Выбраковка
Шрифт:
Инструктор отвернулся и забарабанил пальцами по журналу.
– И чтобы ни одна сволочь не пронюхала, – добил его Гусев. – Я знаю, ты не болтун. Но… Чисто по-товарищески.
– Я-то не болтун. Никто не болтун, пока к нему дознаватель со шприцем не явится. Что тогда прикажешь делать?
– Ты меня неправильно понял, – улыбнулся Гусев. – Странно, вроде бы сидишь в таком месте, где все слухи оседают, а понял – неправильно… Знаешь, сколько молодых прошло через подготовительные курсы в прошлом месяце?
– До фига, – кивнул инструктор. – Я еще подумал: куда столько?
– Вот именно. И все действительно молодые, средний возраст двадцать пять. Совершенно другой народ, совсем не похожий на нас. Болваночки. Заготовочки. Сырой пластичный материал.
– Твой-то вроде не такой, – усомнился инструктор.
– Почти такой, хотя… Леха у меня романтик. Думаю, поэтому его и поставили на маршрут. Не прошел по конкурсу. Куда именно не прошел, сам соображай. Сколько к нам в Центральное прислали салабонов? Троих? Четверых? А где остальные? Кто их учит сейчас, где и, главное, чему?
– Может, их на периферию загнали.
– Москвичей?
– Так их что, для нас по-твоему натаскивают?!
– Тоже вариант, – ответил Гусев уклончиво.
Инстуктор вытаращил глаза, тяжело сглотнул и надолго умолк.
– Я из-за тебя так и не пообедаю, – буркнул он наконец.
– Давай патроны, и я пошел.
– Да мне кусок в горло не полезет! И что ты предлагаешь, Гусев?
– Предлагаю выдать Гусеву упаковку неучтенных бронебойных. И себе тоже.
– А остальным? Думаешь, у меня тут склад боеприпасов? Гусев, ты маньяк. А ты уверен? Что же делать? Может, когти рвануть?
– Куда?
– Некуда, – инструктор сокрушенно покачал головой. – О, Господи, какого рожна я полез тогда в чекисты?! Ну почему я не стал каким-нибудь слесарем!
– Слесарей тоже браковали, – напомнил Гусев. – Мы же с тобой и браковали. Так дашь патроны, или как?
– У меня на всех не хватит… – простонал инструктор. – Даже по десятку на нос не получится… И украсть больше негде. Гусев, как же так? Нет, ты уверен? Ты просто догадался или что-то знаешь? Тебя отчим предупредил? Да не молчи же ты, Гусев!
– Хватит ныть, – попросил Гусев. – Я пока ничего точно не знаю. Но у меня нехорошие предчувствия. И мне будет спокойнее, если я получу хотя бы обойму серьезных патронов. На самом деле если что и начнется, то зимой. Когда мороз, нас будет легче отловить. Есть приличный запас времени свалить в Африку.
– До зимы-то далеко… – инструктор подозрительно сощурился. – Гусев, хочешь на колени встану?
– Зачем? – удивился Гусев.
– Если что разнюхаешь, капни мне. Вдруг я найду какое-нибудь окошко по старым каналам? Вместе и сорвемся.
– Значит, остались старые каналы? – улыбнулся Гусев. – Хитрец.
– Никому, – предупредил инструктор. – С того света достану.
– Хитрец, – повторил Гусев.
– Зато я не задаю дурацких вопросов. Например, чего ты сам-то так беспокоишься… Гусев Павел Александрович. Лично тебе вроде нечего волноваться.
– Вот и не задавай.
– И не буду, – инструктор снова посмотрел на часы. – Ты сегодня заступаешь?
– Да, в вечернюю.
– Тогда загляни перед выходом. Я же их не здесь держу. И нечего так на меня смотреть! Подземный ход в твою любимую Африку я еще не выкопал.
– А жаль, – сказал Гусев очень серьезно.
Глава девятнадцатая
…всему населению страны были понятны и близки идеи, вдохновлявшие Влада на его деяния.
– Ничего не понимаю, – бурчал дежурный, вглядываясь в монитор оперативной информации. – Где у меня все свободные тройки?
Гусев заглянул в окошко.
– А двойка пойдет? – спросил он.
Дежурный поднял глаза на Гусева и весь просиял.
– Пэ, выручай! Спасателям помощь нужна. Прямо тут, на Новом Арбате, самоубийца в окне расселся. Ждет, видите ли, пока толпа побольше соберется. Потом, говорит, прыгну.
– Знаем мы таких, – отмахнулся Гусев. – Не прыгнет он. Особенно если много зрителей будет.
– Пэ, я тоже не мальчик. Но как раз зрителей нам и не хватало в самом центре города. А этот придурок ноги свесил с подоконника и матерные частушки орет. Главное, личность пока не установлена. Он просто зашел в чей-то офис, схватил табуретку, выгнал персонал за дверь и заперся. Дверь стальная, с замком нужно возиться, а если он услышит и все-таки прыгнет?
– Где это?
Дежурный повернул к Гусеву монитор.
– Интересно, как он прошел внутрь здания, – сказал Гусев, разглядывая схему. – Либо охрана проворонила, либо он там работает.
Валюшок заглянул через плечо ведущего. Гусев подвинулся, чтобы тому было лучше видно.
– В доме без малого сотня контор, мы просто не успеем вычислить, кто это. Я отправил на всякий случай труповозку и психолога. Психолог говорит, запущенный случай. Пока он будет клиента убалтывать, пол-Москвы сбежится на бесплатный цирк посмотреть. Есть идеи, Пэ?
– Ну… Только бредовые.
– Давай какие угодно, только поскорее!
– С противоположной стороны проспекта, вот отсюда… Да, вот отсюда, с балкона, сбить его пулей внутрь помещения. Иголкой не получится, он может выпасть прямо на проспект. А пуля в плечо наверняка его опрокинет. И спасатели могут взламывать дверь. Только нужна бесшумная снайперка.
– Ага! – воскликнул дежурный. – Роскошно! А если… – он вдруг замялся. – М-м-м… А если насмерть?
– Он же сам заявил, что хочет прыгнуть, – напомнил Гусев. – Разве нет? Это чистой воды брак. Все возможные риски на совести самоубийцы. Как умеем, так и спасаем. Если не застрелим – еще спасибо нам скажет.