я сама сделаю.
И отправилась хлопотать в угол, через мгновение уютно зашипел примус и вскоре мы уже пьем исходящий паром чай. И я осуществил свою мечту - Берта у меня на коленях в этом грандиозном кресле. Вот так полусидим-полулежим, пьем чай и болтаем. Хорошо.. Хотя сесть ее пришлось поуговаривать.
– Иди сюда, смотри, какое огромное, на двоих хватит.
– Клайд..
– Что?
– Ты врушка, тут только один может сидеть.
– Нет, двое, вот так..Садись теперь. И чашку бери.
– Клайд! Я не могу..
– Давай, маленькая, не бойся и у тебя чашка с чаем, чуть что - выливай мне за воротник.
– Ну, смотри..Вылью!
– Воот..А ты боялась..
– Замёрзла, солнышко?
Роберта заворочалась и приподняла голову с моего плеча. Выпитый чай,тишина, объятия в глубине мягкого плюшевого кресла, все это уронило нас в короткий, но крепкий сон. Проснулся первым, от холода. Май месяц на дворе, днем уже жара бывает, а по ночам прохладно. Берта в тонком домашнем платьице, ноги в чулках, но совсем холодные, не простудить бы ее.
– Да, ноги совсем закоченели и руки тоже, - почувствовал, как холодные ладошки просовываются поглубже между мной и креслом, беру их в руки и отогреваю дыханием, целуя пальчики.Заморозил невесту.
– Хочешь домой пойти? Надо тебе поспать перед дорогой хоть немножко.
Роберта решительно замотала головой, поцеловала меня в щеку и снова устроилась на моем плече.
– Не хочу домой, останусь тут с тобой еще, можно? А потом ты меня проводишь.
– Провожу, милая.
– И я же тебе так и не рассказала, что и как завтра будет в Олбани.
– Рассказывай, Берт, только ты же закоченела вся, может, ляжем под одеяло?
– Нет, я тут хочу, - и она чуть крепче прижалась, пытаясь согреться.
– Тогда давай я сюда принесу одеяло, укроемся, а то совсем околеем к утру. Ладно?
Берта встала и сладко потянулась, не менее сладко зевнув во весь ротик. Оглянулась в поисках чего то, чуть растерянно посмотрела на меня, явно желая что то спросить и не решаясь.
– То, что тебе нужно, вон за той дверью, - невозмутимо показываю.
Роберта чуть покраснела и с явным облегчением исчезла за указанной дверью, плотно ее прикрыв. Усмехаюсь и беру с кровати шерстяное одеяло, опять спасибо миссис Портман, снабдила полным постельным комплектом. Тем временем возвратилась Берта, и мы снова уютно устроились в кресле, укрывшись, закутал ее до носа.
– Рассказывай, Берт.
– Ну вот, - начала она таинственным шепотом, - мы пойдем в церковь и скажем священнику, что хотим обвенчаться. Он запишет наши имена и спросит, есть ли у нас кольца и свидетели.
– Первое у нас есть, а свидетелей где найдем?
– Ну, если их взять негде, то сам священник их пригласит из тех,кого он знает и уважает. Ведь часто так бывает, милый, что..
– Что приезжает пара издалека, чтобы тайно обвенчаться?
Роберта несколько мгновений помолчала.
– Да, Клайд.
Нахожу ее руку и ласково беру в свою.
– Говори дальше, я слушаю..
– Но, Клайд..
Берта замялась, подбирая слова.
– Ты только не сердись, хорошо? Я с тобой не посоветовалась и вообще..
– Не сержусь, но объясни, - ласково взъерошил ее пушистые волосы, она свернулась клубочком в моих объятиях и зашептала.
– Понимаешь, есть одна девушка у нас в отделении..
Так..Я опять забыл спросить, а ответ, похоже, сам сейчас произнесется.
– Мы с ней дружим и я..
– Думаю, я знаю, о ком ты говоришь. Ольга.
– Откуда ты знаешь? Хотя..
– Я же видел, как она тебе пыталась помочь, вы ходите вместе, разговариваете.
– Да, любимый, она такая...
– Какая?
Роберта задумалась.
– Она очень страдала, там..В России.
Да, могу представить, опять напомнил себе, что на дворе вообще то 1922 год со всеми вытекающими.
– Ольга тебе что то рассказывала о себе?
– Не много. Она очень скрытная и замкнутая.
– А как вы начали общаться, как подружились?
Берта вздохнула, помолчала.
– Клайд...
И я вдруг понял, и все стало на свои места.
– Ты ей все рассказала?
– Нет, нет.
– А что же тогда?