Чтение онлайн

— Да, вполне, — согласилась она в некоторой растерянности и переспросила: — А разве вы сами не могли бы?..

Он замотал головой так резко, что она даже испугалась, не повредит ли он себе что.

— Увы, светлейшая! — комично воздёл он карандаш к потолку. — Я занят в таком количестве проектов, что не смогу уделять вашей школе должного внимания, а это недопустимо. Однако вам не о чем беспокоиться, госпожа, — заверил он её. — Я знаю людей, которые нам подойдут.

Через два дня он, действительно, принёс Эсне внушительный список из целых семи имён. Про каждого кандидата он рассказал весьма подробно, но у неё всё быстро смешалось в голове, и она попросила дать ей времени на размышления, в надежде всё обдумать тщательнее.

Вечером она даже решилась спросить совета у Грэхарда — тот наверняка знал каждого кандидата если не самолично, то понаслышке, и мог помочь с выбором. Но тот даже не стал читать, вяло отмахнувшись от её просьбы со словами:

— Милдар знает своё дело, можешь брать любого не глядя, — и перешёл к части с поцелуями.

Проворочавшись полночи в своих размышлениях, Эсна пришла к мудрой мысли: можно попробовать поговорить с небесной княгиней. Та не последнее лицо в такого рода делах, и может что-то знать.

За завтраком она поделилась своими мыслями с дамами, и неожиданно получила самую горячую поддержку.

— Прекрасное начинание, достойное жены владыки, — веско оценила её идею княгиня.

— В наше время такого сильно не хватало... — вздохнула одна из тётушек.

— Давно пора! — аж хлопнула ладонью по столу звёздная бабушка.

Княгиня с интересом оценила предложенный Милдаром список и поделилась с Эсной своими соображениями по поводу каждого из кандидатов. Наконец, она выдвинула идею: пригласить всех их для личного собеседования, чтобы составить живое мнение об их характерах и способностях.

— Да разве такое можно? — непритворно удивилась Эсна, которая слыхом не слыхивала о подобных мероприятиях.

Княгиня улыбнулась ей одними глазами, наклонилась и шепнула:

— О, солнечная, и не такое возможно! — затем добавила: — Доверься мне, я похлопочу перед владыкой.

Пожалуй, да, в каких-то других условиях подобная идея не вызвала бы у Грэхарда сочувствия и была принята им в штыки. Женщины Раннидов вели почти затворнический образ жизни, и приём такого масштаба в это обыкновение не вписывался. Но небесная княгиня знала своё дело прекрасно.

Придя к сыну, она начала с похвал невестке — и влюблённый Грэхард уже был подкуплен и смягчён. От похвал княгиня плавно перешла к теме «девочка такая робкая, ей так тяжело освоиться», вызвав тем ощущение, что Эсна находится в беде, и её надобно спасать. Затем она провернула ловкий эндшпиль, найдя «виноватого», которого Грэхарду будет приятно обвинить:

— Боюсь, грозовой адмирал так суров, — с тяжёлым вздохом поделилась она своими переживаниями. — Милая Эсна совсем забита, ты замечал? Отец, должно быть, держал её в ежовых рукавицах и слова не давал сказать. Ей не хватает уверенности в себе. Она — жена владыки Ньона! — изящно, без переигрываний, всплеснула руками княгиня. — Ей нужно учиться достойно представлять тебя, Арди. Нужно дать девочке возможность проявить себя.

Клиент был готов, и его можно было брать тёпленьким. Тревога за драгоценную супругу явственно читалась в хмуром лице владыки: он, естественно, замечал всё то, что сейчас пересказала мать, и, конечно, был готов всячески способствовать и поддерживать её начинания.

— И что ты посоветуешь, небесная? — вопросил он, уверенный, что у матери есть необходимые идеи.

Сложив руки на коленях, княгиня с самым благолепным видом завершила партию:

— Я хотела бы пригласить на днях во дворец несколько человек, чтобы обсудить проект Эсны — про школу, да! — и пусть девочка поучится вести себя уверенно, держать нить беседы... ну, ты понимаешь!

Грэхард понимал как никто, потому что неумение Эсны держать эту самую нить беседы уже здорово проехалось по его нервам, так что идею матери он горячо поддержал.

— Я всё организую, дорогой, — прощебетала она напоследок, уже уходя. — Ты ведь не против, если мы займём небольшой зал в Среднем дворце, правда?

Грэхард был, разумеется, не против.

То, что в качестве «небольшого зала» будет выступать парадная гостиная для торжественных приёмов, а «несколько человек» — это добрых три десятка кавалеров и дам, он, конечно, даже не подозревал. Впрочем, даже если бы он и разжился где-то подобной информацией, кто бы ему позволил войти в роль тирана, который не желает помочь «бедной девочке» стать чуточку увереннее в себе?

Интермедия

Если дамам вопрос появления каравелл представлялся романтичным и загадочным, то у мужчин — тем более у мужчин, которые избрали своим жизненным путём службу на море, — был более профессиональный взгляд.

Трое братьев Руэндиров собрались в усадьбе старшего, чтобы обсудить то, что удалось узнать об этих кораблях.

Средний Руэндир был священником в одном из столичных храмов, поэтому ему удалось поучаствовать в освещение самой первой каравеллы — названной, к слову, «Слава Небесного». Хотя ходовые качества нового судна обсуждать пока было рано, все братья достаточно хорошо разбирались в кораблестроении, чтобы делать некоторые предположения заранее.

— Маневренность и быстроходность... — задумчиво щёлкал пальцами в воздухе младший. — Неплохой способ обезопасить торговые суда от пиратов.

Старший, адмирал, разглядывал рисунки и наброски каравелл и хмурился.

— Маневренность — да, — сделал вывод он. — Насчёт быстроходности — сомневаюсь.

— Тогда больше подойдёт военным, — предположил священник, который разбирался в деле хуже остальных.

Ответом ему было два мрачных взгляда.

— Надо звать грозу, — сделал вывод адмирал, водя пальцем по своим заметкам. — И как-то добиваться возможности оценить ходовые качества.

— Мимо нас не пройдёт, — заметил священник. — Владыка наверняка поставит новый тип на вооружение.

Все трое поразглядывали рисунки ещё.

— Всё-таки для торговли было бы идеально, — мечтательно заметил младший. — Особенно по анжельским проливам... Там с ветрами вечно не пойми-что.

— Если они не смогут уйти от пиратов — толку от них, — скривился адмирал.

Все трое согласно вздохнули.

Меж тем, подошло время аудиенции, которую старший князь Треймер назначил Дереку.