Выпускной класс
Шрифт:
«Я… не могу… дышать… — поняла Лили. — У меня судорога… судорога… не могу… дышать…»
Земля ушла из под ног и ударила по лицу.
Лили открыла глаза. Склонившийся над нею Алекс тряс ее за плечи.
И вдруг дико завопил.
Скотт и Джулия стояли неподалеку — Лили услышала и их крики.
Она попробовала сесть, сообразила: «Я была в обмороке. Интересно, сколько же я здесь провалялась?»
Скотт побежал за полицией. А Джулия склонилась над телом брата и зарыдала.
— Как же это могло случиться? — пробормотал Алекс себе под нос. — Как же? Как мог Грэм попасть под пресс?
Потом парень бросил взгляд на Лили:
— И как ты умудрилась перепачкаться в крови?
Она посмотрела на него, пытаясь подобрать нужные слова и подумала: «Что же происходит? Сперва мистер Райнер, а теперь вот Грэм. Почему вокруг меня люди мрут как мухи? Почему?»
— Ты собираешься поесть? — спросила мать.
Лили покачала головой. Семья сидела за завтраком, но дочка так и не притронулась к пище. Всю ночь ее преследовало безжизненное лицо Грэма и хруст его костей.
— Ну хоть несколько кусочков, — начал уговаривать мистер Бенкрофт. — После всего пережитого тебе нужно питаться как следует. Ты должна набраться сил.
Лили погрузила ложку в тарелку с кукурузными хлопьями и заставила себя сделать несколько глотков. И тут вдруг услышала у дверей гудок машины Алекса.
— Пока, мам, — произнесла она и поставила почти полную тарелку в раковину. — Мне пора.
И прежде чем мать успела возразить, дочь быстро чмокнула ее в щеку, подхватила ранец.
— Доброе утро, — приветствовал Лили Алекс, едва она опустилась на сиденье. — Как ты себя чувствуешь?
— Трудно сказать, — ответила она мрачно. — А ты?
— Мне не лучше, — признался он. Его лицо было непривычно бледным, под глазами проступили темные круги. Очевидно, тоже не спал всю ночь.
По дороге в школу Лили прикрыла глаза и попробовала расслабиться. Но у нее никак не получалось избавиться от воспоминаний о событиях минувшей ночи и от назойливых вопросов. Как же Грэм попал в этот пресс? Погиб ли он случайно? Полиция склонилась именно к этой версии. А если все-таки кто-то прикончил его?
И тут, при воспоминании об олимпиаде, у девушки перехватило горло. Как же она вчера разозлилась и расстроилась! Настолько, что ей хотелось убить Грэма. «Это я во всем виновата, — подумала Лили. — Нельзя было желать ему смерти…»
Она невольно всхлипнула.
Алекс повернулся к ней и взял ее за руку.
— Это все из-за меня, — проговорила девушка. — Я так переживала из-за оценок. И вот теперь Грэм погиб.
— Лили, — парень покачал головой, — перестань себя грызть. В том, что произошло твоей вины нет. Полицейские говорят, что Грэм, наверное, подошел к машине слишком близко. И даже если ты его недолюбливала… — Он не смог докончить фразы.
Лили посмотрела на приятеля сквозь слезы. Она понимала, что Алекс лишь утешает ее, однако неожиданно уловила в его глазах искорки сомнения.
Громкий гудок заставил ее подпрыгнуть. Алекс еле успел вывернуть руль и пропустил вперед автомобиль с какими-то подростками.
— Придурки! — заорал он. — Совсем ошалели!
Лили узнала их. Это были старшеклассники. Друзья Грэма.
Один из них указал в их сторону. Остальные высунулись из боковых окошек, разглядывая машину Алекса.
Лили опустила голову, мороз пробежал по коже. Друзья Грэма, наверное, думают, что это она убила его.
«Наверное, решили, что я расправилась с ним, чтобы получить выпускную речь. И если все остальные узнают, что это я нашла труп, то подумают точно так же. Как думали и после смерти мистера Райнера».
За оставшийся путь она не произнесла ни слова. Потом молча поцеловала Алекса на прощание и поспешила к школе.
В холле ей попалась на глаза доска объявлений со все еще висевшими четвертными отметками. И Лили невольно подумала: "Теперь я на первом месте. Выпускная речь досталась мне». Прежде она запрыгала бы от счастья. Теперь же ощутила лишь страх и опустошенность.
Небо затянули серые тучи, начал накрапывать мелкий дождик. Лили поднялась по ступеням церкви, сложенной из красного кирпича, в которой отпевали Грэма. Холодный ветер забирался под куртку. Девушка запахнула ее поплотнее и вошла в храм.
Помещение заполнял терпкий и сладкий запах цветов. Мать Джулии и прочие родственники покойного столпились у дверей. Их глаза покраснели от слез.
Когда Лили вошла в церковь, почти все скамьи были уже заняты. Она примостилась рядом с незнакомой тучной женщиной. Спереди сидело несколько одноклассников, кое-кто из них утирал глаза платками.
Перед алтарем стоял длинный белый гроб, украшенный белыми и желтыми цветами. Лили глядела на него до тех пор, пока он не превратился в смутное пятно. Смерть Грэма казалась какой-то нереальной — скорее кошмарным сном, чем ужасной правдой.
Орган заиграл печальный и протяжный марш. Потом заговорил священник. После краткой молитвы он стал рассуждать о неразрывности жизни и смерти и о том, какая это трагедия, если путь закончился, едва только начавшись.
Затем всех присутствовавших позвали прощаться. Они поднимались один за другим и медленно подходили к алтарю. Обойдя вокруг гроба, все возвращались на свои шеста.
Когда настала очередь Лили, она с трудом заставила себя встать. Колени так тряслись, что девушка не знала, сможет ли подойти. Однако все же прошествовала за полной женщиной к алтарю.
При приближении к гробу колени задрожали сильнее.
«Прости меня, Грэм, — сказала про себя девушка. — Прости. Я не слишком тебя любила. Но никогда, никогда, никогда не пожелала бы, чтобы случилось такое».
Толстая женщина остановилась перед гробом. Склонив голову, она прошептала несколько слов, затем отошла в сторону.