Чтение онлайн

И это несмотря на невероятную народную набожность, которая сродни юродивости. В каждом русском сидит юродивый.

Пример. Однажды на обедне в Троицком соборе Серафимо-Дивеевского монастыря сестра-монашенка выговорила дочку мою Хану за чтение акафиста Иисусу во время литургии (и правильно сделала). Какая-то старушка-крестьянка (удивительно! но знающая церковнославянский) меня выговорила за чтение евангелия во время литургии, мол «выше литургии нет ничего…».

А как эти женщины крестятся и бьют поклоны, как падают на колени, как набожны и благообразны их лица с поджатыми губами!

Но почему же их отцы, мужья, дети, братья и др. – так слабы, пьяны, глупы, необразованны, скучны и часто подлы?! А их деды, прадеды, пращуры в двадцатом веке отдали Россию на поругание преступному сообществу большевиков, а в девятнадцатом веке позволили безбожному сброду – народовольцам и прочей бандитской швали – беспрепятственно уничтожать национальную русскую элиту!?

Ведь всю эту вселенскую подлость в России допустил этот самый «богоносный» народ, который сейчас молится чуду, расталкивая друг друга в очередях к святым мощам.

Ровно также этот народ расталкивал друг друга на манифестациях, большевистских сборищах и демонстрациях. Также истово и страстно русские женщины своих детей, мужей, братьев, отцов отправляли совершать всякие подлые дела – расстреливать, охранять, пытать, доносить и пр.

Кто обуздает русскую страсть – тот и на коне. Тот и поведет этот народ за собой. И не важен путь и цель, важна страсть.

И не надо русских жалеть. Они недостойны жалости. Они оказались недостойны милости Господа.

К тому же наш человек зол. Если у простого русского человека отнимают нечто, – как он уверен, – принадлежащее ему, он все сделает, чтобы и никто другой не мог этим воспользоваться. По принципу: не мне – так и никому. Впрочем, это не исключительное свойство русского человека. Это свойство любого простого человека, не искушенного интеллектом или верой.

Но у русского народа нет системы. Надо наложить на страсть систему – и так спасти.

Православие и есть тот идеальный жизненный выбор – соединение страсти и системы.

Русь святая – храни веру православную! Это не лозунг. Это – национальная формула спасения. Для России. На все времена.

Русский – без и вне православия, без и вне христианства – ничто.

Потому что высшее достижение страсти – увлечение Богом.

Кстати, у евреев обратная история – есть система, нет страсти. Евреи – это народ системы. Еврею не достает страсти и воображения. Потому и для еврея идеальный вариант – православие.

И, разумеется, православие не нуждается в осовременивании.

Православие современно, ибо не отреклось от вечности, от естественности и от милости, и всепрощения, от святости. Это все равно, как если бы сказать, что время (как категория) – нуждается в осовременивании.

Трудность в том, что от русских ничего не надо ждать и требовать – это богоизбранный народ. Господь с русским народом сам разберется. Русский народ Господу зачем-то нужен, иначе народ русский давно исчез бы с лица Земли.

Были времена в России худые, например, – татаро-монгольское иго, или Смутное время, самозванцы и пр. Но такого плохого времени никогда не было. Ибо никогда еще так далеко не отходил русский народ от Бога.

Господь наказывает русский народ даже не за дурные дела, а за отсутствие веры.

Наказывает дурными делами. Например, проклятием пьянства. Или войной. Или проклятием разврата.

Больное и развратное нынешнее русское общество. Блядство называют – «двойным, тройным дном человека», «какой-то человеческой тайной», «загадкой человеческой души» и пр. бред.

Как только Россия начинает устраивать жизнь в реальном и материальном смысле этого слова, презрев духовное, она гибнет. В этом – уникальная и принципиальная специфика России. В непонимании этой особенности и кроется причина непонимания России.

Но не буду торопить события. Господь даст русским больше, чем мы и предполагаем. И если нам важны физические результаты, мы их и будем иметь. Но лишь тогда, когда эти физические результаты не станут вредить нам по дороге к метафизическим целям, установленным нам Богом.

Хотя, конечно, нет никакой зримой, явной границы между вещественным и невещественным, между физическим и метафизическим, между материальным и духовным. Такая граница проходит лишь в наших мечтаниях. На деле такой границы нет. Или, что точнее, такая граница проходит всюду и во всем. Всюду и во всем нет возможности разделить мистическое и физическое.

И ветхозаветные десять законов и новозаветные заповеди обращены к духовному, метафизическому больше, чем к материальному и физическому.

Но очевидно, что духовные цели, поставленные перед человеком Богом, могут быть не достигнуты, когда человек в своей физической жизни начнет нарушать заповеди путем зримых физических действий. И тогда физические действия разрушают духовную империю Бога на земле.

По этой самой причине в России уже более столетия наблюдается повсеместное помрачение ума и атрофия духовности.

Двадцатый век в России оказался заложником девятнадцатого столетия, отдуваясь за псевдоромантизм, эгоизм, бунтарство. Как итог – возгонка человека путем коммунизма, фашизма, социализма.

Политический терроризм конца девятнадцатого столетия попытался взять все русское общество в заложники – ради свержения строя и захвата власти. Результат был плачевен. Общество было расшатано и рухнуло в начале двадцатого.

Эксперимент почти завершился. Вопросы, которые предстоит решать двадцать первому веку, сформулированы окончательно в конце века двадцатого. Времени почти нет.