Выкормыш
Шрифт:
Вспоминая последовательность действий на ходу, Мишка выбрал подходящий камень, разорвал свою рубашку и расстели кусок ткани. Вытащил артефакт, накрыл его другим слоем материи, чтобы осколки не разлетелись. Разрядил автомат и изо всех сил ударил по артефакту прикладом.
— Надо остудить, — тихо подсказала Белка, но остудить было нечем. Миша, осознавая свое бессилие, ударил прикладом снова, и снова, и снова. После третьего удара артефакт рассыпался.
Быстро соорудив повязку, Миша примотал ее к Белке бинтом из аптечки. Перезарядил автомат, взвалил девушку на плечо, и что есть силы, побежал вперед. Время уходило.
Мираж встретил его почти приветливо. То ли сознание журналиста было занято одной назойливой мыслью — успеть, то ли по другой причине, но лес сталкеры прошли без приключений. Зося периодически теряла сознание от боли, иногда стонала, стиснув зубы, но Миша приказал себе не обращать внимания, осознавая, что иначе не успеет.
Уже понимая, что катастрофически не успевает, Мишка ввалился в деревню и без сил опустился на землю, аккуратно уложив Белку. Нет, они не дойдут до подвала. Надо искать другую нычку.
Внезапно раздавшийся шум мотора отвлек его от горестных мыслей. Кадр схватился за автомат.
Из-за околицы выскочил уазик и, подпрыгивая на ухабах, понесся по направлению к кордону. Около сталкеров автомобиль притормозил, взметнув облако пыли.
— Кадр, ты? — окликнул знакомый голос, и у Миши затеплилась надежда.
— Я, Лось, привет. Белка ранена, — журналист поднялся, подхватил девушку на руки и шагнул к уазику.
— Садитесь скорее, — откликнулся молодой парень, — до выброса полтора часа. Успеем.
Машина неслась по Зоне, старательно объезжая притихшие перед выбросом аномалии. Несколько раз ее пытались атаковать псевдособаки, кабаны, но Мишка отстреливал их, высунув автомат в окошко.
Уже на подъезде к Кордону Лось повернул голову и сказал:
— Ты меня извини, брат, что я тогда на Свалке к тебе прицепился. Зло взяло.
— Забыли, брат, — отозвался Мишка, — главное — что у тебя в сердце…