Чтение онлайн

и на бумаге проступают буквы

пришельцами с обратной стороны

листа,

минуя мины контрапунктов,

степенно превращаются

в слова,

не эволюцией в естественном гарнире,

но лишь таинственной мелодией

любви

выстраиваются в этом диком мире

и буквы, и слова, и даже

ты…

10.11.15

резец вгрызается в прожилки

на теле мрамора. Кусок

отколот,

за ним другой, и третий…

Нет ошибки –

между стихиями раскол как рок…

стальной боек то медленно,

то шибко

находит болевые точки,

эти трагические сшибки –

доисторический инстинкт,

когда по капле,

по глоточку

незримый сок пространства

пьешь и пьешь,

пока со временем изменчивая

форма

не совпадет. Когда из глыбы камня

отсечешь

последний лишний мускул…

Что ж –

останется скульптура,

не только вечности, но и тебе

покорна…

10.11.15

законы сохранения огня

не изменились…

с тех самых первобытных пор,

когда его подкармливали

днем и ночью,

заглядывали

с суеверным ужасом в глаза,

стараясь угадать его желания,

и не вступали в споры…

то веточку, а то – деликатес

смолы

подобострастно предлагали в пищу,

чтобы тепло его души

не отвернулось, не истаяло…

так ищут

близости влюбленные… в тиши

полночного последнего свидания,

так огненные языки

открыто,

не таясь, чуть заплетаясь,

пускаются в горячие признания…

11.11.15

за наполнением воздушных

закромов,

за легкостью и плавностью

дыханья

лишь ветер может уследить,

оков

не существует для его

скитаний…

гранитной грудью сделать

вдох,

что отзовется в сердце

далью…

и новый мощный выдох,

словно ток,

пронзит Санкт-Петербург

до основанья…

11.11.15

закладывая лихо виражи,

словно лассо

на бреющем полете,

резвятся лезвия – стрижи,

углы срезая – не воротишь…

ни плавность мысли,

ни стихи,

что в ненадежном переплете

осенних листьев…

поспеши –

нельзя застаиваться на болоте!

11.11.15

останется осадок

на губах

от выпитого залпом

неба…

не то, чтоб горечь

или страх,

но – пустота после

побега…

от ветра, что улавливал

в словах,

от снега с раскаленной добела

печалью,

от лезвий слез в моих

глазах,

от легкости полета

за плечами!

11.11.15

за ширмой шума – тишина!

Ни оглушительных демаршей от машин,

ни шлейфа тормозящих шин,

лишь

пруд, кусты, деревья и трава…

и нимб пленительного неба

до земли,

под ним – ни ноты, только тени

ползут безмолвно, по-пластунски,

будто дни…

и птицы, словно листья,

приземлились и… взлетели!

11.11.15

кованый говор ограды

эхом стоит на мосту,

гордо, немного

картаво

ноты растут и растут,

ветер усилил

натиск –

в аргументации крут,

не отстает

и Фонтанка –

гонит и гонит волну,

что же вам, граждане,

надо,

грех – клеветать на судьбу,

ведь Петербург

Ленинградом

больше не станет!

Не вру!

12.11.15

в кандалах кладовые.

Смирись!

Не взломать ни засовы, ни двери!

То, что можно было,

Улисс

уже взял: пространство и время…

остальное скрыто

от глаз,

от сознания сна, от потери,

ни тогда и уже

не сейчас

что, как было – никто не проверит…

13.11.15

позолоты не нужно

крыльям,

с нею лишь тяжелее полет…

вот они, как объятья,

раскрылись,

вот уж ветер в них сладко поет,

рассекаю единственным

рогом

темноту уходящего дня,

с ним не страшно в любую

дорогу –

не пытайтесь сдержать меня!

13.11.15

время впало в глубокую

кому…

пояса часовые смяты. Что теперь?

Нестерпима кровавая вата

лазаретов, рваные раны…

уточняется горечь потерь…

неужели больше не святы

Конец ознакомительного фрагмента.